Страница 18 из 100
Я приоткрыл рот, глядя сверху вниз на то, как она меня ублажает. Она говорила крайне редко, и раз уж сейчас она решила высказаться, я, блядь, ловил каждое слово.
Я запрокинул голову, пока она продолжала сосать, и мой член упирался ей прямо в гланды. Осторожно я намотал ее длинные черные волосы на руку и стал направлять ее движения так, как мне нравилось. Вскоре я уже с диким азартом трахал ее в рот, и все остатки маски «хорошего парня» окончательно слетели, выпуская моего монстра наружу.
— Блядь, соси, детка, — сипло выдохнул я, вцепившись обеими руками в ее пряди. Она давилась и задыхалась от моего напора, пока я пользовался ее ртом, и внутри меня словно что-то окончательно надломилось.
Я твоя. Ты мой. Никаких разрешений не нужно. Бери, если хочешь.
Я рискнул бросить взгляд через застекленные двери и заметил, что Ститч вовсю наблюдает за нами, пока остальные парни даже не догадываются, чем мы с Сиреной заняты.
Я снова посмотрел на нее, понимая, что сейчас, блядь, кончу.
— Я сейчас кончу, детка, и ты все проглотишь, — прохрипел я; внизу живота разливался невыносимый жар, и подступающая разрядка уже дразнила меня.
В ответ она начала сосать еще яростнее.
— Су-у-у-у-ука, — простонал я, глубоко вбиваясь в ее рот. Мой член определенно перекрывал ей воздух, когда я спускал ей прямо в горло; тело содрогалось от удовольствия, а глаза закатывались. С моих губ сорвался глухой стон, пока хер пульсировал, толкаясь в ее язык.
Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы прийти в себя.
Наконец я вытащил член из её рта.
— Глотай, — мягко скомандовал я.
Она проглотила, затем разомкнула губы и открыла рот, показывая мне.
Блядь.
Как же она меня возбуждала.
Я наклонился, рывком поднял ее на ноги и без труда усадил на перила патио. Задрав ее юбку, я одним мощным толчком вошел глубоко в ее горячую, тугую киску.
Она вонзила ногти в мою кожу, а ее глаза округлились от удивления перед моей дерзостью.
— Если ты действительно моя, я могу трахать тебя когда захочу, — я прикусил ее нижнюю губу. — Ты можешь сказать мне «нет»?
Она тихонько простонала, но покачала головой.
— Вот именно. Не можешь. Ты плохая девочка, кексик, раз позволяешь мне выпускать этого монстра наружу. Раз искушаешь его. Сука, — простонал я, продолжая вколачиваться в ее киску. Я ведь не был таким парнем. По крайней мере, раньше, но в этом месте действительно будто что-то подмешано в воду, потому что какого, блядь, хера я вообще творю?
Я же всегда был хорошим парнем. Из тех, кто придержит дверь, принесет вкусняшку и сделает комплимент. Кто улыбается, нежно прикасается и горячо любит.
Но это? Сейчас я превратился в какого-то конченого монстра.
И чтоб мне провалиться, но мне это чертовски нравилось.
И это меня пугало до смерти.
Она цеплялась за меня, пока я раз за разом с силой вбивался в нее. Любому из парней стоило просто завернуть за угол дома, и он увидел бы, как я зарылся в нее по самые яйца.
Это вызывало во мне странную, непонятную тревогу. Но не от страха быть пойманным. А от какого-то извращенного восторга. В этот самый миг мне хотелось, чтобы кто-то увидел, как я ебу ее в киску, а она обнимает меня. Мне хотелось, чтобы все знали: я не какой-то там гребаный неудачник, который не способен добиться девчонки.
Теперь я Наблюдатель.
Я беру то, что хочу, и когда хочу.
Я стал ебать ее киску еще быстрее, пока она не начала содрогаться на моем члене, а стенки ее пизды не принялись жадно выдаивать из меня все соки.
С глухим стоном я последовал за ней, изливаясь в нее до краев.
Мы медленно приходили в себя после пережитого блаженства, оба тяжело дыша. Я сглотнул и посмотрел ей в глаза.
— Я так боялся тебе рассказывать, — промурлыкал я.
Она продолжала преданно смотреть на меня.
— А теперь я боюсь того разрешения, которое получил... потому что сомневаюсь, что смогу остановиться.
— Так и не останавливайся, — прошептала она в ответ.
— Ох, блядь, детка. — Я поцеловал ее, все еще оставаясь внутри ее киски. — Твое желание для меня закон.
И я оттрахал ее снова, на этот раз перегнув через перила.
Правда заключалась в том, что это был не я.
Или, по крайней мере, раньше я таким не был.
Но... теперь это моя суть.
И да, это действительно пиздецки пугало.
Заставляя задуматься о том, на что еще я буду способен ради нее.