Страница 93 из 187
— Я думала, тебе не нужны отношения. Разве ты не говорил, что женщина всегда ограничивает свободу?
— Я тогда не знал Лену.
Я улыбаюсь, а Ляйсан становится еще более грустной. Сука, неужели я правда нравился ей?
— Лясь, чувствуешь, что тебя несет не туда?
Она смотрит мне в глаза.
— Я всегда не на своем месте. Кто я, Саш? У меня нет профессии, нет интересов. Живу и расту, как трава, и никому нет до меня дела.
— Ты в курсе, сколько тебе лет? Ты уже большая девочка, никто не придет тебя спасать. Учись жить самостоятельно.
Она морщит нос и отстраняется.
— Я не умею жить.
— Это твоя проблема.
— Почему ты разговариваешь так грубо?
— Я разговариваю как обычно.
— Уверена, что с Леной все иначе. Ей ты вряд ли скажешь подобные слова.
Я сжимаю пальцами ее подбородок. Она задерживает дыхание и глядит на меня, как покорная лань. В ее черных глазах светится нездоровая привязанность, и я вдруг осознаю, что это моя вина. Не стоило сближаться. Я хочу убить в ней всякую надежду и строго произношу:
— С ней все иначе, ты права. Мое отношение к девушке не следует сравнивать с тем, как я общаюсь с тобой.
Она закрывает глаза, ее губы дрожат. Ляйсан — очень хороший человек, но это вообще не мой вариант. Я люблю Лену, и все остальные проигрывают ей автоматом. Я отпускаю подбородок Ляйсан и отхожу в сторону.
— Спустись с небес на землю. Не отдавай мне свои мечты, Лясь. Ты лучше других знаешь, что я этого не оценю.
Она кивает и обнимает себя руками. В этот момент начинает греметь небо и снова льет дождь. Я вижу Лену... Она находится у моего автомобиля в джинсах и белой футболке. Хрупкая, нереальная, таинственная. Все ищут укрытие, пока она, подняв лицо, ловит капли дождя. Каждый удар сердца принадлежит ей, и я, откинув окурок, направляюсь к своей девушке. Глаза Лены закрыты, и потому она дергается, когда я обнимаю ее за талию, целуя в губы.
— Саша, ты меня напугал.
— Да?
Я улыбаюсь. Я давно заметил, что, находясь рядом с ней, моя речь становится другой. Даже интонация меняется.
— Да! Можно открыть машину? Я замерзла.
Я достаю из кармана ключи и протягиваю ей. Рыжая хмурится.
— Сядешь за руль? Я не выспался.
Она вздыхает, но все-таки соглашается. Я убираю вещи в багажник, пока Лена прогревает машину. Мимо проходит Ляйсан, ее взгляд останавливается на мне, но я стараюсь его не замечать. Вернувшись в машину, я пристегиваюсь и закрываю глаза. Не хочу причинять Ляйсан боль. У меня не было намерений задеть подругу, и мне сложно понять, чего она ожидала. Я никогда не рассматривал наши отношения с другой точки зрения.
— Нужно заехать на заправку.
Лена останавливается, и я хочу выйти, чтобы ей помочь, но она меня останавливает.
— Я сама.
Я заставляю ее взять свою банковскую карту. Лена идет к кассе, а я слежу за ней, залипая на сочной заднице. Лена — вечное «я сама», и меня это удивляет. Она действительно может все сделать сама... Расплатившись, девушка возвращается и вставляет пистолет в бак. Ее движения отличаются уверенностью. Можно даже сказать, что они хорошо продуманы. В ней нет кокетства и жеманства. Она абсолютно не играет, и мне нравятся ее серьезные зеленые глаза.
Вернувшись в машину, она кидает карту мне на колени. Я чудом успеваю ее поймать. Она смотрит по сторонам и выруливает на дорогу. Я обращаю внимание на то, что она очень близко подвинула сиденье к рулю.
— Кто тебя научил водить?
— Инструктор. Кто еще?
— Может быть, кто-нибудь из родственников.
— Я справляюсь со всем самостоятельно, без чьей-либо помощи.
Я хватаю ее за коленку, и она, расслабившись, ведет машину одной рукой, следя за дорогой. Мне известно, что она, в отличие от многих других девушек, никогда не обратится за поддержкой, и это крепко привязывает меня к ней. Я хочу ей помочь... Я хочу ее приручить. Я хочу получить ее целиком и полностью.
В пути я засыпаю. Дорога пролетает незаметно. Подъезжая к своему подъезду, Лена будит меня и останавливает машину. Я смотрю по сторонам, пытаясь понять, где мы.
— Приехали, ваше высочество.
— Ты что, к себе пойдешь?
— Разумеется. Я уже два дня дома не была.
Она целует меня в губы, и я обхватываю ее шею рукой, не позволяя отстраниться.
— Поехали ко мне.
— Саш... — она закрывает глаза. Я знаю, она хочет поехать ко мне, но Леной управляет непонятное мне чувство долга перед семьей. — Нужно показаться и...
Я сжимаю ладонью ее грудь.
— Покажись и спускайся. Я подожду.
Член дергается в штанах, когда она начинает тихонько стонать от ласк груди. Я замечаю следы на ее шее и провожу по ним языком. Рыжая вздрагивает. Отстраняясь, девушка смотрит в зеркало и хмурится.
— Выходки пещерного человека.
— Тебе не нравится?
— На таком открытом участке кожи — нет.
— Давай, показывайся родным, и поедем домой.
Она поворачивается и долго меня разглядывает.
— Лен, время тикает.
— Это не слишком? Снова к тебе... Как-то неловко.
Я потратил много времени, чтобы сломить ее сопротивление. В конечном итоге она соглашается и, прикрыв шею волосами, идет в подъезд за вещами. Ее нет минут двадцать. Я успеваю покурить и пересесть за руль. Лена возвращается расстроенная. Меня бесят все, кто портит ей настроение. Она бросает вещи на заднее сиденье, и я, схватив ее за руку, касаюсь губами ее кожи.
— Я тебя люблю, — говорю я едва слышно, и ее тело мгновенно расслабляется.
— И я тебя.
Лена целует меня в губы, и все, что в моей жизни было до встречи с ней, стирается из памяти. Я хочу знать и помнить только ее одну.