Страница 54 из 61
— Я отдам тебе тот дом, — сказал он. — Сегодня. С мастерской, как обещал. Отойди от печати.
Я вынула тонкие щипцы.
— Я пришла снять свой знак.
— Ты не понимаешь, что делаешь.
Я установила зажим на край пластины. Нижняя опора не сразу попала в паз. Пришлось наклониться и посмотреть, а не пытаться затянуть вслепую.
— Когда разрушишь соединение, пострадают люди, — продолжил Эстран. — Хранители уйдут, а отвечать придется тебе.
— Илвена, отвод закреплен, — сказал Олвен слева от меня.
Я повернулась к нему. Он проверил крепление еще раз и поднял руку, подавая знак Севрине.
— Начинаем.
Севрина положила ладонь на первую печать. Я видела ее сбоку: наклоненную голову, напряженную шею над воротом платья. Она прижала подвижную часть, медленно довела ее до нижнего упора и замерла.
Свет в широкой полосе, шедшей от стены, начал слабеть.
Эстран резко повернулся.
— Севрина, убери руку.
Она не ответила. Пальцы побелели от нажима.
— Закрыто, — сказал Олвен. — Держится. Лиорель.
Лиорель взялась за рукоять. Та прошла совсем немного и остановилась. Я невольно подалась вперед, но вспомнила расставленные в мастерской столы и осталась у своего.
Помощник Олвена присел возле панели. Подвел под крепление опору, поправил ее и кивнул Лиорель. Она перехватилась, на этот раз ниже, и повернула рукоять обеими руками.
В глубине накопителя стукнуло. По открывшемуся пути прошел свет, настолько яркий, что я на мгновение перестала различать края своей пластины.
— Не закрывай! — крикнул помощник.
— Я держу!
Лиорель стояла широко расставив ноги, прижав локоть к боку. Севрина смотрела на нее от первой печати.
Я подхватила тонкими щипцами боковую нить. Сила еще уходила по ней к Эстрану: под металлом чувствовалось ровное натяжение, тянувшее руку вправо. Я закрепила щипцы в зажиме, чтобы не удерживать нагрузку пальцами, и ввела первую пластину между сцепленными участками.
Край вошел плохо. В пробном устройстве соединение было слабее; здесь оно прогрелось, и светлые линии почти сливались. Я остановилась, поправила угол и попробовала снова.
— Илвена, как у тебя? — спросил Олвен.
— Развожу. Пока не добавляйте.
Он передал помощнику подождать и остался у крепления отвода.
За спиной что-то ударило о решетку. Я вздрогнула, задела локтем футляр, но щипцы остались в зажиме.
— Работайте, — услышала я голос Таэрна.
Я подняла голову. Он отступил на шаг, удерживая перед собой светлую преграду. Рядом с ним хранитель опирался плечом о стойку. Эстран стоял у пульта, и от его руки к преграде тянулась яркая полоса. Я успела увидеть, как она ударила еще раз, прежде чем снова наклонилась к печати.
Я различила нужный край. Подвинула пластину глубже и медленно развернула боковую нить. Натяжение изменилось. Меня больше не тянуло вправо, зато стало давить вниз, на запястье.
Я оперла предплечье о край тумбы. Свободной рукой взяла вторую пластину, удержала разрыв и перевела основной поток к подготовленному пазу. На пробе это движение заняло несколько мгновений. Сейчас я успела вспотеть, прежде чем конец лег на место.
— Есть, — сказала я. — Принимайте.
Олвен повернул крепление. Свет прошел через новый стык, сначала узкой полосой, потом шире. Я чувствовала, как запас уходил мимо отделенной связи Эстрана. Наконец это получилось.
Эстран оторвал ладонь от пульта.
Преграда перед Таэрном погасла. Эстран шагнул к нам, и хранители двинулись ему навстречу. Я увидела, как натянулся ворот на его шее, как потемнела кожа над ключицами. Плечи стали шире. Ткань камзола разошлась у спины.
— К стене! — крикнул Таэрн человеку слева.
Крыло развернулось не полностью. Бронзовая перепонка задела ограждение, костяной край ударил в низкий поперечный свод. На пол посыпалась каменная крошка. Эстран пригнулся, пытаясь освободиться, и от этого стал ближе к третьей печати.
Я отступила бы, если бы не зажим.
Таэрн встал между нами. На его шее и кистях проступила темная синева чешуи. Он перехватил руку Эстрана, другой хранитель ударил в согнутое крыло, оттесняя его к пульту.
Я слышала тяжелое дыхание, скрежет по камню. Видела их совсем близко, но не могла понять, кто кого удерживал. Потом Эстран рванулся вперед, и острый коготь прошел по левому плечу Таэрна.
На темном рукаве появилась мокрая полоса.
Таэрн качнулся. Я уже открыла рот, собираясь позвать его, когда зажим дернуло так сильно, что болт ударил меня по пальцам правой руки.
Связь Эстрана снова тянулась к основному потоку.
— Он стягивает обратно! — крикнула я.
Олвен шагнул ко мне, прижал основание зажима здоровой рукой. Я подвела пластину под сблизившиеся нити. Край нагрелся и выгнулся. Еще немного, и удерживать промежуток стало бы нечем.
— Запасная в футляре. Слева.
Олвен достал пластину и положил возле моей руки.
Мне хотелось посмотреть на Таэрна. Я слышала его голос, но не разбирала слов. Если он говорил, значит, был в сознании. Я повторила это себе и взяла запасную пластину.
Установить ее сразу не получилось. Пальцы плохо слушались после удара. Я уперлась локтем, дождалась, пока прекратится дрожь в кисти, и подвела новый край рядом с выгнувшимся. Только потом сняла поврежденную пластину.
Нити разошлись.
— Держу, — сказала я.
Олвен проверил крепление и отпустил основание. Поток по-прежнему уходил в отвод. Я следила за ним, не позволяя себе повернуть голову.
За спиной Лиорель выругалась. Из ее панели вырвался короткий треск. Помощник вскрикнул, но она не выпустила рукоять.
— У нас идет! — крикнула она. — Олвен, у нас идет, не закрывайте!
Он ответил, что видел. Нагнулся к прибору возле моей тумбы. По его лицу я не поняла, сколько нам оставалось ждать.
Пластина под платьем жгла кожу. Мне стало трудно дышать: казалось, я слишком туго застегнула ворот. Я сглотнула и постаралась опустить плечи. Ослабить зажим было нельзя.
— Мне больно, — сказала я. — Под ограничителем.
— Сколько уже?
— Только что стало сильнее.
Олвен посмотрел на прибор, затем на меня.
— Расход падает. Еще немного. Если не можешь держать, скажи.
Я могла. От пальцев до локтя все ныло, но держатель принимал нагрузку, и мне оставалось следить за краем. Я сосредоточилась на тонком промежутке между линиями. Он должен был остаться открытым, пока запас не перестанет тянуть силу через наши знаки.