Страница 47 из 61
— О моей работе. Вчера назначили дополнительную проверку. Завтра приедет наблюдатель из другого округа.
— Из-за обращения?
— Из-за него тоже. Эстран требует проверить, почему я поддержал ваши жалобы. И утверждает, что я пользуюсь службой в личных интересах.
— Ты сообщил о нас?
— Да. Мериссе и начальнику надзора. Что у нас отношения. Без подробностей.
Я кивнула. Таэрн прислонился плечом к стене. Вблизи я увидела, что у него покраснели веки.
— Меня не отстраняют, — сказал он. — Группой по-прежнему командую я. Но все решения по Вейрхольду будет проверять человек, который мне не подчиняется. План входа и работы у печатей мы утверждаем вместе.
— А если опять что-нибудь случится? Ты будешь ждать, пока он разрешит помочь?
— При непосредственной опасности действуем сразу. Потом объясняем. Это не изменилось.
— И у дома?
— Пост остается. Как и у Севрины с Лиорель. Это решение магистрата, проверка его не отменяет.
Он помолчал и добавил:
— Наблюдатель получит первые донесения. Они составлены задолго до того, как между нами что-то началось.
Мимо прошел секретарь с перевязанной стопкой бумаг. Мы посторонились. Я подождала, пока он скроется за дверью, и наконец взяла Таэрна за руку.
— Мне неприятно, что ему удалось добраться и до тебя.
— Мне тоже. Сегодня с утра объяснял, почему отказался снимать людей с нижних улиц. Хотя там еще вчера вывозили жильцов.
— Тебе велели их снять?
— Просили сократить посты, раз подача восстановлена. Я оставил до полной проверки. Теперь это тоже будут читать.
Он говорил без обычной уверенности, что сумеет уладить все достаточно быстро. Я сжала его ладонь.
— Ты сегодня ел?
Таэрн посмотрел на меня и чуть улыбнулся.
— Утром.
— Пойдем поедим. Мне тоже пора, а то тетя спросит, где я пропадала.
У него было меньше часа. Мы зашли в ближайшую лавку с горячей едой, взяли по миске похлебки и сели у двери. Я положила конверт в сумку и задвинула ее под стул.
За едой Таэрн рассказал, что Олвен обжег только ладонь и сегодня уже ругался, потому что ему мешала повязка. Потраченный запас заменили. На помощь прислали еще двух мастеров.
Перед уходом он наклонился поцеловать меня. Я на мгновение задержалась, заметив взгляд хозяина лавки, потом сама потянулась навстречу. Таэрн поправил на мне накидку и вышел. Я еще допивала воду, когда хозяин спросил, подать ли хлеба. По его лицу я не поняла, узнал он меня или просто смотрел на посетителей.
И не стала выяснять.
На следующий день я наконец навестила Севрину. Лиорель сидела у нее за столом, положив перед собой такое же письмо, как мое. Рядом лежало третье.
— Мастерскую тебе обещал? — спросила она.
— Да.
— А мне вернуть управление деньгами, которыми он больше не распоряжается. Очень щедро.
Она подвинула ко мне письмо. Я посмотрела только на подпись. Второй раз читать одни и те же слова не хотелось.
Из соседней комнаты донесся кашель. Севрина повернула голову, прислушалась, потом встала и прикрыла дверь.
— Элиан спит, — сказала она. — Устал после прогулки.
— Нерис была?
— Была. Сказала, что так бывает. Пусть отдохнет.
Она вернулась к столу. На завтра нам назначили встречу в городской конторе. Мерисса собиралась выслушать нас при представителях кварталов, зависевших от замка, и передать заверенные свидетельства для публикации. Каждой прислали выписку из прежних показаний. Я развернула свою: что обещали, что я подписала, когда узнала о настоящем назначении обряда.
— Надо сказать, что мы ушли сами, — произнесла я. — И про решение магистрата.
— Скажем, — ответила Лиорель.
Севрина медленно разгладила свой лист.
— Я знаю женщину, которая будет от нижнего квартала. Мы с ней собирали помощь зимой. Я тогда всех убеждала довериться Эстрану.
Лиорель подняла глаза.
— Ты знала про переделку?
— Нет. Но я говорила, что за него ручаюсь.
— Тогда это и скажите, — предложила я. — Вас ведь не попросят доказать, что вы всегда все понимали.
Севрина усмехнулась, не поднимая головы.
— Самой хотелось бы.
Мы прочли выписки вместе. Лиорель нашла ошибку в дате передачи счетов, сверила ее с распиской и написала исправление на полях.
Когда мы закончили, Севрина осталась сидеть за столом. Я уже надела накидку, но вернулась и спросила, зайти ли за ней утром.
— За мной пришлют экипаж.
— Я могу приехать раньше. Поедем вместе.
Она посмотрела на меня.
— Приезжайте. Я буду рада.
Утром я так и сделала. Лиорель вышла с нами. До конторы мы почти не разговаривали. Когда экипаж остановился, я подождала, пока Севрина соберется выйти.
В комнате поставили несколько рядов стульев. У окна сидели писцы, напротив — люди, которых я не знала. Только одну женщину узнала по голосу Севрина: они поздоровались еще у двери.
Таэрн стоял возле Мериссы. Рядом с ним был седой хранитель с дорожным футляром у ног. Магистрат представила его как независимого наблюдателя. Тот поклонился нам и сел за отдельный стол. На меня он смотрел внимательно, но не дольше, чем на остальных.
Мерисса предложила нам рассказать то, чему мы сами были свидетелями.
Севрина начала первой. Говорила негромко; один раз ее попросили повторить. Она рассказала о согласии на использование семейного источника, о болезни и о том, что разрешения расходовать ее собственную силу не давала.
— Но вы ведь долгие годы участвовали в его работе, — сказала знакомая ей женщина. — Вы сами рекомендовали нам расширить подключение.
— Да. Я верила, что он знает, что делает.
— А теперь считаете, что не знал?
Севрина сжала ручку сумки.
— Он знал. Я не знала, что он сделал с нашей связью. Вот в этом ошиблась.
Женщина поджала губы и посмотрела на Мериссу. Та указала на заключение осмотра. Писец подал ей копию.
Лиорель говорила быстрее. Назвала даты закупок, объяснила, какие счета передала хранителям, и показала расписку. Когда ее спросили, почему документы оказались у нее, чуть заметно усмехнулась.
— Потому что их оплачивали моими деньгами. Я сохраняла счета.
Она не стала рассказывать, сколько времени держала их у себя. Мерисса спросила об этом сама, и Лиорель ответила. Без попытки представить, будто с самого начала собиралась разоблачить мужа.
Когда Мерисса назвала меня, я отложила выписку.