Страница 41 из 61
Глава 11. Останься со мной
Глава 11. Останься со мной
Переплетчик принес за подставку ровно столько, сколько мы договорились. Пересчитал монеты, положил их на край стола и спросил, можно ли сразу ставить клей.
— Можно. Утром я еще раз проверила нагрев. Только покажите сыну, как снимать камень. Вот здесь, под ободком.
Он наклонился, посмотрел и сам повторил движение.
— Двадцать семь лет учу его сначала спрашивать, потом трогать. Еще столько же, наверное, буду.
Я завернула подставку в его полотенце. Он уже взялся за дверную ручку, когда обернулся:
— Хорошо, что вы здесь поселились. Я в прошлый раз эту штуку через полгорода возил.
После его ухода я убрала деньги в ящик и записала оплату. Вычла стоимость нити, в том числе испорченный при переделке кусок. Заработала я немного. Но денег хватало на продукты, а материала осталось еще на несколько таких заказов.
Я еще раз посмотрела на запись и закрыла книгу.
Тетя подшивала занавеску за кухонным столом. Услышав, что заказ забрали, велела мне наконец позавтракать. На сковороде оставалась каша; я положила себе, села рядом и некоторое время смотрела, как игла появлялась из ткани.
— Ты криво завернула край, — сказала я.
Тиада подняла глаза поверх очков.
— Это ткань перекошена. Можешь сама попробовать.
— Я после еды.
— После еды придет врач.
Она подтянула к себе занавеску и принялась распарывать последние стежки. Я отломила хлеба. Мне нравилось сидеть здесь и спорить о подшивке занавески.
Нерис пришла вовремя. Мы поднялись в мою комнату, и я расстегнула ворот, чтобы она могла осмотреть ограничитель. После вчерашней проверки у реки я ожидала, что показатели будут хуже. Нерис долго сравнивала отметки, затем попросила меня встать и пройти до окна.
— Голова не кружится?
— Нет.
— Руки ночью сводило?
— Только пальцы немного устали. К вечеру прошло.
Она кивнула и закрыла футляр.
— Ограничитель держит ровно. Сегодня живите как обычно. До изнеможения за столом сидеть не надо, но прогулка вам не повредит.
Я застегнула платье. Нерис начала убирать свои вещи, а я задержала ее, прежде чем успела передумать.
— Можно еще один вопрос?
Она повернулась.
Я спросила о противозачаточном средстве, которым пользовалась раньше. Не знала, можно ли принимать его теперь, с ограничителем. Нерис уточнила название, задала несколько вопросов и сказала, что мне оно подходило. Потом записала, что взять у аптекаря.
Она не улыбнулась и не спросила, кто этот мужчина. Я поблагодарила ее и только после ухода поняла, как боялась неловкости.
День оказался на удивление свободным. Я разобрала остатки материалов, сходила в аптеку, купила хлеба и вернулась задолго до обеда. Я открыла дверь своим ключом и услышала наверху тетины шаги.
До семи было еще далеко.
Я взялась за занавеску. Потом переставила коробки на полке. Обнаружила, что опять смотрю на часы, и ушла мыть голову, пока не придумала себе новую срочную работу.
Платье выбрала темно-зеленое, с узкими рукавами. В Ивее я надевала его редко: ткань была хорошая, а за рабочим столом слишком легко поставить пятно. Я расправила складку у плеча и потянулась за серьгами. На мгновение вспомнила золотую пару, которую Эстран присылал в замке. В моей шкатулке их не было; я вернула подарок еще тогда.
Я достала свои серебряные серьги, надела и посмотрела в зеркало.
Тетя заглянула, когда я застегивала второй крючок.
— Хорошее платье. Только накинь что-нибудь теплое, к реке собираетесь?
— Наверное. Я еще не знаю.
— Тогда возьми накидку.
Она поправила сзади ворот и ушла, оставив дверь открытой. Мне захотелось спросить, не слишком ли я нарядилась. Я дошла до порога, остановилась и вернулась за накидкой.
Таэрн пришел без нескольких минут семь. Я услышала, как он поздоровался с дежурным, и едва не выбежала ему навстречу. Пришлось задержаться у стола, убедиться, что лампа погашена, хотя я погасила ее еще днем.
На нем был темный дорожный плащ. Под ним я увидела светлый ворот рубашки и непривычный камзол без служебной застежки. Он снял перчатки, чтобы поздороваться с Тиадой, потом посмотрел на меня.
— Вы готовы?
— Да. Только сумку возьму.
Сумка уже была у меня в руке.
Таэрн взглянул на нее. Я тоже.
— Значит, готова, — сказала я.
Он улыбнулся и открыл дверь.
Мы пошли по улице к площади. Я сообщила дежурному, куда собирались, и больше не оглядывалась на пост. Таэрн шел рядом, подстраивая шаг; первое время мне казалось, что мы непременно должны о чем-то разговаривать.
— Я сегодня получила деньги за подставку, — сказала я.
— За ту, которая лежала на столе?
— Да. Переплетчик забрал. Все работает.
— Вы довольны?
Я хотела рассказать про ошибку, лишнюю нить, две проверки. Вместо этого ответила:
— Очень.
Он кивнул, и несколько шагов мы прошли молча. Молчание оказалось вполне терпимым. Я слышала, как где-то звякала посуда, как спорили у закрывающейся лавки. Над дверью сапожника висела новая вывеска, еще не просохшая по краям.
У площади Таэрн спросил, хочу ли я сначала поужинать или пройти к реке.
— Лучше поужинать. Я рано обедала, и потом Нерис сказала, что мне нельзя...
Я замолчала.
— Что? — спросил он.
— Ничего. Я просто хочу есть.
— Я тоже. Здесь недалеко есть хорошее место.
Он не стал возвращаться к оборванной фразе. Я подтянула накидку и пошла рядом, злясь на собственную привычку заранее подбирать объяснение даже для голода.
В небольшой харчевне возле площади почти все столы были заняты. Нам предложили места у лестницы, откуда тянуло холодом. Я уже собиралась сесть, но заметила свободный стол у стены.
— Можно туда?
Хозяин посмотрел через плечо.
— Сейчас уберем. Одну минуту.
Таэрн придержал для меня стул, когда нас позвали. Я устроилась спиной к теплой стене и сняла накидку.
— Здесь лучше, — сказала я.
— Намного.
Вино мы не заказывали. Он попросил воды, я — горячего яблочного отвара. Еду принесли быстро: рыбу с зеленью и картофелем, хлеб, небольшую миску соленых огурцов.
Я собиралась есть аккуратно и сначала молчала. Потом попалась кость, я долго пыталась убрать ее незаметно, а Таэрн, наблюдавший за мной, отодвинул к краю стола пустую тарелку.
— Сюда можно.
Я положила кость и наконец рассмеялась.
— У нас дома рыбу едят каждый день. Я умею.
— Я не сомневался.