Страница 36 из 61
Проснулась я уже в темноте. В доме было тихо, только внизу негромко разговаривали. Я полежала, прислушиваясь, потом вспомнила, что с утра съела лишь кусок хлеба.
В столовой горела одна лампа. Лиорель сидела, поджав под себя ногу, и резала сыр. Севрина разливала по тарелкам густую похлебку.
— Мы думали, ты до утра проспишь, — сказала Лиорель. — Хлеб на том конце. Возьми себе, пока я до него не добралась.
Я села на свободный стул и потянулась за хлебом.
— Как Элиан?
— Уснул, — ответила Севрина. — Нерис оставила лекарство и ушла к себе. Утром вернется.
Она поставила передо мной тарелку, затем села. Руки у нее дрожали меньше, чем в замке. Я заметила это, когда она подняла чашку одной рукой.
Лиорель подвинула ко мне сыр. Некоторое время мы ели молча.
— Он спросил, приедет ли отец, — сказала Севрина.
Я подняла глаза.
— Элиан. Я сказала, что сейчас нет. Он отвернулся. Потом попросил меня выйти, хотел побыть один.
— Дай ему время, — сказала Лиорель.
Севрина отложила ложку.
— Я дала. Посидела в соседней комнате. Просто я не знаю, что ему говорить, когда он спросит снова.
Она посмотрела на нас, будто надеялась, что хотя бы одна знает ответ.
— Я не хочу, чтобы он вырос с мыслью, что должен все время выбирать между нами.
— А про школу вы уже решили? — спросила я.
— Пока останется здесь. Когда сможет вернуться на занятия, я отнесу постановление. Сам он хочет вернуться. Боится отстать.
Лиорель отодвинула сыр, освобождая место для своей тарелки.
— Значит, с этим хотя бы понятно.
— А вы куда поедете? — спросила ее Севрина.
Лиорель пожала плечами.
— Не знаю.
Я посмотрела на нее. Она заметила и усмехнулась.
— Что? У меня должны быть приготовлены три дома и чемодан под каждым окном?
— Я думала, вы захотите на рудники, — сказала Севрина.
— Хочу. И боюсь. Шесть лет я видела их в основном на бумаге. Там управляющие, мастера, рабочие. Им не нужна хозяйка, которая приедет объяснять, как все устроить, а сама половины не понимает.
— Можно сначала посмотреть, — сказала я.
— Можно. Только я привыкла делать вид, что уже все знаю.
Она вытерла нож хлебной коркой и положила рядом с доской.
— Я думала, уеду из замка и тут же займусь своим. А сегодня купила булки. Вот все мои решения за день.
— Еще ты развелась, — сказала я.
— Это Мерисса меня развела. Я только вовремя приехала.
— Бумаги ты ей отдала сама.
Лиорель помолчала, потом кивнула.
— Да. Это сама.
Севрина взяла еще хлеба. Я доела похлебку и почувствовала, как снова клонит в сон.
— Я буду искать место для мастерской, — сказала я. — Хотя бы на первое время. Здесь нельзя ни промывать детали, ни ставить печь.
— Вы остаетесь в Астерне? — спросила Севрина.
— Пока да. Потом решу. В Ивее тетя, свои заказчики. Но я не хочу сидеть в этой комнате до сорокового дня и каждый час смотреть на дверь.
— Хочешь свой дом? — спросила Лиорель.
— Снять небольшой. Чтобы жить там же, где работаю. Денег на первое время хватит.
Севрина задумчиво посмотрела на лампу.
— Значит, вы съедете.
— Когда найду подходящее место.
Она кивнула и потянулась за чашкой.
— Если вам нужна помощь с Элианом, я смогу приходить, — сказала я. — Только я не врач и не знаю, как с ним лучше разговаривать. Вчера вот полезла с советом, которого он у меня не просил.
— Он рассказал. Про паруса. Сказал, вы обещали показать, как они крепятся.
— Покажу. Это я умею.
Лиорель допила чай.
— Все равно увидимся на занятиях у хранителей. Еще успеем надоесть друг другу.
Я посмотрела на нее и впервые за день улыбнулась без усилия.
Мы убрали со стола. Севрина унесла наверх чашку воды для сына, Лиорель осталась разбирать письма. Я уже держалась за перила, когда она окликнула меня:
— Если утром не спустишься, будить?
— Только если придет Нерис. Остальное подождет.
В комнате я выложила на стол постановление и еще раз прочла свое имя. Потом убрала лист в ящик, рядом с деньгами и договором на последний законченный заказ.
Письма Эстрана остались в сумке. Доставать их сегодня не хотелось.
Я проверила шнурок ограничителя, погасила лампу и закрыла дверь на ключ. Нерис утром я впущу. Со всеми остальными поговорю, когда высплюсь.
Ключ я положила рядом с кроватью, чтобы утром не искать. Заснула, пока одеяло еще не успело согреться.