Страница 14 из 61
На этот раз он не вздохнул. Посмотрел прямо, без прежней усталой терпеливости.
— Что ты сказала?
Я прижала письма к ладони.
— Если ничего из того, о чем мы договаривались, не будет. Если я нужна тебе только для того, чтобы где-то здесь называться твоей женой. Мы можем развестись?
Произнести это оказалось труднее, чем я думала. До этой минуты я надеялась, что он возразит на совсем другом месте. Скажет: конечно, ты мне нужна. Конечно, мы все исправим.
Эстран медленно поднялся.
— Через несколько дней после свадьбы?
— Я спрашиваю.
— Ты собираешься угрожать разводом, чтобы получить дом?
— Я не угрожаю. И сейчас речь не о доме.
— Тогда о чем?
— Я не хочу так жить.
Он некоторое время смотрел на меня. Потом обошел стол и остановился возле кресла. Мне пришлось поднять голову.
— Ты вышла замуж за архимага. На церемонии приняла не только фамилию. Ты вошла в защиту Вейрхольда, у тебя появились обязательства.
— Какие обязательства?
— Семейные. Магические. Мы говорили об этом.
— Мы говорили о доступе к защите. Что она будет узнавать меня и пропускать через двери.
— Это часть одного целого.
Я вспомнила кольцо, тепло в ладони, его пальцы на моем запястье. Мне объясняли, куда прикоснуться и когда отпустить силу. Никто не говорил, что этим я соглашалась на нечто большее.
— Почему ты сейчас вспоминаешь о магии, когда я спрашиваю о разводе?
— Потому что твой отказ не отменяет того, что уже принято. Сначала нужно разобраться с обязательствами, а потом разговаривать о выходе из брака.
— Кто должен разобраться?
— Я.
Он ответил сразу, будто другого ответа быть не могло.
— И сколько это займет?
— Зависит от состояния защиты. Сроками здесь не торгуются.
— Значит, я должна остаться, пока ты не решишь, что можно уйти?
Эстран отвел взгляд к окну.
— Я не собираюсь вести с тобой этот разговор, пока ты пытаешься наказать меня за разочарование. Ты дала согласие. Теперь постарайся отнестись к нему серьезно.
Я отступила от кресла. Он не удержал меня, не встал у двери. От этого все сказанное не стало менее страшным.
— Где записано, на что именно я согласилась?
— У тебя есть договор.
— Там нет этих обязательств.
— Есть брачный акт. Есть порядок семейной защиты. Илвена, я не собираюсь сейчас пересказывать тебе все документы.
— Я хочу их прочесть.
Он помолчал.
— Когда у меня будет время, я объясню тебе, что требуется.
— Дай мне бумаги. Я сама прочту.
Эстран нахмурился. Я впервые за весь разговор увидела, что моя настойчивость мешала ему всерьез.
Я подошла к двери. Уже взявшись за ручку, обернулась.
— Портнихе я откажу сама. Чтобы она не потеряла день из-за меня.
— Делай как считаешь нужным.
В его голосе снова появилось облегчение, будто трудную часть разговора мы оставили позади. Я посмотрела на коробку, стоявшую между его бумагами. Потом открыла дверь и вышла.
Секретарь спросил, нужно ли позвать служанку. Я ответила, что сама найду дорогу.
Только на лестнице поняла, как это прозвучало. Он не сомневался, что я умела ходить по замку. Наверное, у меня было такое лицо, что человек просто предложил помощь.
В спальне я вынула из ящика свой экземпляр договора. Прочла от начала до конца, потом еще раз — страницы, на которых стояли наши подписи. Там говорилось о содержании, имуществе, праве принимать заказы. Обязательства позволять мужу пользоваться моим даром я не нашла.
В отдельном пункте был указан доступ к семейной защите. Тот самый, который мне объясняли перед свадьбой.
Я положила рядом рисунок кольца.
Может быть, существовало приложение, которое я не прочла? Свод правил, на который ссылались мелким письмом? Я нашла все ссылки и переписала их на чистый лист. Несколько названий документов мне ничего не говорили. В Ивее я бы спросила у человека, оформлявшего договор. Здесь до сих пор спрашивала только Эстрана.
Теперь, когда я попросила показать бумаги, времени у него не оказалось.
Кайса постучала, прежде чем войти.
— Портниха приехала, госпожа.
Я потерла лицо ладонями.
— Скажи, сейчас спущусь.
Пожилая женщина ждала в гостиной с помощницей и сумкой образцов. Я попросила прощения за напрасную поездку. Она спросила, не лучше ли выбрать другой день, и я ответила, что пока ничего заказывать не собиралась.
— Бывает, — сказала портниха, убирая разложенные ткани. — Только передайте, пожалуйста, управляющему про дорогу. Нам экипаж до мастерской нужен.
— Конечно.
Она не стала меня уговаривать. Это был обычный рабочий разговор, и я неожиданно почувствовала благодарность за то, что от меня не требовали еще раз объяснить свое решение.
После ее отъезда я забрала договор, коробочку с кольцом и рисунки. Письма Эстрана положила сверху. Отнесла все в мастерскую: там был свет, привычные инструменты и дверь, которую я могла закрыть.
Завершенный талисман из Ивея лежал в мягкой ткани, готовый к отправке. Я достала бумагу, чтобы написать заказчице, что работа закончена. Сумела вывести обращение и остановилась.
Перед глазами оставалась коробка с серьгами на столе Эстрана.
Ему было проще выбрать камни, прислать за портнихой, распорядиться об экипаже, чем сесть рядом со мной и спросить, как я жила эти дни. И все-таки я продолжала искать для него оправдание. Проверка. Ответственность за город. Что-то, о чем он не мог рассказать.
Я взяла короткое письмо, написанное на обороте служебного листа.
Оно пришло после той встречи, на которую я опоздала почти на час.
В мастерской тогда сломался зажим. Я собиралась закончить срочный заказ до вечера, но деталь пришлось крепить заново. Эстран приехал, когда я уже сердилась на все подряд и никак не могла продеть нить в узкое отверстие.
— Я не успеваю, — сказала я, даже не поздоровавшись как следует. — Я знаю, что обещала. Прости.
Он поставил на пол принесенный сверток и подошел ближе.
— Сколько тебе нужно?
— Не знаю. Полчаса. Может, больше.
— Тогда я подожду.
— Тебе ведь ехать обратно.
— Уеду позже.
Он действительно подождал. Не стоял над душой, не предлагал закончить быстрее. Сидел у окна, читал книгу, которую нашел у тети на полке. Когда я наконец отложила щипцы, поднял голову и улыбнулся.