Страница 80 из 88
Первым делом поставила опару — тёплая вода, щепотка сахара, дрожжи. Пока она поднималась, просеяла муку горкой прямо на стол, сделала в центре углубление. Влила туда опару, добавила яйца, соль, начала замешивать от центра к краям, постепенно захватывая муку. И чуть не завизжала от восторга.. тесто не только, словно бы само месилось, но и каким-то образом подсказывало, когда достаточно муки, когда пора добавить масло, а когда молока, и как долго месить. И получалось при этом таким легким и воздушным, и таким послушным, как просто-напросто никогда!
К четырём часам дня пекарня, в прямом смысле слова, светилась — не от свечей и не от солнца, а изнутри, как будто сама стала живым существом, проснувшимся после долгого забытья. Даже от стен тянуло чем-то живым — тёплым, обволакивающим духом домашнего уюта и материнской заботой.
На боковых столах пиршество цвета и запаха..
Булочки с хрустящей корочкой, печенье, покрытое тающей на языке сливочной, кремовой или просто сахарной корочкой.
Пироги — с начинкой, от одного взгляда на которую живот напоминал о себе требовательным урчанием.
Пирожные — чистое искушение: многослойные, пропитанные, воздушные, с кремом, шоколадом, ягодами, орехами — в общем, со всем, чего душа желает, а фигура, по крайней мере, моя — опасается.
— Ивко, и вот сюда ещё одну полочку! — донесся до меня командный тон Софии. — Для специй и трав.
— А ничего, что я под потолком вешу?! — не поворачивая головы, возмутился мальчишка, покачиваясь на самом верху лестницы с охапкой воздушных шаров в одной руке и гирляндой в другой. — У меня между прочим всего две руки и две ноги!
— Мэ-эээ! — поддержала его Грета, мол, действительно, женщина, у тебя глаза есть?
— Ну так спустись, повесь полочку, потом продолжи со своими шарами и гирляндами! — размахивая рулеткой, словно рапирой, невозмутимо предложила София и объяснила: — Их можно и при покупателях повесить, а вот молотком тарахтеть при покупателях..
Слушая их, я едва сдерживала смех. Вот уж воистину: коса нашла на камень.
— Спустись? Можно и потом?! — Ивко аж задохнулся от возмущения. — Да, как вы можете?! Да у меня ж тут.. у меня тут.. наисложнейшая композиция! Художественный замысел! Вдохновение! И вообще, украшение зала — это как вывеска на магазине, что значит потом?! — с менторскими интонациями в голосе вопросил он и я подпрыгнула на месте.
— Вывеска! — хлопнула я себя по лбу. — Я же совсем про неё забыла!
— Не переживай, — тут же успокоила меня София. — Она уже готова. Плотник предупредил, что немного задержится, но до пяти точно успеет и доставить вывеску и повесить!
— Надеюсь, что, и в самом деле, из-за срочного заказа, а не из-за того, что случилось сегодня утром, — пробормотала я.
— Да брось ты! — махнула рукой София. — Мартин — мужик надежный. Если сказал, что до пяти точно успеет, значит, так это и будет!
— Кстати, об этом, — тяжело вздохнула я. — А что если.. что если другие побоятся приходить? После того, что случилось?
София и Ивко переглянулись.
Первым сориентировался Ивко.
— За булочками, которые приносят удачу и исцеление?! — воскликнул он с таким жаром, что над его головой даже гирлянды задрожали. — И не пойдут?! Ага.. Сейча-аас! — Он театрально закатил глаза, будто представляя, что кто-то сможет и пройти мимо. — Пойдут, как миленькие!
— Ме-э! — поддакнула Грета.
— Ивко прав, — кивнула София. — Ты же берегиня, поэтому не переживай, исходящая от тебя благотворная энергия сильнее любых навеянных сплетнями страхов. Кроме того, как можно пройти мимо такой умопомрачительно вкусно пахнущей красоты! — кивнула она на прилавок.
— Вот-вот! — поддержал Ивко и со свойственной детям максимализмом и непосредственностью добавил: — А то, что какая-то завистница решила испортить вам открытие, наоборот, только подтвердит, что вы — настоящая! Раз на вас покушаются тёмные силы, значит, вы действительно несете свет!
Я закатила глаза, скептически фыркнула и прыснула нервным смехом.
— Ох, Ивко.. Ну ты, как скажешь..
— Угу, думай, что говоришь! — пряча улыбку, урезонила его София. — Женщина жизни лишилась, а ты.. Думай, что говоришь.
Ивко почесал затылок и посмотрел на козу. Мол, разве я так уж не прав?
Коза на миг задумалась и, клянусь вам, подмигнула ему. Мол, они пусть думают, как хотят. А мы с тобой останемся при своём мнении!
[1] Гайры — племена, проживающие вдоль северо-западной границы Империи. Они зовут себя детьми мертвых пустошей. Они высокие, под два с половиной метра роста, очень худые и гибкие с ярко-желтыми, светящими в темноте глазами и покрытой зелёными узорами серой кожей. Они передвигаются на карраках — огромных ящерах, которые подчиняются только своим хозяевам.