Страница 62 из 88
Глава 32
Дэмиан и Ройс проговорили почти до полуночи — порой углубляясь в детали и тонкости, которые, на первый взгляд, казались незначительными и далекими от темы их разговора. Но чем дальше разворачивалась беседа, тем больше появлялось вопросов и тем яснее становилось, что даже мелочи могли оказаться ключевыми для понимания истиной сути происходящего.
Обстоятельность Ройса и цепкость ума Дэмиана отлично дополняли друг друга и поэтому их беседа лилась не рекой, а постоянно закольцовывалась, возвращаясь к одним и тем же узловым точкам, пытаясь нащупать нечто, что ускользало при первом упоминании. То, что начиналось как уточнение, перерастало в новое ответвление, за ним тянулось ещё одно, пока наконец в итоге они шаг за шагом не извлекали из глубин своей памяти и вороха догадок важнейшие куски головоломки. И каждый раз им казалось — что еще чуть-чуть и они получат полную картину! Но.. тут же всплывала очередная деталь, противоречие или тонкость, требующая пересмотра сказанного и разговор вновь закручивался по спирали, заставляя их посмотреть на уже обсужденное под новым углом зрения или же и того хуже, обрушивая их прежние выводы и вынуждая их строить новые догадки.
Они так увлеклись, что легко могли бы проговорить и до самого рассвета — если бы за временем не следила «высшая инстанция».
Лилиан возникла в дверном проёме с таким видом, словно она была не больше, не меньше, а наместницей небес.
Скрестив руки на груди, она с укором покачала головой, бросив на мужчин взгляд, громче всяких слов говоривший: даже и не пытайтесь!
— Беседа окончена, господа, — сухо сообщила она, одарив мужа и гостя многозначительным взглядом. — И это не просьба. Мне всё равно, сколько тёмных тайн вы ещё не успели обсудить. Больному нужен сон.
Больной приподнялся на локте, и на правах того, что он больной, подумал было..
Нет, не возразить (Ага, щчас! Не настолько он был рисковый), выпросить еще полчасика.
Но, встретившись с взглядом «наместницы небес», которая при этом..
Мило, даже, можно сказать, ласково улыбалась, передумал.
Целитель Уэст вот также улыбался перед тем, как вкатить ему слоновью дозу целительского сна.
— Отдыхать, так отдыхать, — помня о том, что у него на эту ночь есть еще планы, примирительно поднял он руки и спустил ноги с дивана. — Утром продолжим, — вопросительно посмотрел он на хозяина дома.
Тот почесал затылок.
— Утром.. — Ройс зевнул в кулак, размышляя над тем, может ли он отложить или перенести какие-то из запланированных на первую половину дня дел. — Утром у меня совещание по поводу строительства новой пристани и укрепления склона над южной дорогой. После последнего ливня со склона сошёл камнепад, и обломки скал перегородили путь каравану с зерном. Груз уже, слава богам, вытащили, но дорогу нужно расчистить и укрепить.
— И на совещании вряд ли обойдутся без вас и отложить тоже не вариант. Тем более, накануне выборов, — понимающе кивнул Дэмиан.
— Не обойдутся, — подтвердил Ройс, отрицательно покачав головой, — и отложить не вариант, но.. вряд ли кто-то будет против, если я приглашу вас на совещание, — задумчиво проговорил он и посмотрел на «важную шишку»: — Как вам такой вариант?
Дэмиан усмехнулся и уточнил:
— Зависит от того, что вы имеете в виду под словом совещание. Если это будет препирательство между архитектором.. — Дэмиан выразительно поморщился, — .. защитниками горного ландшафта, которые при одном упоминании об укреплении склонов хватаются за сердце, а при виде лопаты начинают читать заклинания против вмешательства в природные процессы, и дорожными службами.. то я, пожалуй, лучше останусь в постели и буду изображать тяжело больного.
Ройс усмехнулся:
— Почти угадали. Архитектор будет — и он у нас брюзга редкостной.. гммм, мягко выражаясь, эксцентричности: то у него не тот тип камня, то его вдохновение ушло на перерыв, то мрамор не поёт ему серенады. В той же степени одарена гммм.. редкостной эксцентричностью и глава общества охраны природного ландшафта. Мадам Десмонд уверена, что каждый камень в горах обладает духовной ценностью и имеет священное право на неприкосновенность. Не менее колоритной личностью является и наш начальник путевой службы, мастер Тарник, так что уверяю вас скучно не будет! Кроме них на совещании также будут главы торговых гильдий, владелец причала, шериф Конрад и.. — он сделал драматическую паузу, — Каспар Старбридж собственной персоной.
Дэмиан заинтересованно хмыкнул и прищурился:
— Как интересно.. — заметил он.
— Не то слово «интересно», — скривившись, словно съел что-то несвежее, тяжело вздохнул мэр.
Дэмиан понимающе улыбнулся.
— И в какой роли он там будет? На правах кандидата в преторы?
— Формально — главы гильдии банкиров, а неформально.. — Ройс в очередной раз тяжко вздохнул, — в роли самопровозглашённого эксперта по любому вопросу, какой только будет обсуждаться на совещании.
— То есть, я смогу не только послушать и понаблюдать за господином Старбриджем в его, так сказать, естественной среде обитания, но и поспорить? — усмехнулся Дэмиан.
— Сможете, сможете! — напомнила о себе «высшая инстанция». — Но завтра, а сейчас отдыхать!
— Слушаемся и повинуемся! — заверил за обоих Дэмиан, вставая с дивана.
— Я провожу вас в вашу комнату, — улыбнулась ему Лилиан.
Они вышли из гостиной, и коридор встретил их мягким светом ночных ламп. Дэмиан шагал рядом, стараясь не обращать внимание на слабость и на то, что каждый его шаг, отдавался глухой тягучей болью в груди и желудке.
К счастью, идти было недалеко и уже через десять шагов хозяйка дома распахнула перед ним дверь его комнаты.
— Я выбрала для вас комнату, окна которой выходят в сад. Близнецы начнут строительство шалаша только в половине восьмого утра, а рыбаки выходят в море в пять, а то и четыре часа утра, — объяснила она свой выбор.
Дэмиан заверил, что комната ему очень нравится.
Ему ответили светлой улыбкой и, пожелав спокойной ночи, закрыли за ним дверь.
Комната встретила его полумраком и легким ароматом спелых груш и яблок, проникавшим сквозь приоткрытое окно. Всё здесь будто дышало уютом: приглушенный свет магических светильников, добротная деревяная мебель, пушистый ковёр у кровати, тёплые тона текстиля и мягкое кресло у окна, словно специально поставленное для вечерних раздумий в тишине.
Дэмиан прошёл к креслу и медленно, осторожно, чтобы не задеть больное место, опустился в него. Выдохнул, позволяя себе наконец-то расслабиться.