Страница 118 из 153
Глава 39
— Десять грамм! — произнес Амин в трубку телефона, сидя в своем кресле в офисе. —
Десять грамм!
Пока он ехал до работы, был возмущен поступком Зафиры. Вирджиния, которая сидела
рядом с сыном, была полностью с ним согласна.
— Интриганки! Она и ее мать! Как только Зафира вышла за тебя замуж, она изменилась.
Наверняка Надия давала ей наставления.
Амин не хотел это слушать и был рад, что их браку конец. Лучше он подумает о своих
детях от любимой женщины. Десять грамм же! Когда плод успел так вырасти?
— Останови машину возле кондитерской, я куплю шоколадный торт, — попросила Вирджиния,
и Амин остановил машину. — Возьму потом такси, поезжай в офис, не жди меня.
И теперь из офиса он разговаривал с Анной, теребя в руках карандаш. За дверью уже
столпились сотрудники с отчетами. Надо было решать рабочие моменты, но он откинул
дела прочь — подождут. Нет ничего важнее семьи.
— В следующий раз я закрою глаза, и его вес будет равен полтора килограмма.
— Амин, что ты возмущаешься? — не поняла Анна. — Время быстро летит.
— Хочу его остановить и насладиться настоящим. Действительно осознать, что у нас
скоро родится ребенок, готовиться к этому, смотреть снимки УЗИ. Запишись к врачу в
Лос-Анджелесе. Может, у тебя недостаток витаминов, а мы и не знаем. Пусть обследуют
тебя полностью.
— Хорошо, — усмехнулась она.
— Десять грамм! — возмутился он и отключился, но тут же схватил трубку внутреннего
телефона. — Абдул, распорядись, чтобы мой самолет был готов завтра утром. Я улетаю в
Лос-Анджелес, и со мной еще два человека.
Вскоре пришел отец, и они занялись работой до самого вечера. Саид все еще возмущался
поступком сына по поводу того, что тот так легко отпустил Таира аль-Хакима. Дал жить
преступнику, хотя он должен был сидеть за решеткой.
— Отец, мы в альянсе с Катаром, не забывай об этом, — напомнил Амин. — Сдав Таира
полиции, мы тоже рисковали своей репутацией. А тут выиграли сразу два дела: Рамиль в
кресле генерального директора, а Катарские авиалинии теперь часть наших.
Сотрудничество будет лишь укрепляться. Терминал в Лос-Анджелесе не ушел из нашей
семьи.
— Половина еще у семьи Зафиры, — напомнил Саид.
— Рамиль ее выкупит у них полностью, как только это станет возможным.
Амин уверенно смотрел в будущее. Саид еще раз удостоверился в этом. Он все же сын
своего деда, горит делом компании.
День прошел быстро в решении проблем, собраниях, за подписанием бумаг, во встречах,
телефонных переговорах. Пришлось даже съездить в Департамент по транспорту, а потом
заехать в полицию, чтобы замять это дело. Амин с трудом вернул свое заявление, а
пресса его уже поджидала на улице.
— Сэр, до нас дошли слухи, что вы разводитесь со своей женой Зафирой Махди. Это
правда?
Возле него оказались маленькие микрофоны в протянутых руках. Вот уж он точно не
ожидал такого вопроса.
— Это правда, — уверенно произнес Амин, проигнорировав все остальные, которые уже
касались работы. Он официально признал, что развод состоится.
Звонил адвокат сказать, что Зафира так и не подписала заявление на развод, но он
подал его в суд.
— Дело затянется, но вы все равно занимайтесь другими вопросами в Америке. Здесь я
сделаю все возможное.
Саид был возмущен не меньше Амина.
— Это теперь публичное дело! Кто проболтался прессе о разводе?
— Понятное дело кто, — усмехнулся Амин. — Жертва.
Было очевидно, что Зафира не станет молчать, делая из него монстра. А в глазах прессы
он уже становился плохим семьянином.
Домой Амин вернулся поздно вечером, подхватив на руки Хамдана, целуя его в щеку.
Он скучал по сыну не меньше, чем сам Хамдан, который потянул его в комнату с
игрушками.
— Папе надо поужинать, — спохватилась Вирджиния, но Амин лишь махнул рукой, желая
уйти от всех проблем, насладиться обществом сына.
И пока Хамдан доставал игрушки, Амин решил поинтересоваться.
— Ты знаешь, что мы завтра полетим на самолете? — спросил он.
— Мама сказала. — Даниэль так увлеченно доставал игрушки из коробки, что на этот
вопрос ответил без эмоций. Видимо, мама сказала, но не договорила, куда именно они
полетят. — Смотри какой вертолет! А мы полетим на черном самолете?
— Да, на нем. Мы полетим туда, где ты жил раньше. Ты помнишь то время?
Даниэль задумался, его взгляд застыл на одной точке.
— Я не хочу уезжать. — А потом он перевел взгляд на Амина и заплакал. Вот этого Амин
точно не ожидал, пришел в шок. Он впервые видел, как плачет его сын, как покраснело
его лицо, как из глаз хлынули слезы. Маленькие ручки обняли отца за шею, и Амин
крепко прижал его к себе.
— Что случилось? Бисмиллях, Хамдан…
— Я хочу остаться с тобой. Ты нас бросишь?
— Что ты такое говоришь! — удивился Амин. — Я никогда вас не брошу! Я всегда буду
рядом с тобой и с мамой, не дам вас в обиду. А потом мы вернемся сюда, к бабушкам и
дедушкам.
— Обещаешь?
Это было трогательно и больно. У Амина защемило в сердце.
— Я обещаю тебе. — Он посмотрел сыну в глаза. — Даю слово отца, я тебя никогда не
брошу. Мы будем жить вместе.
Хамдан несколько раз кивнул, стер слезы и снова принялся раскладывать игрушки. Зато
Амин находился в небольшом шоке от реакции ребенка. Почему она такая? Ричард был
плохим отцом? Милена и Джек не выглядели нелюбящими внука, напротив, сложилось
впечатление, что он им дорог. Было неизвестно, как все сложится, но Амин еще помнил
свое пребывание в больнице и их заботу.
Хотелось бы спросить Хамдана, сделать это осторожно, чтобы не увидеть после этого
новых слез, не травмировать его. Но Амин побоялся, поэтому решил отвлечь ребенка
игрой, за которой они провели время до самого прихода Анны.
— Я собрала вещи. — Она присела на ковер рядом с ними, где стоял уже целый аэропорт.
— Но я не знаю, что будешь брать ты.
Она обняла Амина и поцеловала в щеку. А он ей улыбнулся.
— Видишь, мне не хватило работы на работе, и я решил поиграть в аэропорт. Я сам
соберу свои вещи, не переживай.
И только когда они остались наедине в комнате Амина, готовясь ко сну, он вспомнил
слезы Хамдана.
— Кальби, любимая, ответь мне, как Ричард вел себя с Хамданом? Они ладили друг с