Благородные устремления

— Я не мыслю такими категориями, - наконец, отвечаю. - Для меня поведение мачехи неприемлемо не потому, что она не воспринимает меня всерьёз, а потому что она порочит честь благородной, пусть и не богатой семьи. Моей семьи. Возможно, всё это и не её идея, но то, как она её воплощает, вынуждает меня принимать меры для предотвращения ещё больших ошибок.

Итай кивает, медленно обходя купель. Слежу за ним, не очень понимая, чего мне следует ждать?

— Поднимайся, - наконец, произносит он.

— Что? - обескураженная, переспрашиваю, интуитивно прикрывая грудь.

— Стесняешься своей наготы? Тогда прикрой тело одеждой, которую сняла. Где она? - глядя мне в глаза, спрашивает генерал.

Проверяет.. он меня проверяет!

— Позади вас висит на перекладине, - произношу напряженно.

Итай оборачивается и стягивает шелковую накидку, предусмотрительно оставленную Вэнь. Затем подаёт мне.

— Не отвернётесь? - уточняю, не желая подниматься под таким внимательным взглядом.

— А должен? - отбивает Итай.

Если я встану, одежда под моими ногами может всплыть.

— Вы изменили своё мнение? - спрашиваю прямо, не имея другого варианта.

— О каком мнении речь? - переспрашивает генерал.

— Я была не интересна вам в качестве наложницы. Настоящей наложницы, - говорю с легким вызовом.

— Ты уже давно мне интересна - и знаешь об этом, - спокойно отвечает Итай.

— Выходит, вы разрешите мне вас поцеловать, если я об этом попрошу? - спрашиваю сосредоточенно, припоминая его собственные слова, сказанные будто бы в далёком прошлом..

— Выходит, позволю. Будешь пробовать? - сухо спрашивает генерал, продолжая держать мою накидку вытянутой рукой.

Он словно наказывает меня за что-то, лишая этот момент даже намёка на романтику! Хотя я и сама виновата.. но почему для первого признания ему необходимо было застать меня нагой в купальне и при этом сообщать о своих симпатиях так бесстрастно?!

Неужели он подозревает меня в чем-то?

Опускаю голову, пытаясь вспомнить.. с момента нашей последней встречи не произошло ничего особенного, кроме прихода мачехи. Неужели он рассердился из-за того, что она оговорила меня? Ему ли не знать, что я абсолютно верна: у него же глаза и уши по всему Приграничью!

Застываю, вспомнив небольшую подробность - он узнал о моём письме для отца!

По легенде на постоялый двор была отправлена Лулу, и отправлена мною лично. И если человек генерала видел, как Лулу передавала послание, он так же мог видеть советника Наместника, который направлялся в тот же постоялый двор..

Вскидываю глаза и ловлю сосредоточенный взгляд генерала.

Он подозревает меня в связи с советником?

— Молчишь? - спрашивает Итай.

— Решаю, могу ли я доверить вам всю свою жизнь, - отзываюсь медленно, затем поднимаюсь из купели, забирая накидку из его руки, и позволяю ткани облепить моё мокрое тело.

— Ты можешь быть бесстыдной. Я рад, что ты показала мне эту свою черту, - без эмоций произносит генерал.

— Вы вынудили меня стать бесстыдной, - говорю в ответ и выбираюсь из купели; иду навстречу ему, вынуждая отступить на шаг под неожиданным натиском. - Но возьмёте ли вы ответственность за то, что может сейчас произойти?

Итай опускает взгляд с моего лица на тело. Затем вновь возвращается к глазам.

— А ты готова к последствиям? Когда мы разрушим эту преграду, ты станешь частью моей семьи.

— В вашей семье есть какие-то особые правила, о которых я должна знать?

— В ней есть одно правило - абсолютная честность.

Моргаю, выбитая из колеи его ответом.

Я хочу быть честна с ним. Но будет ли он честен со мной? И поймёт ли моё желание наладить связь с Вэйтаром?

Что он вообще подумает обо всей моей деятельности - реши я рассказать ему?

— Уже готова отступить? - заметив моё колебание, спрашивает генерал.

— Я хочу быть честной с вами, - решаю сказать, как есть, - но боюсь.

— Я способен понять причину твоего страха и принять отказ. Но также способен лишить тебя всех поводов для волнения. Выбирать тебе, - с отчетливым давлением в голосе, произносит Итай.

И я не понимаю, почему он так давит на меня? Что его беспокоит?..

Неужели те самые слухи, распущенные мачехой и нашедшие подобие подтверждения на постоялом дворе?..

— Я тоже могу лишить вас повода для волнения. Не всех, конечно, но одного точно, - отвечаю уверенно и подхожу к нему вплотную.

Я хочу показать ему свои чувства, но сможет ли он поверить, что они настоящие? Я так часто разыгрывала перед ним представление..

Поднимаю взгляд, полный сотни разных страхов, на его лицо. За моей спиной - доказательства моего недоверия к нему, а прямо передо мной - он сам. Куда бы я ни двинулась - везде меня ждёт неизвестность..

Беру его ладонь обеими руками и подношу к своим губам.

— Я грязный, - неожиданно выдергивает кисть Итай, отстраняясь.

Он скакал на лошади и пришёл в мою купальню, не успев омыть рук..

— Что, если я скажу, что это беспокоит меня меньше всего? - спрашиваю тихо.

— Это беспокоит меня, - отзывается Итай и осторожным прикосновением костяшки пальца убирает мокрые волосы с моей щеки.

Сейчас я могу расположить его к себе больше, чем когда-либо до этого. Я чувствую это, несмотря на все его проверки. Всего-то и надо, что встать на носочки и поцеловать его в губы! Тогда никакая мачеха не сможет рассорить нас двоих, даже если начнёт заводить в комнату свидетелей моих мнимых измен..

Но я не стану этого делать.

Не хочу.

Не буду.

Если я разрешу себе пользоваться его расположением, он сделает то же самое в ответ. Он ценит честность? Я тоже.

— В таком случае, пожалуйста, сохраните своё дозволение до вечера, когда мы оба будем чистыми, - произношу негромко и отступаю от него, опустив голову.

Я хочу, чтобы он понял, почему присутствие мачехи в Приграничье - настоящая проблема, которая потребовала моего вмешательства в виде письма отцу. А третья госпожа определённо покажет ему себя во всей красе, когда мы придем на постоялый двор - тогда-то я и очищу своё имя от любой клеветы!

И этой же ночью.. я дам ему шанс сделать меня частью своей семьи.