Страница 76 из 79
Патрик нервно переступал с ноги на ногу.
— Папа, просто покажи ей бумагу.
— Пошли вы оба к чёрту. — Джулиан достал из смокинга документ.
Бросил на пол. Патрик присел, поднял и отдал Ванессе.
Одна страница: согласие на развод и равный раздел всего состояния Патрика. Предполагаемая доля Ванессы — три миллиарда долларов.
— Ручка есть? — спросила она.
— Прежде чем ты подпишешь, я должен увидеть, за что плачу. В сумочке его нет, я знаю, — сказал Джулиан.
— Он при мне. Просто понадобится немного уединения, чтобы его достать. Не могла же я положить такую ценность прямо в сумочку.
Патрик вынул ручку и поставил подпись и дату возле своего имени.
Стал ждать.
— Я на минуту, — сказала Ванесса.
Ванная была в десяти футах, за углом площадки. Она вошла, закрыла дверь и повернула ключ. Поставила бокал на край раковины и посмотрела в зеркало.
Челюсть дрожала.
Если сейчас не взять себя в руки, Джулиан поймёт, что что-то не так. Он, конечно, ждёт от неё волнения, но не смертельного страха. Настоящую Ванессу он знал лучше собственного сына.
Ещё глоток шампанского.
Поможет.
У неё был план. Недавно его пришлось подправить, но всё уже на месте. Некоторые вещи требовалось сделать прямо сейчас.
Назад дороги нет.
Ванесса открыла сумочку, достала флакон духов, осторожно сняла распылитель и долила жидкость в бокал так, чтобы уровень казался прежним. Этого достаточно. Жидкость очень сильная. Она вернула распылитель на флакон.
Убрала его в сумочку и опустилась на колени перед унитазом.
Протянув правую руку за бачок, ощупала холодный пыльный фарфор, пока пальцы не наткнулись...
На рукоять плоской отвёртки. Она потянула и выкрутила её из клейкой ленты, удерживавшей инструмент. Не вставая, вставила кончик отвёртки в вентиль подачи воды.
Перекрыла его.
Теперь вода не поступала ни в унитаз, ни в маленькую раковину.
Она убрала отвёртку в «Гуччи», встала и нажала кнопку смыва.
Прислушалась.
Бачок не наполнялся. Вода внизу чаши опустилась почти до нуля.
Ванесса приподняла платье, отклеила от живота пакет с браслетом и снова разгладила подол.
В последний раз рискнула взглянуть в зеркало.
Пора.
Она отперла дверь ванной, вынула ключ и убрала в сумочку, затем закрыла дверь. С браслетом в одной руке, бокалом в другой и сумочкой на плече она вышла.
Джулиан поднялся с дивана и стоял теперь в нескольких футах от Патрика. Ждал. Патрик посмотрел ей в глаза, и она прочла в его взгляде тревогу.
Поначалу она не поняла почему. Затем увидела.
В одной руке у Джулиана была дорогая сигара, в другой — гильотина для сигар с перламутровой ручкой. Наблюдая, как она приближается, он срезал кончик. Убрал гильотину в карман брюк и похлопал по пиджаку в поисках зажигалки.
— Вам это нужно? — спросила она и бросила ему браслет.
Свободной рукой он поймал его, зажал сигару зубами, повертел прозрачный пакет с браслетом в обеих руках и поднял к свету. Удовлетворившись, вынул изо рта незажжённую сигару и оставил её в правой руке.
— У «Сайнфелдс» есть чудесные вещи. Этот браслет чуть дороже обычного. Дам за него пятьдесят миллионов, — сказал Джулиан.
— У нас была договорённость, — строго сказала Ванесса. Ей хотелось постепенно довести спор до накала, но теперь, когда сигара оказалась у Джулиана в руке, времени не осталось.
— Мы договорились.
— Ты ведь не думала всерьёз, что получишь три миллиарда? — улыбнулся он.
Момент настал.
Она выплеснула в него шампанское, крепко держа бокал за ножку. Нужно было попасть на живот и грудь, не задев лицо или глаза. Затем она позволила бокалу упасть на ковёр.
— Какая же ты сука. Тебе ещё повезёт, если уйдёшь отсюда живой. Патрик, выведи эту тварь. Ничего она от нас не получит. — Он оттолкнул её, затем оттянул мокрые рубашку и смокинг, чтобы ткань не касалась кожи, широким шагом вошёл в ванную и закрыл дверь.
Ванесса вынула из сумочки ключ и подбежала к двери.
Осторожно, бесшумно вставила его в замок.
И повернула.
Изнутри донеслись ругательства, затем шум холодной воды из крана. Остатки воды в трубах скоро закончатся.
Она вынула ключ.
Зажала в ладони.
И посмотрела на мужа — возможно, впервые по-настоящему.
Он дрожал, по щекам текли слёзы.
Трубы застонали от проходящего воздуха. Вода почти иссякла.
— Прости, — сказал Патрик.
— Знаю. И ты меня прости.
Она подошла и протянула ключ.
— Я не могу. Сделать это должен ты.
Он смотрел на чёрный ключ у неё на ладони.
Протянул дрожащую руку и взял его.
Ванесса мысленно вернулась на несколько месяцев назад, к последнему вечеру в манхэттенском доме.
Она поднималась по лестнице, уходила от Патрика и его вопросов о браслете, когда он сказал:
«Я должен тебе кое-что рассказать...»
Позднее она сообщила Флинну, что Патрик признался ей в убийстве Молли. Ещё одна ложь. Но необходимая, как и все остальные.
В действительности он рассказал нечто совсем другое. И Ванесса не сомневалась, что это правда.
«Я должен тебе кое-что рассказать... Я не убивал Молли. Возможно, ты мне не поверишь, но сейчас я впервые в жизни скажу тебе правду. Всю правду. Да, я с ней спал, прости. Но клянусь, не убивал. Я нашёл её дневник и запаниковал. Она выдавала себя за другую. На самом деле её зовут Уиллоу Чейз. Она хотела отомстить. Сблизилась со мной, чтобы уничтожить меня и мою политическую карьеру. А может, и ещё хуже — убить меня. Я думал... думал, что люблю её. Я сказал ей, что нашёл дневник, знаю о её лжи и о том, кто она. Потом выбежал из квартиры, больше ни слова не сказав, и позвонил отцу. Рассказал о случившемся, а он обещал обо всём позаботиться. Как с Терезой. Только Тереза, клянусь, погибла случайно.
Мы были молоды, веселились, я ещё нюхал кокаин и слишком много пил, а Тереза тоже была оторвой. Она упала, Ванесса. Танцевала на кухонной стойке в доме в Хэмптонсе, поскользнулась и ударилась головой. Крови было столько... Я был не в себе от наркотиков, а Тереза... она умерла. Сломала шею. Её не стало. Я ничего не мог сделать. Позвонил отцу. Он велел не вызывать ни скорую, ни полицию, просто переодеться и уйти из дома. Сказал, что обо всём позаботится, иначе мы погибнем.
Молли... она сводная сестра Терезы. Та, которую не могли найти, Уиллоу Чейз. Она пришла за мной. Я прочёл лишь первые страницы дневника, но её намерения были ясны. Отец сказал, что ему придётся разобраться с Уиллоу, что мы зашли слишком далеко. Велел не волноваться, обещал сделать это сам. Клянусь, я не знал, что он её убьёт. Думал, он просто откупится. Я больше не могу с этим жить. Клянусь тебе, Ванесса, я говорю правду. Он очень опасен и способен убить даже меня, если я кому-то расскажу. Тебя тоже убьёт, если узнает, что я всё тебе выложил. Не знаю, что делать. Мне так страшно. И так жаль».
Ванесса сказала: «Патрик, я тебе верю, но теперь мы должны его остановить. Он подставил меня за убийство Молли. Скрыл смерть бедной девушки в Хэмптонсе, а ты все эти годы несёшь эту вину. Вместе мы добьёмся, чтобы он больше никому не причинил зла. Всю жизнь он тебя мучил и хотел, чтобы ты стал таким же. Но ты другой, Патрик. Ты не твой отец. Ещё можно остановить его раз и навсегда, пока не поздно для нас обоих...»