Один из нас виновен

— С каких пор тебя так заботит моя политическая карьера?

Гарри вышел из гостиной.

— Мы хотим как лучше для Ванессы и ее семьи, — сказал он.

— Она ваша клиентка. Я — нет. Не лезьте в мои дела.

— Сегодня я встречался с вашим отцом, — сказал я. — Его беспокоит, как дело Молли Грин отразится на семье. Вы правы: для меня на первом месте Ванесса, а вы — ее семья. Пожалуй, мне стоит последовать совету вашего отца и попытаться защитить вас всех.

— Мне не нужна твоя защита.

— Разумеется, Патрик.

— Для тебя я мистер Вандерпул. Ты знаешь, кто мой отец. Знаешь, насколько влиятельна моя семья. — Он брызгал слюной, плечи напряглись, глаза не отрывались от меня. — Прояви чертово уважение.

Мои пальцы сжались в кулаки.

— Прошу прощения, мистер Вандерпул. Мне плевать, кто ваш папочка. Если я еще раз увижу, что вы причиняете боль жене, я, на хрен, отправлю вас в нокаут. При всем уважении.

Он замер.

Не знал, что делать.

— Идемте, — сказала Ванесса, появившись в коридоре с дорожной сумкой и пальто на руках.

Когда мы уходили, она даже не посмотрела на мужа.

Никто не произнес ни слова.

И это говорило о многом.

В машине Гарри я сел с Ванессой сзади.

— Спасибо, — сказала она. — Я знаю, ты хотел как лучше. Но не стоило этого делать.

— Он всегда так себя ведет? — спросил я.

— Иногда.

— Он раньше тебя бил?

Она отвернулась к окну, за которым проплывал город.

Я молчал. Она тоже.

Какое-то время мы ехали в тишине. Я понял, что сегодня не время задавать ей трудные вопросы. Сначала нужно больше узнать об уликах обвинения. Потом можно будет выложить карты на стол.

Гарри спросил, в каком отеле она хотела бы остановиться. Где-нибудь в стороне от привычных мест, где она прежде не бывала. Мы выбрали «Хилтон Гарден». Гарри повернул налево и поехал в центр.

— Тебе придется не высовываться, пока дело не закончится. Никому не звони, кроме меня.

— А как же та женщина, второй адвокат? Восс?

— Я хочу, чтобы ты отказалась от ее услуг, но пока рано. Сейчас просто перестанем выходить с ней на связь. Мне надо подумать.

— Что будет дальше?

— Ждем материалы обвинения. У твоего свекра влиятельные друзья. Суд назначат быстро. Восс этому поспособствует. Когда поймем, что именно есть у прокурора, откажемся от Восс, начнем свое расследование и приготовимся к борьбе. Сейчас не хочу засыпать тебя вопросами. Поговорим позже, когда узнаем больше. Но один вопрос все-таки есть. Ты когда-нибудь слышала имя Тереза Чейз?

— Нет. А должна?

— Ее упомянул один из политических противников твоего мужа. Сказал, что ему о ней известно. Мои сыщики ничего не нашли, и я подумал, может, ты знаешь.

— Прости. Никогда не слышала этого имени.

— О чем Патрик шептал тебе перед нашим уходом?

Она повернулась ко мне. Я вновь увидел страх в ее глазах.

— Я не могу сказать.

— В каком смысле?

— Не могу тебе рассказать.

— Со мной ты в безопасности, понимаешь? Возможно, потребуется время, прежде чем ты это почувствуешь, но я действительно хочу тебе помочь, Ванесса. Не ради денег, репутации или чертовой рекламы. Я берусь за дело, только когда хочу кому-то помочь. Мне кажется, тебе нужна помощь. И ты многое скрываешь. Я не смогу тебе помочь, если ты не скажешь правду.

Она отвернулась к окну, покрытому каплями дождя. В стекле отражались огни отеля.

Когда она снова посмотрела на меня, страх исчез. Она приняла решение.

— Сегодня был тяжелый день. Дай мне немного времени. Я соберусь с мыслями и расскажу тебе все.

Глава 20

Эдди

Прошла неделя. Ванесса пряталась в отеле «Хилтон Гарден» в центре города.

Восс позвонила мне наутро после ее заселения и спросила, где наша клиентка. Я ответил, что не знаю. Она сказала, что я вру, и я согласился. Объяснил, что Ванессе нужно время прийти в себя, а когда мы получим материалы дела, я свяжусь с Восс.

Материалы обвинения доставили в мой офис дождливым утром четверга. Дениз расписалась за пакет, который принес полицейский, и сразу отнесла его нам с Гарри.

Бумажные документы, альбом фотографий и копия всего содержимого на флешке. Гарри вставил флешку в компьютер. Я сел на край его стола с бумагами и альбомом.

Я всегда сначала смотрю фотографии. Хочу понять, какую историю расскажет место преступления само по себе, прежде чем прочту остальные улики. Так проще сохранить непредвзятость. Знай я заранее версию обвинения, она могла бы повлиять на то, что я увижу на снимках.

Прокурор не передает защите абсолютно все доказательства. По правилам он обязан раскрыть те, которые намерен использовать в суде, а также все найденное, что может помочь защите.

Фотографий было всего пять.

Так мало, что к ним впору было приложить сигнал тревоги.

Криминалист наверняка сделал десятки снимков.

На двух из пяти квартира была снята общим планом. На переднем плане лежало обезглавленное тело молодой женщины. На животе, руки вдоль тела, ноги прямые. Обнаженная, бледная.

Я вспомнил, что в заключении вскрытия упоминался порез на подошве ее левой ноги. Крупного плана пореза не было, но вторую фотографию сделали с противоположной стороны, и я кое-как различил темную черточку на подошве. Ступни были грязными: возможно, Молли ходила по квартире босиком.

Стекла на полу не было. Ничего не разбито. Мебель не сдвинута.

Последний снимок крупным планом показывал шкатулку для украшений на стальном столе. Его сделали не в квартире. Шкатулка была украшена кристаллами или полудрагоценными камнями. Табличка с номером вещественного доказательства рядом позволяла оценить размеры: около двадцати сантиметров в длину, тринадцати в ширину и пятнадцати в высоту. Ее стилизовали под миниатюрный сундук с сокровищами. На вид тяжелая. В правом углу недоставало трех камней, там же виднелось темное пятно.

Я еще раз пролистал альбом, проверил папку с документами и конверт, чтобы убедиться, что ничего не пропустил.

Дело было не столько в том, что показывали снимки, сколько в том, что они пытались скрыть.

— У тебя на флешке тоже пять фотографий? — спросил я.

— Только что посмотрел, — ответил Гарри. — Пять. Пожалуй, впервые вижу такое в деле об убийстве. Они наверняка сделали сотню снимков. Где остальные?

— У прокурора. Они сосредоточились на теле, возможно, стараются не показывать, насколько чистой была остальная квартира. Понимаю почему. Блок сказала, что место преступления словно вылизали.

— Показания свидетелей прочитал?

— Как раз собирался.

— Предупреждаю: нам они не помогут.

— Расскажи главное.

— Руководитель предвыборной кампании Патрика, Джеффри Гилберт, утверждает, что Ванесса пристально следила за Молли. Ревновала ее и подозревала, что та пытается соблазнить ее мужа.

— Плохо.

— Подожди, пока дойдешь до криминалистов. Полного отчета пока нет, но, похоже, на этой вычурной шкатулке нашли кровь Молли. И еще один образец ДНК, вероятно оставленный при прикосновении. Он принадлежит Ванессе.