Страница 42 из 98
— Собираем тех, кто только сейчас осознал, в какое дерьмо мы все вляпались, — виновато улыбнулся молодой. — Дьярви капитан «Буйного ветра», я командую «Весенней грозой». Меня Моди Свейнсон звать. А ты из чьих будешь?
— С «Длинного змея» Вестгейра Морехода.
Дьярви неприязненно сплюнул и только фыркнул. Моди был более приветлив:
— В какой-то мере тебе повезло. За каракки твари возьмутся в последнюю очередь, а может, если Авгрунн милосердна будет, кто-то из вас даже вернется.
— А вы значит уже никуда плыть не собираетесь? — нахмурился Лейф.
— Как видишь. Здесь собрались люди из наших команд и немного из других, кто понял, что помирать еще не хочет. Мы, знаешь ли, считаем, что вся эта экспедиция – всего лишь изощренный способ самоубиться. Особенно на наших фотах дальше в океане делать нечего.
— Но зачем-то же вы за Рериком изначально пошли?
— Повелись на его и кайзеровские сладкие речи, — буркнул Дьярви.
— Скорее уж надеялись проскочить под прикрытием каракк, — поправил товарища Моди. — Но как видишь получается пока наоборот. Служить для вас прикрытием мы больше не желаем, так что останемся на Хвальсэйяре, немного переждем, пока океан, взбаламученный эскадрой, успокоится, и рванем назад на всех парусах. Будем идти даже ночью, стараясь как можно меньше работать веслами, чтобы шум не поднимать. Может и проскочим.
— Дело ваше, — пожал плечами Лейф. — Чего уж тогда тянули так долго? Я видел, что кое-кто и раньше поворачивал, не дожидаясь пока так далеко заберемся.
— Не умничай, парень, — фыркнул Дьярви. — Хочешь и дальше рисковать своей жизнью почем зря – валяй, топай к своему Весту. В пору менять ему прозвище на Утопленника или Корм для съярваров, как и для всей вашей команды, помяни мое слово!
Вспыхнув, Лейф рванул сакс из ножен, мало задумываясь, что делает. Те из моряков, кто сидел ближе к нему тоже подскочили, выхватывая свои ножи. От чего-то непоправимого парня уберегла цепкая рука и острый глаз боцмана, как оказалось тоже прогуливавшегося по лагерю.
— Ты чего тут устроил, паря? — рыкнул Кнуд, огладив густую бороду и состроив страшную рожу.
— У этого поганца язык совсем без костей, вздумал на Веста пасть разевать! — Лейф все еще был переполнен злостью.
— Сам-то полегче в выражениях будь, малец, — Дьярви поднялся на ноги.
Кнуд оценивающе осмотрел собеседника и ощерился, от чего вновь стало заметно, что у него не хватает пары или тройки зубов. В сочетании с длинным шрамом от левого виска, до правой скулы, вид у него стал совсем страшный и разбойничий:
— А, Дьярви Два Паруса… Под одним идет на юг, под другим тут же на север. По итогу стоит на месте. И разговор ведь отнюдь не про море. Не тебе моего племянника хаять.
Капитан фота недовольно засопел и буркнул:
— Вы все покойники, Паук, неужто не понимаешь?
— Оставь его, Дьярви, а ты, Кнуд, оставь нас, — из-под бровей бросил Моди. — Мы всего лишь хотим повернуть, пока это еще возможно. Вы бы тоже…
— Ваше право, — прервал собеседника боцман. — Пошли, парень. Ты вроде не для того в команду вступил, чтобы трусов всяких слушать? Не хватало еще, чтобы у тебя поджилки трястись начали. И нож свой убери-ка, если дойдет до Веста, что ты поножовщину устроил, угадай, кто тебе с десяток плетей всыплет?
Лейф не стал сопротивляться и, спрятав сакс, поспешил за боцманом. Против собственной воли он понял, что разговор с Дьярви и Моди все же поселил в его душе легкое сомнение. Удивительно даже для самого себя, парень решил поговорить об этом с Кнудом:
— А вы почему уверены, что мы живы останемся? Что за океаном хоть что-то есть? Потому что Вигдис что-то там чувствует?
— При чем здесь Пол Ведьмы? — фыркнул Паук. — Девка может и говорит с Богиней, да только мало ли, что она там слышит?
— Тогда почему?
— Потому что Вест этого хочет, — вздохнул Кнуд и на мгновение лицо его смягчилось. — Я бы давно это бросил, построил бы домик где-нибудь на побережье, завел хозяйство… Но не могу племянника оставить. Пусть и двоюродный, но все же своя кровь. Так что хочу убедиться, что парень всего чего хотел добился, а уж потом своей жизнью займусь.
— Глупо как-то, — нахмурился Лейф. — Гробить собственный мечты ради кого-то другого…
— А разве так не происходит сплошь и рядом? Может это и глупо, но пока Вест не скажет, что больше ему моя помощь не нужна, никуда я не уйду. Пожалуй, не так и плохо быть одной из досок корабля его мечты?
— Я только больше запутался, — вздохнул рыжий, тут же заработав еще один хлопок по плечу.
— Значит не думай лишний раз, а лучше ступай-ка и выпей вместе со всеми. В океане от этих сомнений и дурных мыслей тебе явно проще не будет.
Спорить Лейф не стал, направившись в сторону их лагеря. Кнуд остался где-то позади, видимо ждал Веста с совещания. О словах боцмана, как и о командах Дьярви и Моди, парень старался особо не думать. Может не такой и плохой совет, попробовать хоть немного забыться?
За то время, что рыжий гулял по лагерю, их стоянка заметно преобразилась. Кто-то притащит чуть сероватых, явно лежавших на улице, но все еще крепких досок, из которых соорудил стол, вместо ножек использовав пустые бочки. Сделано все было на совесть, даже скреплено гвоздями, потому так просто эту мебель было не развалить. Несколько длинных лавок были под стать столу.
Мурио – кок «Длинного змея», уже готовил мясо на углях. Бруни крутился рядом, вроде как помогая следить за костром, чтобы всегда были свежи угли, но на самом деле подворовывал мясо, от чего повар то и дело пытался прогнать его прочь.
Заметив Лейфа, Бруни замахал ему, весело улыбаясь. Рыжий решил подойти, хотя бы поздороваться:
— Вы Финна не видели?
— Где-то тут ходит, раньше тебя еще вернулся, между прочим, — хмыкнул Бруни. — Вы где с ним разминулись то?
Рыжий только пожал плечами. Мурио, добавлявший в мясо специи, спросил:
— Ну как тебе тут?
— Пустовато без людей будет. Да и с нами смотреть не на что, кроме наших же кораблей.
— Тут не поспоришь, — вздохнул восточник и неожиданно спросил. — Хочешь попробовать?
— Что? Мясо? — у Лейфа тут же потекли слюнки.
Повар усмехнулся, еще разок дал Бруни, потянувшемуся к еде, по рукам и открыл какую-то баночку, почти до краев полную смеси серого и красного порошка:
— Я это в еду добавляю, чтобы вкуснее было.
— Ух ты, — к готовке Мурио рыжий уже успел привязаться, так что слюнки у него потекли как бы не сильнее. — Давай!