Колыбельная бури

Глава 13

Уже глубокой ночью, когда большинство гостей разбрелись по своим комнатам, оставшиеся члены семьи и небольшая кучка придворных танцевали посреди зала. Светильники горели едва-едва, даря теплый уют, музыканты играли что-то тихое и нежное, а мы с Ринеком неспешно кружили в медленном вальсе. Элька танцевала с Шинмером и что-то живо рассказывала, вызывая у Избранного веселый ребяческий смех. Отец отчитывал Линду за выходку на приеме — текла обычная жизнь во дворце.

Но продлилось это не долго. В какой-то момент дверь зала распахнулась, впуская Адриана. Музыка стихла, танцующие замерли и нерешительно отступили в сторону, давая проход брату.

Адри был серьезно ранен, почти истерзан. Уж кому как не мне знать, что сейчас он держался на ногах только благодаря трансу яри. Кровь замерла на ранах, но все равно брат оставлял алый след на мраморе пола. Он шел, ссутулившись и прижав израненную руку к такому же порванному животу. Шел, припадая на одну ногу, но его ясные голубые глаза с яростью осматривали зал. Тут его взгляд выцепил из толпы Ринека, и шаг Адриана стал тверже, а выражение лица — злее.

— Уже здесь, да? — спросил он, игнорируя все вокруг. — Быстро, но почему бы и нет? Ведь ты не пытался удержаться на плаву с пробоиной в корпусе, верно? Можно было добраться и быстрее, без умирающих на борту!

Все замерли в оторопи, даже отец, переставший ругать Линду, смотрел на Адри с выражением испуга и удивления.

— Где твой перстень, предатель?! Где он?

Рин удивленно глянул на свои руки и нахмурился, не обнаружив на них кольца.

— Ты кое-что потерял в прошлую встречу, ублюдок! — выкрикнул Адриан и бросил под ноги Ринека нечто блестящее. Я — единственная, кто не замер, как статуя — наклонилась и подобрала перстень-печатку Рина со знаком генерала. Затем кивнула Эльке, мы вместе подбежали к Адриану и почти силой заставили его подойти к одному из кресел и сесть в него. Пока подруга пыталась залечить раны моего брата, я непонимающе вертела в руках перстень Рина.

— Что случилось? — пришел, наконец, в себя отец.

— У него спроси! Он же твой любимчик, будущий король! — язвительно ответил Адриан, его голос дрожал от боли и ярости. — Эскадра почти полностью разбита...

Тут уже не выдержал Ринек.

— Ты умудрился потерять тридцать наших кораблей за раз?!

— А ты молодец, братик! Запиши себе и эту победу!

— Адриан, что ты несешь? Успокойся и скажи четко, что случилось! — потребовал отец, помогая Эльке перевязывать раны сына.

Брат зашелся в кашле, сплюнул сгусток крови на мраморный пол и устало откинулся в кресле.

— Бриг-Риг пал, захваченный войсками Атрона. Наши корабли даже не успели бежать. А флотом врага управлял Ринек.

Адриан потерял сознание через минуту, едва ли кто-то смог прийти в себя за это время и задать наводящие вопросы. Мы свернули бал, перенесли раненого в один из малых залов, и сами собрались там же на совет. Элька, Шинмер и Маркел суетились вокруг Адриана, залечивая его раны. Я же сбегала за несколькими эликсирами к себе в комнаты, слуги принесли бинты и чистую одежду.

Брат выглядел прескверно. Длинные черные волосы спутались, темные тени пролегли вокруг глаз. Он был бледный и обескровленный, весь в ранах и синяках, лежал на кушетке, укрытый теплым пледом и покрытый бинтами. Видимо, битва была действительно страшной, раз такой отличный боец, как Адриан, настолько сильно пострадал.

Мы сидели за круглым столом, хмурились и растеряно переглядывались. Вскоре, подошли раненные офицеры с флагманского корабля, хоть их повреждения уже перебинтовали в порту, наши маги занялись и ими. Моряки с сомнением смотрели на Ринека, который сидел за столом и разглядывал перстень.

Офицеры выглядели испуганно, отвечали спутано, пока Рин сурово не потребовал у них ясных докладов.

— Кто вел вражеский флот, отвечайте!

— Вы, господин, — глядя в пол, ответил один из моряков. Остальные сконфужено кивнули. — Мы все ясно видели вас.

— Насколько близко?

Один из моряков указал на свою перебинтованную ногу.

— Эту рану вы нанесли мне, когда брали наш корабль на абордаж. Мечом, в ближнем бою.

— Спасибо за честный ответ, теперь идите и отдохните в дворцовых казармах, — отстранено ответил Ринек. Он снова стал рассматривать перстень-печатку, вертя ее в пальцах и бросая блики на столешницу.

— Эй, — Синтия тронула брата за руку. — Ответь честно, это мог быть ты? Не злись, просто скажи!

Рин все равно раздосадовано отстранился от сестры и глянул с разочарованием.

— Ты еще спрашиваешь?! Нет, черт возьми, конечно же — нет! Как бы я это сделал физически, битва прошла сутки назад! Я уже молчу о самой бредовости этого предположения... Но откуда у врагов мой перстень? Это уже хороший вопрос!

— Я сбил с тебя латную перчатку в бою, перстень оказался в ней..., — прошептал тихий голос. Адриан пришел в себя, ярости в нем уже не осталось, только боль и усталость. Он повернул голову, смяв подушку, и глянул на отца. — Я не вру, не пытаюсь очернить твоего любимчика. Это правда. Он руководил флотом врага, он уничтожил наши корабли, он и никто другой...

— Послушай, я понимаю, что мы не сильно ладим... Но это уже слишком! — Рин говорил тихо, но с нажимом.

Я встала со стула и прошлась по залу, затем шикнула на присутствующих, требуя тишины.

— Адри, я тебе верю. Ты видел то, что видел. Но все мы знаем десятки видов существ, которые могут менять облик. Отличный ход со стороны врага, полная деморализация, эффект неожиданности и прочее.

Брат хмыкнул, раздосадовано и горько.

— Сестренка, ты преданная, верная и любящая... идиотка! Но не надо держать за дураков всех вокруг! Мне почти девятьсот лет, и за эти годы я не одну сотню раз дрался с Ринеком, я знаю его тактику, знаю, какие он использует финты. Я могу отличить его не по внешности, а по манере речи, динамике боя, по тактике и стратегии. Даже если отмести в сторону, что он выглядел как Рин, даже если забыть о перстне... это был Ринек. Я не настолько плох на море, чтобы продуть такую битву простому смертному. И я точно знаю, с кем я дрался. Это был не просто лидорианец, это был именно Ринек. Смиритесь уже!

Адриан замолчал и откинулся на подушки. Магов на посту сменили врачи и знахари дворца, а мы ушли, оставив больного отсыпаться и выздоравливать. Я отметила про себя, что отец выставил у койки и на выходе из зала караул из двух пар стражников, причем — из личной гвардии. Значит, он уже начал верить в слова Адриана.