Страница 66 из 84
— А реактивы, химическая посуда, дозиметры, импульсный генератор, микросхемы? Мне дальше перечислять?
Я пожал плечами.
— Ты хоть понимаешь, сколько всего у вас накопилось? И откуда оно у вас взялось? Половина этого добра вообще должна была находиться на закрытых объектах. А теперь оно каким-то образом оказалось у вашего научного студенческого кружка.
Захаров остановился напротив меня.
— И не надо мне рассказывать про «Радиотовары» на Тверской. Там такого не продают.
Я выдержал его взгляд.
— Нашли, — ответил тихо.
— Нашли? — переспросил майор. — И всё?
Я промолчал.
Он усмехнулся и снова наклонился над столом.
— Ты это серьёзно? Пара приборов — ещё ладно, можно поверить с натяжкой, а у вас там уже целый склад. Черт возьми, склад оборудования, которое по всему Союзу пропадает, причем, с закрытых объектов.
Он покачал головой.
— Подпольная лаборатория какая-то!
Я предпочёл молчать. Лучше дождаться, когда ко мне вернётся энергия, и показать ему всё самому, чтобы до него дошло. Потому что сказанные мною слова все равно прозвучат безумнее, чем всё, что Захаров только что перечислил.
Ведь как всё было на самом деле? Я телепортировался. Появлялся на закрытых складах, в хранилищах, в списанных лабораториях… Брал то, что нам было необходимо для исследований. Например, микроскоп для Марины, осциллограф для Витьки, точные приборы для Игоря. Мы строили оружие против тех, о ком он даже слышать не хотел. Вот и как это сказать человеку, который видит перед собой шпиона, вора и сумасшедшего одновременно?
Ответ прост — словами никак.
Я посмотрел майору в глаза и понял страшную вещь…
Он хотел мне поверить. Судя по его реакции, отчёты из "Кедра" Захаров видел. В них наверняка значилась вся информация о разрушениях на глубине 300 метров под землей. Майор понимал, что произошло что-то необъяснимое, но его мозг офицера КГБ отказывался принимать единственно верное объяснение, потому что оно рушило всю его картину мира.
Я угодил в ловушку. Вот только не Темного Порядка, а людского страха перед неизвестным.