Страница 50 из 84
Глава 13. Символ надежды
Прошла неделя с момента моего раскрытия и полтора месяца, за которые наш штаб из заброшенного пионерлагеря "Заря" превратился в подобие мозгового центра.
В прошлой жизни у меня не было никаких центров. Был всего лишь цех, где умных людей боялись и недолюбливали, а здесь ребята сами лезли в бой, со своими формулами и паяльниками. Спасибо за второй шанс, товарищи инопланетяне!
Витька, не переставая ворчать про чертову шабашку собрал из добытых мной деталей и моих объяснений прототип "детектора аномалий". Он выглядел как ящик, который начинал истерически пищать, если использую силу, но пока что только в радиусе километра. Следующим этапом собирались расширить диапазон действия. Игорь исписал три общие тетради в клеточку, пытаясь математически описать то, что я делал интуитивно. Маринка просто молча фиксировала показатели, сверяя с данными из моего блокнота, который я ей отдал, поделившись собственными наблюдениями.
Витька в последнее время спал с паяльником в обнимку. Шутка, конечно, но зато очень близкая к истине, — мой друг мог часами не отрываться от своих схем, бормоча при этом что-то про "нестабильность частотного детектора" и "помехи от кремлёвских звёзд". Игорь превратил свой угол в нечто похожее на филиал библиотеки. Стопки книг по физике, громоздились на каждом свободном сантиметре стола и рядом на тумбочках. Когда он делал расчеты, никто не решался его прерывать. Марина в свою толстую тетрадь в коричневой обложке, которую назвала журналом наблюдений, записывала все, что происходило с моим телом. Туда шли и показатели давления, и пульса, и даже цвета кожи (до / во время / после демонстрации сил или воздействия на меня частот) и тому подобного. Девушка подходила к этому с такой серьезностью, будто готовила диссертацию, а не следила за здоровьем студента, которого похищали инопланетяне. Наблюдения за декоративными крысами ушли на второй план. Теперь я был основным подопытным. А еще Маринка стала поневоле и нашим главным медиком на время практики. Она не была врачом, и мы все это понимали, но медсестру в штаб не пригласишь.
Шутки-шутками, но я понимал, что Темный Порядок не дураки, и скоро могут снова отправить на нашу планету своих агентов.
— Мы не можем вечно сидеть в этом лесу и прятаться, — сказал я однажды вечером, когда мы сидели вокруг нашего самодельного стола. — Я силен и быстр, но один такой на Земле, к сожалению. В нашей команде нас всего четверо. Ни я, ни, тем более, вы не можем быть везде и сразу. Пока буду отбивать атаку на том же Урале, тени могут просочиться, и ударить куда угодно.
— И что ты предлагаешь? — Игорь поправил очки едва трясущейся рукой. Он всё ещё не мог привыкнуть к новой реальности.
— Как что, — хмыкнул Витька, — конечно же, разослать по почте "Вестник Звездного Отряда" или выступить по Первой программе ЦТ с заявлением: "Здравствуйте, я инопланетный супергерой". Но есть одно "но". Нас упекут в Кащенко быстрее, чем скажем "сила от Хранителей космоса для борьбы землян с Темным порядком", — буркнул он напоследок, все также не отрываясь от паяльника.
— Ты боишься? — спросил Витьку, глядя на него. — Серьёзно. Без дураков.
Витька отложил паяльник, помолчал, а потом сказал тихо:
— Боюсь, Лёха. Но не того боюсь, что эти космические тени-жуки колорадские придут и сожрут нашу картошку и нас вместе с ней. Страшно, что мы не успеем создать нечто, что сможет противостоять им. Ведь они намного быстрее человека и умнее. Боюсь, что всё это, — он обвел рукой пространство перед собой, — ну, наш Звёздный Отряд, база, все наши схемы, окажется просто игрой в песочнице, пока взрослые инопланетные дяди решают всё за нас по-настоящему.
Я положил руку ему на плечо.
— Взрослые дяди, Витя, ничего не знают. Ни про детектор аномалий, ни про формулы стабилизации пространства. Это и есть наше будущее преимущество, которое обязательно доработаем.
— Не в этом дело, — тихонечко проговорила Марина, разливая чай с малиной по чашкам. — Все дело в людях. Допустим, мы создадим оборудование, способное защищать людей, но человечество не готово к глобальной катастрофе извне. Люди не поверят, испугаются, начнется безумие, хаос.
И тут меня осенило, а ведь она была права. Ее слова заставили меня задуматься.
Обычный человек, столкнувшись с правдой о инопланетном вторжении, с большой долей вероятности, впадет в панику или в отрицание. Это самая обычная психология, защитная реакция психики на слишком большую дозу не нормальной реальности.
Я снова вспомнил свою предыдущую жизнь. Там я сам точно также реагировал на новости о катастрофах. Выключал телевизор и делал вид, что ничего не случилось. А здесь сам стал этой самой катастрофой и спасением в одном лице.
— Значит, не будем пугать правдой, — задумался я. — Будем давать надежду. Без деталей и каких бы то ни было имён. Просто мысль, которая поселится в головах и будет там прорастать подобно зерну в почве.
— Это как в огороде нашем, что ли? — как обычно хмыкнул Витька. — Или как?
— А так. Правда пугает, а символ объединяет. Так дадим им этот символ
Я встал и подошёл к стене, на которой Игорь повесил карту СССР.
— Смотрите внимательно, нашему врагу нужна не просто территория. Ему нужна энергия разрушения, страх, хаос. А что является его прямой противоположностью?
— Порядок? — предположил Игорь.
— Надежда, — ответила Марина одновременно с ним.
Я кивнул.
— Точно. Надежда, вера в завтрашний день, что мы справимся со всем, — это то, на чём стоит вся наша страна, и строится наш комсомол.
Витька как обычно фыркнул:
— Ты хочешь толкнуть речугу на каком-нибудь слёте ВЛКСМ? По типу, "дорогие товарищи, давайте строить светлое будущее в космосе", потому что когда-нибудь может произойти инопланетное вторжение?
— Почти, — я улыбнулся. — Но не совсем.
План был рискованным, даже безумным. Но другого у меня не было. Вот только как попасть на такого рода мероприятие?
И тут, как по заказу, Игорь неожиданно хмыкнул и поднял палец вверх, привлекая внимание.