Страница 4 из 71
Это не сон.
Во сне я никогда не замечала мелких несовершенств штукатурки.
И не чувствовала веса влажных волос.
Я провела пальцами по лицу.
Другая линия скул.
Другой нос.
Другое тело.
— Госпожа?
Я встретилась с Сарой взглядом через зеркало.
— Ты давно меня знаешь?
— Два года.
— Я была хорошей хозяйкой?
Она растерялась.
— Вы...
Я повернулась.
— Можно честно.
Сара сжала губы.
— Вы не любили, когда слуги обсуждают хозяев.
— Значит, нет.
— Я этого не сказала.
— Но подумала.
Она впервые посмотрела на меня прямо.
— Вы были справедливой.
Очень дипломатично.
— А доброй?
— Не всегда это одно и то же.
Я неожиданно улыбнулась.
— Вот теперь верю.
Сара не улыбнулась в ответ.
— Госпожа, что с вами произошло?
— Если бы знала, не спрашивала бы всех остальных.
Она нервно поправила край полотенца.
— Господин Тальв думает, что вы притворяетесь?
— Похоже.
— Он замечает такие вещи.
— Я уже поняла.
— Тогда зачем...
Она осеклась.
— Что?
— Ничего.
— Ты собиралась спросить, зачем я притворяюсь настолько плохо?
Сара опустила глаза.
— Простите.
— Не за что. Логичный вопрос.
Я снова посмотрела в зеркало.
— Какая Ивара была вчера?
— Госпожа?
— Со мной происходило что-нибудь странное в последние дни?
Сара медленно покачала головой.
— Вы нервничали.
— Из-за развода?
— Возможно.
— Что значит возможно?
Она явно пожалела, что вообще начала говорить.
— Последнюю неделю вы постоянно ходили в северное крыло.
— Зачем?
— Не знаю.
— Ренар знает?
— Не думаю.
Это было интересно.
Очень.
— Что там находится?
— Старые комнаты. Большей частью ими не пользуются.
— Я ходила одна?
— Обычно.
— И вчера?
— Вчера я вас там не видела.
— Но ночью меня нашли возле галереи.
— Да.
— Северное крыло рядом?
— Галерея ведет к нему.
Я запомнила.
— Кто такой Тирен Сайл?
Сара побледнела еще сильнее.
— Вы знаете его.
— Теперь, видимо, нет.
— Королевский проверяющий. Он приезжал три дня назад.
— Ко мне?
— К господину Тальву.
— Почему?
Она открыла рот.
Из коридора донесся голос:
— Госпожа должна вернуться в комнату.
Охранник.
Сара сразу отступила от разговора.
Я не стала спорить.
Пока.
На обратном пути я медленно провела пальцами по стене возле окна.
Штукатурка была прохладной и гладкой.
— Когда строили этот дом?
Сара удивилась.
— Очень давно.
— Насколько?
— Основной части больше четырехсот лет.
— А северному крылу?
— Не знаю.
— Его перестраивали?
— Наверное.
Наверное.
Для человека, который два года жил в доме, это могло быть нормально.
Для меня нет.
Я вернулась в спальню и успела сделать несколько кругов по комнате, прежде чем дверь открылась.
На пороге стоял Ренар.
Уже без папки.
Его выражение изменилось.
Теперь это был не муж, который пытается понять странное поведение жены.
Это был дознаватель.
— Оденься.
— Что произошло?
— Оденься.
— Я не умею.
Он замер.
— Что?
Я указала на платье.
— Если хочешь, чтобы это выглядело хотя бы приблизительно прилично, придется позвать Сару.
Ренар подошел к платью, посмотрел на сложную застежку на спине и снова на меня.
Возможно, Ивара всегда одевалась сама.
Еще одна проблема.
— Сара!
Через минуту женщина уже помогала мне справиться с темным платьем. Я молчала, запоминая порядок застежек.
Ренар ждал у окна.
Когда все было закончено, он жестом велел Саре выйти.
— Теперь можешь сказать, что случилось? — спросила я.
— Тирен Сайл мертв.
Я не ответила сразу.
— Как?
— Пока не установлено.
— Ты сказал, что он был в северной гостиной.
— Верно.
— Почему я должна идти туда?
— Потому что Дом открыл запись.
Снова Дом.
— Объясни.
Ренар подошел ближе.
— Памятный Дом запоминает присутствие людей внутри семейной части особняка.
Я молчала.
Он продолжил:
— Не лица. Не разговоры. Перемещения. Входы. Выходы. Иногда прикосновения к дверям и печатям. После насильственной смерти Дом позволяет восстановить основные события вокруг помещения.
Я медленно вдохнула.
— И такое существует только здесь?
— В старых родовых домах.
— Как он определяет, кто где находился?
— Через связующую печать.
— Какую?
Ренар посмотрел на кольцо на моей руке.
— Брачную.
Я опустила взгляд.
— То есть Дом знает, где нахожусь я.
— Да.
— Постоянно?
— Внутри семейной части.
— И ты?
— Я тоже.
— А остальные?
— Если Дом зарегистрировал их при входе.
Мне потребовалось несколько секунд.
— Удобная система.
— Обычно.
Одно слово, и мне стало холодно.
— Что записал Дом?
Ренар не ответил сразу.
Это был первый момент с начала нашего разговора, когда он действительно не хотел произносить следующую фразу.
— Ночью в северную гостиную вошли два человека.
— Тирен и кто еще?
— Ты.
Я смотрела на него.
— Нет.
— Дом считает иначе.
— Я там не была.
— Ты даже не помнишь, кто я.
— Но я знаю, где очнулась.
— Это произошло позже.
— Сара сказала, что меня нашли возле галереи.
— Верно.
— Значит, Дом записал мое перемещение от гостиной до галереи?
— Не совсем.
Я напряглась.
— Что значит "не совсем"?
Ренар вынул из внутреннего кармана небольшой металлический диск размером с монету. На его поверхности тонкими линиями был нанесен сложный рисунок.
— Дом утверждает, что ты вошла в северную гостиную вместе с Тиреном в двадцать две минуты после полуночи.
— Точное время?
— Да.
— А вышла?
— В сорок одну минуту.
— Он?
— Не выходил.
Я почувствовала, как внутри окончательно исчезает остаток сонной растерянности.
Теперь это было расследование.
Против меня.
— Что было между этими событиями?