Страница 15 из 71
Я заметила.
Несколько часов назад Ренар выслушал правду о Ладе Арсеньевой и чужом мире. Не поверил, но принял как версию. Саверну он ничего не сказал.
И теперь явно не хотел, чтобы сказала я.
Причина была очевидной.
Женщина, которая утверждает, что очнулась в чужом теле, вряд ли улучшит собственное положение при официальном расследовании убийства.
— Некоторые вещи помню лучше других, — сказала я.
Саверн чуть прищурился.
— Например?
— Здания.
— А мужа нет.
— Это я уже заметила.
Элла быстро спрятала улыбку, опустив глаза в документы.
Саверн не улыбнулся.
— Тальв, ты по-прежнему хочешь проводить допрос сам?
— Да.
— Прекрасно. Тогда я буду присутствовать.
Ренар посмотрел на часы на цепочке у пояса.
— В кабинете.
— Почему не здесь?
— Потому что там есть стол.
— Убедительно.
Мы двинулись обратно по коридору.
Я задержалась всего на секунду возле гобелена.
За стеной оставалось пустое пространство, которое мы еще не открыли.
Ренар остановился рядом.
— Что?
— Если там проход, человек мог воспользоваться им ночью.
— Мог.
— Тогда его нужно открыть сейчас.
— Откроют.
— Без меня?
— Именно.
— Ты же видел, как мастер Орден искал предыдущие.
— Видел.
— И?
— И теперь он знает, что искать.
Это было разумно.
И раздражало именно поэтому.
— Лада.
Имя прозвучало тихо.
Настолько тихо, что остальные, уже ушедшие вперед, не услышали.
Я подняла глаза.
Ренар впервые назвал меня настоящим именем.
— Что?
— На допросе ты Ивара.
Я поняла.
— Насколько сильно мне ничего не помнить?
— Настолько, насколько уже заявила.
— То есть почти ничего.
— Не переигрывай.
— Я вообще впервые изображаю потерю памяти перед профессиональными дознавателями.
— Это заметно.
— Спасибо за поддержку.
— Я не поддерживаю. Я предупреждаю.
Он снова стал тем Ренаром, которого я увидела утром: собранным, холодным, внимательным к каждому слову.
Только теперь между нами существовал секрет.
Плохое начало для людей, которые друг другу не доверяли.
Но все же начало.
Официальный допрос отличался от нашего утреннего разговора прежде всего количеством бумаги.
Элла заняла место сбоку от стола и раскрыла большую книгу. Саверн сел напротив меня. Ренар остался стоять у окна.
— Почему он не садится? — спросила я.
Саверн проследил за моим взглядом.
— Мешает?
— Нет. Просто пытаюсь понять местные традиции.
— Ты раньше их знала, — сказал Ренар.
Слишком быстро.
Саверн повернулся к нему.
Ренар продолжил совершенно тем же тоном:
— Поэтому вопрос о традициях относится к заявленной потере памяти.
Профессионал.
Даже поправку превратил в часть допроса.
Элла приготовилась записывать.
— Назовите свое имя.
— Ивара Келл-Тальв.
На этот раз ответ дался легче.
— Возраст?
Я молчала.
Возраст Ивары мне называли?
Кажется, нет.
Ренар не помог.
Правильно.
На официальном допросе помощь выглядела бы хуже незнания.
— Не помню.
Саверн откинулся на спинку кресла.
— Год рождения?
— Не помню.
— Место рождения?
— Не помню.
— Имя мужа?
— Ренар Тальв.
— Когда вспомнили?
— Сегодня утром он представился.
— Сколько лет вы состоите в браке?
— Два года.
— Это вспомнили сами?
— Мне сообщили.
— Кто?
— Он.
Я кивнула в сторону Ренара.
— Причина предстоящего развода?
— Не помню.
— Господин Тальв вам ее называл?
— Частично.
— Что именно?
Я посмотрела на Ренара.
Он не двигался.
— Что последний год мы жили отдельно. Что я потребовала развод три недели назад.
— Причину не называл?
— Сказал, что я не хотела жить в доме, где каждый мой шаг считают доказательством.
Саверн задержал взгляд на Ренаре.
— Очень в духе Ивары.
— Ты хорошо ее знал? — спросила я.
— Достаточно.
— Насколько достаточно?
— Сейчас вопросы задаю я.
— Тогда продолжайте.
Саверн постучал пальцем по столу.
— Вы утверждаете, что не помните Тирена Сайла.
— Да.
— Однако вчера разговаривали с ним в малой столовой.
— Мне об этом сказали.
— Кто?
— Сара.
Элла записала.
— Затем вы отправились в северное крыло.
— Об этом тоже сказала Сара.
— Что вы там делали?
— Не помню.
— Вечером велели собрать вещи.
— Да.
— Собирались покинуть дом сразу после развода.
— По словам Сары.
— Куда?
— Не знаю.
— Почему?
— Не знаю.
— С кем собирались встретиться?
— Не знаю.
Саверн замолчал.
Я уже понимала, что именно он делает.
Повторяет вопросы в разных формах и проверяет, где изменится граница моего незнания.
Если бы я действительно выдумывала потерю памяти без подготовки, рано или поздно ошиблась бы.
Проблема состояла в том, что я действительно не знала ответов.
Ложью было только объяснение причины.
— Что вы помните о вчерашнем вечере? — спросил он.
— Ничего.
— Вообще?
— Вообще.
— Какой ваш первый ясный момент?
Я слишком быстро ответила:
— Спальня.
Саверн прищурился.
— Сегодня утром?
— Да.
— Вы проснулись одна?
Вот здесь начались ловушки.
— Нет. Ренар был у окна.
— Что делал?
— Читал документы о разводе.
— Что сказал первым?
Я вспомнила дословно.
Подпись поставишь сама.
Но Ивара, если она действительно потеряла память, вполне могла помнить события после пробуждения.
— Что подпись я должна поставить сама.
Саверн посмотрел на Эллу.
Она записала.
— Затем?
— Я спросила, где нахожусь.
— А потом кто он.
— Да.
— Он показался вам незнакомым?
— Да.
— Полностью?
— Полностью.
— Но вы сразу поверили, что он ваш муж?
— Нет.
— Почему сейчас верите?
Хороший вопрос.
— Потому что пока все остальные ведут себя так, будто это очевидно.
— То есть если все присутствующие скажут, что господин Тальв вам не муж, вы измените мнение?