Страница 94 из 111
— По максимально пристрастным,— фыркнула Эрмина. — Вспомни, какие вопросы они другим задавали. «Уместно ли надевать бриллианты к завтраку» против твоего вопроса с подвохом. Но ты молодец, я не сразу поняла ответ.
Приосанившись, я лишь вальяжно махнула рукой. Мол, да-да, главный знаток придворного этикета здесь. Хотя на самом деле в моей голове логика была простая — выше герцогини только королева. Которая ну никак не может быть супругой канцлера.
— Уже?! У меня цифра сменилась. Я седьмая.
Я подняла руку, посмотрела на свой жетон и фыркнула:
— А я шестнадцатая. Последняя.
— Ты тоже пересчитала конверты? Надеюсь, следующий отбор будет веселее.
— И следить за ним мы будем через газетные публикации,— подхватила я. — Что-то мне приелась придворная жизнь, хочется на вольные хлеба!
— Точно,— кивнула подруга.
И, словно бы в подтверждение ее слов, почтовые ящики на нашей двери замерцали. Нам прислали письма? Или счета за оплату починенного карниза?
— Давай в ванной закроемся,— предложила Эрмина. — В прошлый раз как-то нехорошо с этими ящиками вышло.
— Мне больше нравится, что никто ничего не объяснил,— вздохнула я. — Мастера все восстановили и ти-ши-на. Я до сих пор не знаю, кто и что мне написал!
— А я знаю,— грустно улыбнулась подруга. — Генрих прислал мне подвеску на цепочке. Не какую-то великую драгоценность, а пустячок, который он случайно заметил и купил, подумав обо мне.
Я сочувственно вздохнула. Такой подарок будет поважнее некоторых родовых реликвий. Что-то, что было выбрано специально для тебя. Без повода, без принуждения.
— Знать бы, кому сказать «спасибо» за наши двери,— проворчала Эми.
— Троих младших придворных магов уволили с треском,— напомнила я. — Но в свете всего происходящего…
— Вот-вот,— покивала Эрмина. — Кстати, я кое-что нашла о нашей предсказательнице.
— Ты серьезно? — оторопела я. — Как?
— Ты же описала мне ее внешность,— надулась подруга. — Но, если честно, то это была скорее случайность. В общем, это не доказать, но в те же годы пропала без вести восходящая звезда предсказательной магии!
— Наша предсказательница была слабой,— нахмурилась я. — Хотя… Мы же не знаем правды, только слухи и сплетни, которые старше Сайарда!
— Вот именно,— покивала подруга. — В общем, студентку звали Амелия Эльхимея Рёнг. Она, как ты понимаешь, приехала по обмену из Скандартварра. В итоге, долгое время там считали, что она решила остаться, а здесь думали, что предсказательница предпочла вернуться.
— А в итоге?
— А в итоге ее преподаватели решили, что она увидела свое будущее и не справилась с разочарованием. Все это вот тут.
Подруга подскочила к своей тумбочке и вытащила из нее свеженькую, еще пахнущую краской и зельями книгу.
— «Не играй с огнем»,— прочитала я название книги. — Что это?
— Это жизнеописание самых известных пророков и провидцев. История Амелии Эльхимеи Рёнг дана под сноской. Автор, некий Карлус Неизвестный, говорил о том, что одного лишь дара недостаточно. Что нужна сила воли.
— И некоторое количество монет,— вздохнула я,— чтобы уберечься от неосмотрительных решений.
— Вот, видишь? Сноска и копия фотокарточки из личного дела,— Эрмина открыла заложенную закладкой страницу. — Она?
— Она,— кивнула я.
Мне было немного стыдно. Я утаила от подруги содержание пророчества. Указала лишь на то, что призрак рыдал и сожалел о том, что сунулся в эту авантюру.
— Но дело может быть и не в деньгах,— предположила Эми. — Вдруг это декан ей предложил? Ради диплома?
— Нет,— я покачала головой,— она же именно о деньгах говорила.
Иногда мне казалось, что у меня в руках клубок спутанных ниток. И я никак не могу выбрать, за что тянуть, чтобы распутать это безобразие!
— Ладно,— Эми уверенно подошла к двери,— если бы оно могло взорваться, оно бы это уже сделало. Итак, у нас… А. Всего лишь расписание на неделю.
Я вытащила свой экземпляр и заинтересованно хмыкнула. Нас вновь будут проверять на магический дар. Точнее, на степень принуждённости драконицы.
— Я боюсь,— Эрмина отложила листок. — Иногда, закрыв глаза и сосредоточившись, я слышу ее ровное, спокойное дыхание.
— Я, м-м-м, тоже слышу,— покивала я. — И, что немаловажно, королевский артефакт позволит всем убедиться, что наш внутренний зверь существует, просто пока спит.
И храпит так раскатисто, что ночами я порой вздрагиваю и просыпаюсь. У меня иногда складывается впечатление, что моя красавица планирует еще лет десять проспать. Хотя иногда мне снится грозовое небо, яркие молнии и мы-я несущиеся сквозь плотные тучи.
После таких снов подушка всегда мокра от слез, но я стараюсь не зацикливаться на этом.
— Драэ Магре Ильгертон предлагала мне попить полезные отвары, чтобы быстрее пробудить драконицу. Иногда я жалею, что отказалась.
— Нет такой отравы, которая могла бы приблизить этот момент,— возразила я. — Но зато есть токсины, которые так отравляют организм, что единственный способ выжить — обратиться. И, поскольку в нас силен инстинкт самосохранения, мы действительно способны обрести крылья досрочно. Но что это будут за крылья? Ты знаешь, что в поколении наших бабушек и дедушек многие не летают? Именно из-за того, что это зелье не было запрещено!
— Но зачем обращаться в дракона, если не ради полета? — оторопела подруга.
— Ты не ту драэ-ри спрашиваешь,— фыркнула я. — Мне снятся грозовые облака, и я не могу дождаться того дня, когда по моей чешуе скользнет первая молния.
— Ох,— поежилась подруга,— я буду летать только в ясную погоду. Но ты… Да, ты из тех, кто будет покорять шторма. И где-то рядом будет махать крыльями мрачный дракон с седой чешуей!
— Пф, он будет в гуще событий,— отмахнулась я. — У Сайарда душа искателя приключений!
— Вообще, я скорее имела ввиду твоего отца, ведь, вероятно, твоя почтенная маменька тоже будет где-то в сердце шторма,— фыркнула Эми.
Тут я была вынуждена согласиться. Мой папенька поднимался в небо только следом за супругой. И он крайне, крайне не любил грозы. Он даже провел свое масштабное исследование нашего королевства — хотел найти такую область, где меньше всего штормов.
И он, кстати, нашел. Вот только там были ядовитые болота, испускавшие смертельный газ, что привело маменьку в неистовый восторг. Она до сих пор вспоминает чудесный городок Смог-на-Эдаре и то, как сильно он ей понравился.