Страница 8 из 111
Глава 5
Дрэйч — мелкий пакостливый дух, который давно смирился, что его вспоминают по делу и без дела.
Дикий визг заставил меня подпрыгнуть. Резко обернувшись, я увидела Эрмину, что, задрав юбки, неслась вниз по лестнице.
— Ты была права,— выпалила она,— сейчас в коридоре я встретила темного.
Тут она приосанилась:
— Но я строго сказала ему, что на мне родовые артефакты.
— Я слышала визг,— хмыкнула я.
— Ну, может и не строго,— чуть смутилась Эрмина. — Знаешь, ты могла бы хоть немного мне посочувствовать.
— Я?!
— Нас связывают узы крови,— снисходительно бросила она,— и поскольку твоя мать увела лорда Ильгертона из семьи…
Пощечина была легкой, мне даже руку не прижгло. Но Эрмина все равно села в снег. Прижав к щеке руку, она немо открывала и закрывала рот.
— Даже намекать не смей, что драэ Ильгертон послужила причиной разрыва помолвки моего отца и его предыдущей невесты,— жестко произнесла я. — В тот год они даже знакомы не были.
— Но если бы она не появилась…
— Но если бы у тебя были мозги, тебя бы не выкинули из Академии после третьего курса,— отрезала я. — Предупреждаю, одна-единственная сплетня и ты станешь похожа на сухопутного кальмара.
— Таких не бывает,— огрызнулась она, не спеша, впрочем, вставать на ноги.
— А ты —будешь,— отрезала я.
Именно эти гнусные слухи заставляли маменьку закрываться в своей комнате. Нет большего позора, чем разрушить чужую помолвку. Но в тот год маменька развлекалась на своем втором отборе. Потом был третий и четвертый, где она вполне профессионально торговала зельями и притираниями! Отец познакомился с ней в госпитале, где маменька помогла свести с его лица проклятье, оставленное бывшей невестой. Которая, к слову, вышла замуж глубоко беременной.
И нет, я не осуждаю, но… Именно с легкой руки драэ Алисии Стентон на мою мать обрушилась волна сплетен. Почему? О, драэ Стентон пробыла замужней женщиной около двух лет, после чего ее супруг ушел в Хисорский мужской монастырь.
В каком-то смысле я восхищена. Это ж надо так довести мужика, чтобы тот ушел в горы, где даже летом лежит снег, а вместо горячей сытной пищи подают охлажденный отвар из кореньев! Которые, к слову, необходимо сначала накопать. Собственно, монахи этим и занимаются — собирают дары Хисорской долины, чтобы выжить и продолжить собирать дары. Замкнутый круг во славу Богов Полудня.
— Минус один балл, драэ-ри Лиэхарис Ильгертон,— механическим голосом разродился мой браслет. — Драэ-ри Эрмина Ильгертон подала жалобу на рукоприкладство. В случае, если жалоба несправедлива, вы можете записаться на прием к драэ Мирсонай.
— А за оскорбления и клевету баллы снижают? — грозно спросила я и потрясла рукой,— эй, браслет, отвечай!
Но я, видимо, была недостаточно хороша для того, чтобы украшения со мной разговаривали. Что ж, ко мне и Пиковая Дама не пришла в свое время, а я ведь так ждала! У меня даже был свиток с вопросами подготовлен, на тот случай, если горло спазмом перехватит.
— Драэ-ри, драэ-ри, соблюдайте очередность!
Тонкий, звенящий голосок я узнала сразу. Это был один из моих бывших профессоров, именно его голос стал решающим, и написание моей выпускной работы было отложено на год. Видите ли, мне следовало немного повзрослеть, прежде чем браться за такую энергоемкую тему.
Кста-ати…
Я же могу прямо сейчас ему доказать, что с моим запасом сил можно не то что десятеричные магические конструкты создавать, а сходу замахнуться на магистерский уровень, где счет идет уже на сотни!
Тут, правда, надо уточнить, что магистерское заклятье я контролировать не смогу, но создам — со стопроцентной гарантией. Фундамент флигеля не даст соврать — он все видел и во всем участвовал!
Меж тем из-за заснеженных деревьев послышался гомон людской толпы. И я задумалась о том, насколько шумными могут быть Избранницы. Неужели пятьдесят невест могут так галдеть?!
О.
Нет.
Пятьдесят невест не могут.
А вот толпа придворных и им сочувствующих в почти двести рыл — могут!
— Они из замера сил сделали аттракцион?
Голос Эрмины вывел меня из ступора. Обернувшись, я посмотрела на нее с большим интересом:
— Ты и такие слова знаешь?
— Очень смешно,— фыркнула она.
Забавно, что драэ-ри Ильгертон вела себя так, будто не получило от меня сочную оплеуху. Или она все обдумала и сочла, что мы квиты? В целом я тоже так считаю, но… Когда мне довелось получить заслуженную плюху, мне все равно было обидно.
— Драэ-ри Избранницы, посмотрите на свои браслеты. Сейчас на них появится не ваш реальный статус, а номер, под которым вы будете проходить замер силы,— голос драэ Мирсонай разлетелся над парком.
И был этот голос так строг, что с некоторых деревьев осыпались снежные шапки. Мне бы иметь такую восхитительную модуляцию… А, нет, это репортеры «Светской жизни».
— Рисковые люди,— задумчиво протянула Эрмина. — Смотри, как ловко они перепрыгивают через кусты.
— У второго явно четвертушка волчьей крови затесалась,— согласилась я. — Но королевская гвардия вся из оборотней, так что «Светская хроника» вновь заплатит штраф.
Мы в унисон хмыкнули и, переглянувшись, ужаснулись внезапной идиллии.
— Я пойду направо, мой номер — тридцать два,— Эрмина шмыгнула носом и тут же добавила,— не то что у некоторых.
А на моем браслете высветилось гордое «пятьдесят». Поэтому я решила подойти поближе к наставникам. Уши погреть да посмотреть на других Избранниц.
— Не ожидал тебя здесь увидеть.
Тц, лучше бы я пошла погреть руки у костровых чаш…
— Почему? — я повернулась к своему несбывшемуся счастью. — Каждая приличная драэ-ри должна посетить пару отборов. Себя показать, на других посмотреть.
Внутри уже ничего не дрожало. Хотя драр Эльгон по-прежнему потрясал воображение — светлые волосы, зеленые глаза и лукавая улыбка.
— Милый, ты нас познакомишь?
И симпатичная женушка с яркими глазами пробужденной драконицы, которой теперь принадлежат все его улыбки, шутки и теплый взгляд.
Как же больно. Но я дочь своей матери, сильная и независимая. А потому отвечаю ей легко, со смехом:
— Я всего лишь бывшая невеста, драэ Эльгон. К чему вам мое имя? Давний сговор между семьями, ничего серьезного.
Отмахнувшись, я небрежно бросила Эльгону:
— Рада была тебя увидеть. Но, прости, спешу. Хочу всех посмотреть, это же так интересно!