Страница 102 из 111
— А Избранницы это невесты, а всякая невеста, если она приглашена в дом семьи жениха, может использовать вещи своего нареченного. Не повреждая и не передавая в третьи руки,— процитировала я часть семейного кодекса.
— Так мы, получается, еще и ничего не нарушаем,— приосанилась Эрмина. — Хорошо-то как!
На дело мы, в итоге, решили идти этой же ночью. Потому как эти топоры висели на очень видном месте и ими могли соблазниться другие Избранницы.
Правда, есть риск, что пропажу будут искать, но у меня-то есть подпространство! И Марк Аврелий, который уверенно управляет королевскими осами.
Правда, он еще не вернулся с прогулки, но, я думаю, до ночи прилетит. Он предпочитает спать рядом со мной, так что…
— Бзз-бзз.
— Только что о тебе думала,— улыбнулась я, подставляя ему руку.
— Бз.
— Эми, он почувствовал, что я о нем думаю,— с искренним восторгом выдохнула я. — Ох, он и стекло восстановил!
И, обернувшись, напоролась на очень странный, мрачный взгляд Эрмины:
— Лучше бы Сайарду увезти тебя в самый далекий замок.
— Думаешь, моя магия может навредить миру? — расстроилась я.
— Боюсь, что появятся драры, которые захотят подчинить твою магию,— вздохнула подруга. — Но, пока они еще пребывают в неведении, я предлагаю пересмотреть наш гардероб.
Я аккуратно пересадила Марка Аврелия на подушку и с интересом спросила:
— Чтобы было в чем встретить неприятеля?
— Чтобы было в чем топоры со стены снимать.
— Нам бы выдергу,— вздохнула я. — У нашего садовника она есть, очень удобная вещь. Маменька ее когда в руки берет, папенька тут же бежит и сам все делает, чтобы только дорогая супруга не взялась за починку. Ибо после маменьки уже не починить.
— Выдергу? — ошеломленно повторила Эрмина. — Это что-то темномагическое?
— Ну, нет. Это инструмент такой,— растерялась я. — Как вы жили, что у вас его нет? А что у вас есть из инструментов?
— Не знаю,— подруга развела руками,— так что такое выдерга?
— Ну вот застрял у тебя гвоздь, а магию применять нельзя,— начала я объяснять. — Что ты делать будешь?
Эрмина чуть подумала, после чего честно ответила:
— Плакать. Так с моим всевмещающим шкафом случилось.
В общем, бедную выдергу мне пришлось в итоге рисовать. И только потом я вспомнила, что нормальные драконы называют этот инструмент «гвоздодер». Поначалу мне было неловко, но затем стало ясно — второе название для Эрмины тоже ничего не значит.
— Знаешь, в женском сундучке должно быть много полезных вещей,— я скомкала свой кривой рисунок, и бросила его в мусорное ведро. — И далеко не все продаются в косметических лавках.
— Учту,— кивнула подруга. — Так что мы наденем?
— Самые светлые платья,— широко улыбнулась я. — Мы, вообще-то, пойдем гадать на исход отбора. У меня есть свечи, есть травяной порошок, который даст цветной дым. У тебя, я помню, были цветные стекляшки.
Эми нахмурилась:
— Так ты все-таки провидица?
— Алиби,— напомнила я. — Проходили ли мы через центральный холл? Конечно, мы же в парк шли, гадать.
Подруга пару секунд помолчала, после чего хмыкнула:
— Как же повезло Их Величествам, что ты не заинтересована в короне. А то раз-раз, туда-сюда и ой, само получилось.
— В точку,— я сощурилась. — Но у нас с Сайардом другие планы, так что Этельранию в светлое будущее поведут другие.
— Не надо,— поежилась Эрмина,— у нас ведь и так все хорошо!
Я только хмыкнула и пощекотала задремавшего Марка Аврелия по яшмовому пузику. Он смешно стрекотнул и свернулся в такой плотный медный клубок, что стал похож на яичко!
— Прелесть какая,— умилилась я.
До самого вечера, с редкими перерывами на выход в столовую, я училась. Старые конспекты, купленные мною у одного из студентов-алхимиков, помогали отвлечься от нервного, суетливого ожидания. Да и, на самом деле, я очень сильно отстаю от графика. Мне нужно было закончить теоретическое исследование арфиллума еще две недели назад! А я еще даже не на середине.
— Что это? — заинтересовалась Эрмина, увидев рисунок.
— Цветок, арфиллум,— я потерла уставшие глаза. — Он полезен настолько же, насколько и опасен. При этом он широко распространен, его сок легко переходит в газ и еще легче становится порошком. На нем набивают руку все алхимики. Гадость.
— Почему? — удивилась Эрмина. — У тебя тут написано, что он используется в целебных зельях.
— Потому что он настолько изучен, что… Что скучен. Это невыносимо тяжело, делать то, что до тебя делали тысячи других магов,— я закрыла конспект. — Это должно развить во мне усидчивость. Но пока что просто бесит.
Эрмина сочувственно улыбнулась, а затем подмигнула:
— Ну, ты сидела не меньше шести часов. Взошла луна и, что самое жуткое, прилетели осы. Но есть небольшой нюанс…
Я посмотрела на окно и выругалась. То, что облепило наше стекло было трудно отнести к какому-либо роду. Ну, точнее, эти странные мохноногие и лупоглазые твари скорее похожи на дрэйчевых родственников, чем на порядочных цветочных опылителей…
— Они еще и светятся,— выдавила Эми.
— Разными цветами,— цокнула я. — Какая прелесть. Марк Аврелий?
— Бзз?
— Спасибо. Мы выходим через две минуты, открой своим друзьям путь.
Мой артефакт перелетел на подоконник и через пару секунд весь этот разноцветный и очень подозрительный рой влетел в комнату.
— Может, они и топоры сами принесут? — Эрмина прижалась к шкафу,— а то я чувствую, что у меня коленки ослабли!
— Не только у тебя,— призналась я. — Марк Аврелий, кто это?
Заливистую бзыкающую трель он повторял трижды. Увы, я ни разу не менталист, а потому многие мыслеобразы мне попросту недоступны.
— Ты что-нибудь понимаешь? — тоскливо спросила Эрмина.
И я, уложив в голове новую информацию, уверенно кивнула:
— Это не живые осы, а такие же одушевленные артефакты, как Марк Аврелий. По ночам они охраняют улей. Сегодня они помогут нам взять на время оружие. Но если мы попытаемся вынести оружие…
— Стрккт. Крртк.
Это выдал не Марк Аврелий, а один из монструозных древних артефактов. Жужжать он не мог, а потому стрекотал как помесь кузнечика и дрэйча.
— Ты меня не пугай,— цыкнула я на него,— живых ос я боюсь куда сильней, это во-первых. А во-вторых, никто ничего красть не собирается.
— Бзз,— недовольно добавил Марк Аврелий, подтверждая, что мы с Эрминой не воровки.