Страница 40 из 58
Глава 29
29 апреля. День рождения. Двадцатая неделя.
5:00
Проснулась ранним утром от громкого мяуканья и сразу вспомнила, что у меня сегодня – день рождения. Мне – тридцать шесть. Накормив бешено крутившегося вокруг ног кота, я заварила себе чаю и уселась на подоконнике с дневником в руках.
Наблюдая, как небо на востоке светлеет, поздравила себя с праздником и принялась подводить итоги года. Что изменилось в моей жизни за этот период?
1. Я забеременела после года неудачных попыток, что само по себе в моем возрасте – чудо.
2. Впереди у меня маячит перспектива стать матерью одиночкой, но это почему-то меня не пугает.
3. Впервые за этот год я поняла, как сильно я хочу сменить профессию. История с Васюткиным заставила меня взглянуть на все происходящее со стороны, и я увидела уже немолодую женщину, которая ходит на опостылевшую работу только потому, что больше ничего не умеет. Так может быть, стоит попробовать себя в чем-то другом? Как там говорится, в сорок лет жизнь только начинается? Ну вот, а мне даже и сорока еще нет.
4. Я устала быть «хорошей девочкой» – девочкой, которая никогда не откажет, всегда поймет и войдет в положение, устала с улыбкой выслушивать гадости о себе… Чему я научу своего будущего ребенка? Быть терпилой, как его мать?
Солнце медленно вставало над городом, а в груди моей зрело решение. Я уйду из профессии – когда же пробовать, как не в декретном отпуске? Я буду растить ребенка одна, работать как лошадь круглые сутки, но обеспечу ребенка всем необходимым. А отец… Какой же это отец, если он при малейшей опасности бежит к мамочке под юбку и прячется там? Да, жить с Эдиком я больше не смогу. Значит, необходимо оформить развод. Видеть его больше не хочу! Черт, а я ведь уже пообещала, что сообщу ему результаты экспертизы.
Да, вчера снова была у генетика и он опроверг мои сомнения – ребенок полностью здоров, развивается как положено. Сказать, что я была на седьмом небе от счастья, я не могу – за пару недель до этого я приняла твердое решение оставить ребенка, каким бы он ни был. Но облегчение, конечно же, испытала.
Долго колебалась – написать или нет, но, решив, что отец имеет право знать такие подробности, отправила коротенькое сообщение: «Ребенок здоров. Завтра подаю на развод».
И по-моему, это правильно.
8:00
В превосходном настроении отправилась на работу. Не успела открыть дверь класса, как в ту же секунду раздались крики «С днем рождения, Анна Александровна» и в глубине класса заиграла флейта. Конечно, Васюткин. Возбужденные ученицы подпрыгивали вокруг него с розовыми шариками: «Садитесь, Анна Александровна, садитесь, мы для Вас кино сняли!»
На белом экране под музыку замелькали фотографии нашего класса: это мы в походе, здесь встречаем Новый год, а тут мои девятиклашки совсем малыши – фото сделано пять лет назад. На глаза навернулись слезы – как много мы прошли вместе. Смогла ли я их научить чему-то хорошему? Очень надеюсь, что это хорошее не ограничивается правилами орфографии и пунктуации.
– Не плачьте, не плачьте, Анна Александровна! – Маринина, отличница моего класса, подбежала ко мне и приобняла за плечи, – Мы Вас очень любим, вы наша самая классная мама. Мы приготовили Вам подарок…
Васюткин закончил играть. Под всеобщие аплодисменты и восторженные крики Прокофьев внес в класс букет цветов и огромный торт.
– Спасибо, мои дорогие! – я еле сдерживала слезы (Что это со мной), – Это самый лучший, самый дорогой подарок для меня! Я тоже вас всех очень люблю.
Урок был сорван. Мы сдвинули столы вместе, принесли из лаборантской стаканчики и стали пить чай с тортом, попутно вспоминая забавные истории из общего прошлого.
– Да, Анна Александровна, – повернул ко мне сияющее лицо Ромка, – Спасибо Вам за помощь. Уж не знаю, что Вы там сказали маме, но только предки теперь сами хотят, чтобы я поступил в училище искусств. Так что респект Вам и уважуха, – и, потеряв ко мне интерес, Васюткин переключился на соседку.
Может быть, зря я собираюсь уйти из профессии? Вот и ребенку помогла осуществить его мечту…
Мои размышления прервал Прокофьев.
– А я окно разбил у директора, – радостно сказал он, – Сегодня опять Ромашкин придет, – он сделал умное лицо, – для проведения профилактической беседы.
А нет, все-таки не зря.
14:00
После уроков отметили день рождения с коллегами в учительской, и я уже была не совсем уверена, что хочу уйти из этого прекрасного коллектива. Учителя подарили мне подарочный сертификат в «Детский мир» и букет ярких гербер.
– Подберешь приданое для малыша, – подмигнул мне завуч.
И в этот момент у меня зазвонил телефон.
Эдик.
– Я слушаю, – сухо сказала я, прикрыв дверь в учительскую.
– Аня, с днем рождения, – бесцветным голосом сказал Эдик, – Ты подаешь на развод? Почему?
– Эдик, мне сейчас не совсем удобно говорить, – сказала я, слушая крики и смех из учительской, – Давай созвонимся часа через два. А еще лучше вечером. Пока.
Стараюсь оттянуть неприятный разговор, как могу, но уже понимаю, что его не избежать. Не волнуйся, малыш, все в порядке, скоро пойдем домой…
16:00
Когда я, нагруженная подарочными пакетами и букетами, вышла из школы, первым, кого я увидела, был Эдик. Стоял, привалившись к школьным воротам, и явно ждал меня. Так, пройти незамеченной не удастся…
– Ну и чего ты пришел? – недовольно спросила я, подходя ближе, – Я же сказала, что перезвоню.
– Аня, ты не можешь подать на развод, – в его голосе звучало настоящее отчаяние, – Ребенку нужен отец!
– Эдик, вспомни, сколько раз за этот год ты сам грозился подать на развод, – напомнила ему я, – И потом, я так и не достигла успехов в готовке и уборке, как твоя мама – ты сам это признаешь. И вряд ли когда-нибудь стану похожей на нее. К тому же, я не хочу жить с мужчиной, который вот так просто может взять и отказаться от ребенка – своего ребенка.
– Нет! – заволновался он, – Я не отказываюсь от своего ребенка. Он же здоров?
– Здоров! – успокоила его я, Ребенка будешь видеть в строго отведенное для этого время! Но я больше не хочу жить с тобой. Все кончено. А сейчас извини, я устала и хочу домой! – я сделала попытку пройти, но Эдик, разозлившись, перегородил мне выход.
– Нет, – яростно зашипел он мне в лицо, – Развод я тебе не дам, так и знай! Это мой ребенок, и воспитывать его буду я! А если ты попытаешься меня лишить отцовства, я сам лишу тебя материнских прав! Зарплата-то твоя – копейки. И кому, ты думаешь, предпочтительнее отдать ребенка?