Страница 35 из 56
Глава 17. День гнева
Рассвет, который должен был ознаменовать седьмой день до окончательного истечения срока контракта, так и не наступил. Вместо привычного солнца над истерзанным горизонтом поднялось нечто, напоминающее гигантскую, незаживающую и кровоточащую рану на теле мироздания. Небо из багрово-красного в одночасье стало черным, а облака закрутились в циклопические воронки, из эпицентров которых на землю начали падать не капли дождя, а тяжелые, маслянистые сгустки живой, пульсирующей тьмы.
Воздух в академии стал настолько плотным, вязким и наэлектризованным, что магические щиты, защищавшие ее тысячелетиями, начали искрить и издавать болезненный, сухой треск, истончаясь под невыносимым давлением первобытного хаоса.
Это был день гнева, момент, когда количественные изменения, копившиеся годами под кожей реальности, перешли в качественные, и истончившаяся завеса между мирами окончательно лопнула с оглушительным звуком рвущейся плоти.
Лириэль висела на цепях в самом глубоком, сыром подземелье. Ее руки давно онемели от неестественного положения, а руны на кандалах, вырезанные из солнечного камня, постоянно вгрызались в ее кожу, выпивая остатки жизненных сил и превращая их в тупую, изнуряющую боль. Но эта физическая агония была лишь фоном для того симфонического ужаса, который она воспринимала своим обострившимся внутренним слухом.
Она чувствовала каждую новую трещину в гранитном фундаменте академии, каждый крик первобытного ужаса, раздающийся этажами выше, и каждое тяжелое, мерное биение сердца наступающей армии демонов, которая уже перешагнула порог этого мира.
Внезапно стены подземелья содрогнулись от удара такой колоссальной мощи, что с потолка посыпалась тяжелая каменная крошка вперемешку с вековой пылью и обломками старых сталактитов. Где-то наверху раздался звук, который невозможно было спутать ни с чем другим. Оглушительный скрежет рвущегося металла, подобный стону умирающего титана, и звон миллиарда разбивающихся хрустальных сфер.
Магический щит академии, гордость человеческой расы и символ вечного света, рухнул, рассыпавшись на бесполезные искры.
— Началось.. - прошептала Лириэль сухими, потрескавшимися губами, чувствуя, как метка на ее груди вспыхнула холодным, торжествующим огнем.
В этот же миг усиленная заклинаниями стальная дверь в ее камеру разлетелась в щепки, словно была сделана из гнилой соломы. Но это были не гвардейцы и не мифические спасатели. В проеме, окутанный клубами пыли и гари, стоял Адриан. Его тяжелые доспехи были забрызганы густой, темной, почти черной кровью, которая еще дымилась, разъедая металл.
В его глазах, обычно холодных и расчетливых, теперь полыхало яростное, первобытное и абсолютно неконтролируемое пламя войны. Он тяжело дышал, и от его разгоряченного тела исходил такой жар, что влага на склизких стенах мгновенно превращалась в едкий пар. Одним мощным, звериным движением он сорвал кандалы прямо с каменной кладкой, едва не вырвав Лириэль руки.
— Вставай, если в тебе еще осталась хоть капля жизни! — рявкнул он, подхватывая ее в тот момент, когда ее ноги, затекшие и ослабевшие, подкосились. — Твои хозяева уже не просто на стенах. Они внутри. Они не штурмуют академию, они ее переваривают, превращая каждый камень в часть бездны.
— Валериус.. где он? Что с ним? — выдохнула она, судорожно цепляясь за запекшуюся кровь на его наплечнике.
Адриан издал короткий, злой и сухой смешок, в котором не было ни капли веселья.
— Твой золотой мальчик пытается сотворить невозможное. Он собирает остатки своего перепуганного факультета в большом зале, надеясь на чудо. Но его свет сейчас бесполезен, как огарок свечи в эпицентре урагана. Идем! Если мы не прорвемся к центральной площади сейчас, нас обоих похоронят под обломками этой башни заживо!
Они буквально вылетели из подземелий, и Лириэль едва не ослепла от того апокалиптического зрелища, которое открылось ее взору во внутреннем дворе. Академия, место, которое должно было быть оплотом мира, превратилось в кипящий котел преисподней.
Небо буквально низвергало из себя легионы кошмаров. Это были не только гончие-ищейки, которых она видела раньше. Из пульсирующих разрывов в пространстве выходили крылатые твари с телами, состоящими из ожившего, раскаленного пепла. Огромные многорукие демоны-разрушители, чей каждый шаг заставлял саму землю стонать и трескаться, и призрачные всадники на костяных конях, чьи мечи оставляли в воздухе шлейфы абсолютного холода.
Защитники академии сражались в состоянии полного, парализующего отчаяния. Магистры-преподаватели, еще недавно читавшие лекции о гармонии, теперь в безумии выжигали целые площади магическим огнем, но на месте одного павшего демона из тумана тут же возникало десять новых, еще более яростных.
Тяжелый запах горящей плоти, расплавленного камня и серы мгновенно забил легкие, вызывая кашель. Лириэль с ужасом видела, как ее вчерашние однокурсники, те самые люди, что еще вчера брезгливо обходили ее стороной и шептались за спиной, теперь превращались в кровавое месиво под когтистыми лапами тварей Валлакса.
— Посмотри на это великолепие, Лириэль! — Адриан с рычанием отбил сокрушительный удар когтистой лапы демона, который прорвался к ним из-за угла, и одним точным, выверенным взмахом меча снес твари голову. Из разрубленной шеи брызнул фиолетовый огонь вместо крови. — Это то, что ты принесла в наш дом на подоле своего платья! Твой контракт, это не просто сделка, это смертный приговор для каждого живого существа в этих стенах!
— Я предупреждала их! — закричала она, чувствуя, как метка на ее груди начинает сиять таким ослепительным багровым светом, что он пробивался сквозь плотную ткань ее изорванного, грязного платья. — Я пыталась остановить этот приход! Но вы, все вы, выбрали свою никчемную гордыню и страх передо мной вместо реального спасения! Вы сами вырыли эту могилу!
Они с боем пробивались сквозь кипящий хаос к главной площади. Лириэль видела, как на ее глазах рушится величественная башня стихий, символ многовекового могущества человеческой магии. Она оседала медленно, грациозно и страшно, словно в замедленной съемке, погребая под своими многотонными обломками сотни адептов и преподавателей. В этот жуткий момент время для Лириэль словно остановилось. В просвете между рушащимися колоннами она увидела Вивиан.