Под защитой тьмы

Летняя веранда маленького ресторанчика при Далишской гостинице утопает в цветах, источающих приторно-сладкий аромат, перебивающийся вкусным запахом свежей выпечки и кофе. Круглые столики с четырьмя плетеными креслами сервированы с особой, чуть старомодной тщательностью, какую поддерживают только небольшие заведения подобного рода, дорожащие каждым гостем. Далиш – маленький городок, где люди зарабатывают за счет туристического потока, к сожалению, редеющего с каждым годом из-за роста энергетической дестабилизации.

Марух аккуратно промокнул губы салфеткой и вернул ее на стол. Ему явно здесь понравилось, ведь на дополнительную очистку своих столовых приборов он потратил всего лишь минутку. Это многое сказало о высоком качестве местной кухни и обслуживания.

Сегодня Марух прилично удивил сестер внешним видом. Его светлые, почти белоснежные волосы трепал теплый ветерок, а вместо строгого костюма надел брюки и легкую рубашку с длинными рукавами, конечно же, скрывающими артефакты на запястьях, и расстегнутую аж на три верхние пуговицы, приоткрыв крепкую шею, валики мышц над ключицами и грудью. Кира несколько минут любовалась им, не таясь и не мигая.

Зато сам Марух сверлил холодным взглядом ее тарелку, в которой лежали нетронутыми тонкие кружевные блинчики. Наконец не выдержав, он произнес ровным тоном:

— Согласно статистике заведений общественного питания, подобных этому, семьдесят три процента посетителей, пренебрегающих утренним приемом пищи, испытывают снижение когнитивных функций к полудню на четырнадцать процентов. Рекомендую восполнить энергетический баланс.

Сначала реакцией Киры на это замечание была вздернутая бровь, затем она спокойно пояснила, почему не приступила к утреннему приему пищи:

— Меда нет.

Ксандр, сидевший напротив нее, откинулся на спинку кресла и небрежно закинул ногу на ногу. Его медные вьющиеся волосы слегка закрывали зеленые глаза, в которых плясали красные искорки сдерживаемого веселья. Манжеты своей рубашки он расстегнул и небрежно закатал до локтей, обнажив крепкие предплечья. На запястье поблескивал широкий браслет. Майя уже поняла, что это артефакт-глушилка, который сдерживает негативное влияние его тьмы на окружающих. И ее любопытный взгляд нет-нет, да устремлялся к нему.. а может, и к очень мужественному, широкому запястью Ксандра.

— И так, о месте нашего первого посещения. Это сказочной красоты Серебряные водопады, – голос Ксандра зазвучал мягко, обволакивающе, с той особой интонацией, что заставляет прислушиваться помимо воли. – Представьте, как кристальной чистоты вода падает с высоты шестидесяти метров. Благодаря серому кварцу в горной породе вода будто светится изнутри и меняет цвет в зависимости от времени дня. В гостиничном проспекте написано, что ровно час в сутки, перед закатом, водопад светится серебряными искрами. Если в это время загадать желание, оно непременно сбудется.

Майя улыбнулась, рассеянно помешивая ложечкой в чашке. Ее золотистые волосы, собранные в незамысловатый высокий хвост, переливались в солнечных лучах. Этим утром она поймала себя на том, что оделась привычно, в удобный брючный костюм, даже свой хлыст закрепила на поясе, будто на службу собиралась. Однако в номере его не оставила и переодеваться в более женственный наряд не стала. Жизнь научила, что лучше быть готовой ко всему.

— Судя по вашему красочному описанию местных красот, господин Прах, вы не в первый раз здесь. Неужели, чтобы загадать желание? – мягко усмехнулась она.

Ксандр склонил голову чуть набок, и тень загадочной улыбки тронула его губы:

— Поверь, Майя, некоторые желания стоят того, чтобы возвращаться к ним снова и снова.

Марух издал короткий, едва слышный звук – нечто среднее между вздохом и покашливанием. Однако его ледяные глаза остались бесстрастными.

— Меда нет, – повторила Кира более настойчиво и требовательно.

Словно по сигналу у их стола материализовался официант – юный паренек в тщательно выглаженной форме. Напряженно стрельнув взглядом в Ксандра, он виновато развел руками:

— Прошу прощения, господа. К сожалению, мед закончился, а следующую поставку нам задержали. Могу предложить ягодный джем, черничный или малиновый, великолепного качества.

Майя обратилась к сестре:

— Один раз можно обойтись без меда. Попробуй с джемом, черничный – просто изумительный.

Кира сложила приборы и спокойно ответила:

— Я не люблю джем. Мы вчера проезжали мимо площади, там целый ряд торговых лавок. Я схожу. Одна нога здесь, другая там.

— Кира, мы не знаем город, и гулять здесь в одиночестве – плохая идея, – возразил Марух.

Но Кира уже поднялась и сказала:

— Хочу пройтись и подумать над новым проектом. Мне нужно побыть одной.

И ушла, не оборачиваясь, лавируя между обвитыми плющом колоннами веранды. Ее шаги – легкие, почти неслышные – затихли на гравийной дорожке.

Майя вздохнула, провожая ее взглядом, и потянулась к чашке с остывшим чаем, пробормотав:

— Иногда сестра просто невыносима. Если что-то решила, с места не сдвинешь. Как с этим медом.. Для Киры он наравне с ее артефактами, безусловная любовь.

— Когда мир вокруг хаотичен и пугает, предсказуемость хотя бы в собственной тарелке помогает сохранить контроль над эмоциями, – заметил Марух.

Чем вызвал благодарное тепло в душе Майи. Она все больше убеждалась в том, как несказанно повезло сестре встретить столь понимающего ее друга.

Следующие несколько минут прошли в разговорах о местной погоде, природе и еде. Майя поддерживала беседу, наслаждалась творожной запеканкой и поглядывала на дорожку, по которой ушла сестра, уговаривая себя, что Кира уже взрослая и тотальная опека ей не нужна.

Ксандр любовался своей избранницей, радуясь, что проводит время рядом с ней, и восхищался их новым местом пребывания.

Марух напоминал ледяную статую. И тоже следил за входом на веранду. Пальцами правой руки он тихонько выбивал по подлокотнику кресла тревожный ритм, что безусловно выдавало его напряжение.

Майя хотела ему сказать, чтобы не беспокоился, заодно подбодрить тем самым и себя, но тут ощутила покалывание в кончиках пальцев. Легкая тревога проникла в сердце. Затем – давление в висках, знакомое каждому боевому магу Ниара. Она резко вскинула голову и увидела, как над черепичными крышами города и шпилем муниципалитета разливается сиреневое марево. Оно заполняло небо, оседало на город, медленно, но неумолимо сгущая энергетическое напряжение в пространстве.