Страница 12 из 35
Глава № 11 Василиса
Работать без выходных — очень плохая идея. И дошло до того, что старший по смене принудительно отправил меня на выходные. Произошло это после того, как я от усталости грохнулась на коробку с яйцами на складе. На первый раз обещали простить мою оплошность, но при условии, что два дня не будут видеть меня в магазине. И вот я пришла, рухнула на кровать, включив свет, и сразу вырубилась, даже не переодевшись. Проснулась уже утром, с горящей лампочкой на потолке и в кофте Никиты.
Я уставилась в стену перед собой и разглядывала несуразный рисунок на белых обоях, которые не менялись лет десять точно. Какие-то круги, внутри них волны, квадраты и странные фигуры. В середине стены на скотч приклеена картина, сделанная моими руками в тот период, когда я пыталась научиться рисовать. Так и не научилась, потому что усидчивости во мне не было никогда.
Улыбнулась, вспоминая, как сидела над этим рисунком, старательно выводила каждую линию карандашом. Получалось неплохо, и я хотела закончить пейзаж до вечера. Но из приоткрытого окна донесся настойчивый голос Ника:
— Васька, ты уснула что ли?
Я отложила карандаш и выглянула в открытое окно. Друг стоял возле дома и улыбался, прикрывая ладонью глаза от солнца.
— Что трубку не берешь? Я думал, ты умерла.
— Не дождешься! — ответила я и кинула в него карандаш.
Он увернулся, поймал в воздухе карандаш и засунул его за ухо.
— Гулять идешь?
Я обернулась на незаконченный рисунок. На белом плотном листке уже были выведены река и дерево, осталось дорисовать дом. Стащила рисунок со стола и показала Нику. Он внимательно посмотрел на мои старания и кивнул.
— Бери с собой, там дорисуешь. Я помогу тебе. У меня вот… — Он достал карандаш и показал мне. — Даже карандаш есть.
— Ты? Да ни за что! Ты свою фамилию разборчиво написать не можешь.
— Так ты идешь, Пикассо? Жарко, я купаться хочу.
Я замешкалась. Вроде собиралась сегодня остаться дома и добить уже этот злосчастный рисунок, а ещё обещала маме убраться в квартире.
— Ладно, я пошел без тебя! — крикнул Ник и махнул рукой.
— Стой, паршивец! Куда ты без меня собрался! — спохватилась я. — Жди меня тут, я бегу.
Довольный Ник замер у подъезда, а я бросилась собираться на речку. Рисунок и уборка подождут, на улице намного интереснее.
Рисунок я в итоге дорисовала через пару недель, когда устала перекладывать с места на место. Домик получился некрасивым и нелепым, потому что рисовался в спешке и нехотя, но главное результат!
Я поднялась с кровати, распахнула окно и выглянула во двор. Меня никто не ждал, не звал гулять, и только яркое солнце было единственно похожей деталью с тем днем. Как бы сложилась жизнь, если бы я осталась? Не потеряла бы друга, близкого человека, ценность которого в полной мере я осознала только сейчас.
Я обвела взглядом двор и остановилась на машине Ника. Так, сегодня суббота, значит, у него выходной. Может, мне стоит найти к нему подход с другой стороны? Внезапная мысль озарила мою голову: пирог! Все мужчины любят пироги, и я смогу показать свою заботу о нем. Обрадовавшись своей сообразительности, я побежала на кухню.
Признаться себе в том, что готовить я так не научилась, стоило до того, как затевать возню с тестом. И можно же было начать с простого — салат нарезать, запеканку сделать или что-то ещё, что не требует испачкать всю кухню в муке. Благо, что настойчивости во мне намного больше, чем опыта в приготовлении выпечки, поэтому я упорно месила тесто, следуя инструкции из интернета.
Наконец, не очень ровные, совсем некрасивые пирожки легли на противень, и я запихнула их в духовку. Выставила нужный режим и, посмотрев на учиненный беспорядок, начала приводить кухню в первоначальный вид. Если мама увидит, что я сделала с чистотой, которую она оставила, в лучшем случае упадет в обморок. И, пока пирожки румянились и вкусно пахли в духовке, я с уже хорошим настроением оттирала муку отовсюду.
Я переживала, что Никита уедет, не дождавшись моих теплых, заботливо приготовленных пирожков. Приходилось постоянно бегать к окну и проверять его машину. Она стояла на месте и не двигалась, лишь моргала красным огоньком сигнализации.
Когда до окончания таймера оставалось пять минут, я снова выглянула в окно, и вытаращила глаза. Никита копался в двигателе! Это был мой шанс отдать ему пирожки, не сталкиваясь с родителями или Кириллом. Не придумывая, зачем я это сделала. А так всё складывалось удачно, и я поторапливала и духовку, и таймер.
И вот, часы оповестили, что пора доставать свое творение. Я быстро вытащила горячий противень и обожглась всего пару раз. Покидала пирожки на тарелку, прикрыла их чистым полотенцем и побежала на улицу. Запах стоял настолько вкусным, что я с трудом удержалась, чтобы не слопать парочку по дороге.
Во дворе я осторожно подошла к Никите, вцепившись пальцами в уже горячую тарелку. Он увлеченно копался под капотом машины, и точно не ожидал меня, потому что слегка вздрогнул, когда я оказалась рядом. Посмотрел на меня, потом на тарелку.
— Я пирожки напекла, много получилось, увидела тебя. — Волнение в голосе едва удавалось скрыть. — Хочу тебя угостить.
Никита слегка прищурился и выпрямился. По его каменному лицу трудно было угадать — о чем он думает.
— Ты? Пирожки? — удивленно произнес он. — Ты чуть не спалила кухню, когда жарила попкорн.
— Это когда было, — отмахнулась я. — Я тоже взрослею, вот и готовить научилась.
Судя по недоверчивому взгляду, Никита раскусил, что я вру. Он вообще всегда знал, когда я вру.
— Ладно, спасибо, — смягчился Никита. — Поставь на сиденье, у меня руки грязные.
Я кивнула и оставила частичку своей заботы в салоне машины. Быстро попрощалась с ним и вернулась в квартиру, чтобы понаблюдать из окна. Если я не ошибаюсь, то при мне он есть не станет, продолжая играть роль каменного рыцаря. И я, запыхавшаяся от бега и волнения, замерла в кухне, приоткрыв шторку.