Страница 16 из 70
— Ты не маркиза, — выдохнул Генри, и в его голосе я услышала ту самую хрипотцу, которая всегда появлялась у него после сложной операции. — Ты не можешь быть ею.
— Я — хозяйка этого замка, Генри. И я та, кто вызвала вас сюда.
— Откуда ты знаешь анатомию? Откуда ты знаешь, как подавать свет? — он сделал шаг ко мне, игнорируя кровь на своих руках. — Пять лет я живу в этом аду один. Пять лет я не слышал ни одного разумного слова. А теперь являешься ты — молодая, красивая кукла со знаниями профессора медицины. Кто ты такая?!
Я видела, как в его ауре стальная броня начала давать трещины. Сквозь них пробивался дикий, отчаянный свет надежды, который он сам в себе душил.
— Я — ассистент, барон, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — И если вы закончили с пункцией, у маркиза еще остается проблема с давлением. У вас есть дигиталис? В правильной дозировке?
Генри отшатнулся, словно я ударила его. Он схватил меня за предплечье. Его хватка была железной.
— Ты.. ты играешь со мной? — прошипел он. — Ты хочешь, чтобы я сошел с ума? Откуда в твоей голове эти термины? Откуда ты знаешь про дигиталис?
— Я знаю больше, чем вы думаете, Прош, — прошептала я, и при этом имени его лицо исказилось так, словно я полоснула его ножом.
Он не узнал мое лицо. Пять лет и новое тело Каталинабель стояли между нами. Для него я была чужой женщиной, которая каким-то чудом владела его секретами. И это было хуже всего. Моя победа — то, что он здесь, — обернулась моим поражением.
Я увидела в его глазах не любовь, а страх и подозрение. Для него я была не женой. Я была монстром, надевшим красивую маску.
— Не называй меня так, — выдохнул он. — Никогда. Больше.
Он отпустил мою руку и резко отвернулся.— Ганс, убери здесь всё. Пациента в постель. А вы, маркиза..
Он замолчал, глядя на свои окровавленные руки.— Идите к себе. Я позову вас, если.. если он начнет умирать снова. Я не знаю, какую игру вы ведете, но я её закончу.
Я смотрела на его прямую, напряженную спину. Он не узнал меня. Он оттолкнул меня. Но я видела, как дрожат его пальцы, когда он собирает инструменты.
— Как вам угодно, барон фон Шталь, — сказала я, глотая горький ком в горле. — Но помните: в этом замке у вас нет другого союзника, кроме меня. Даже если вы сами в это не верите.
Я развернулась и вышла из залы, чувствуя, как по щеке катится первая горячая слеза. Началась самая сложная часть моего пути. Я должна была снова завоевать собственного мужа. И на этот раз у меня не было двадцати лет в запасе. У меня были лишь считанные дни, пока Филипп не придет в себя или не умрет окончательно.
Я шла по темному коридору, а в голове звучал его голос: «Ты не можешь быть ею».
«Я — это я, Генри, — думала я. — И я заставлю тебя это признать. Даже если мне придется снова умереть в твоих руках».