В поисках себя

— Значит, в следующие выходные у тебя найдется для меня побольше новостей?

— Поживем — увидим.

Я метнула в нее притворно-сердитый взгляд и вернулась к чистке персиков. Мама рассмеялась, позволяя повиснуть тишине. Ну, по крайней мере, тишине между нами, ведь из старого радио в гостиной доносилась музыка. Похоже, Марти Роббинс²², но поручиться я не могла.

Я даже не помнила, когда в последний раз видела мать два выходных подряд… Кажется, это было на Рождество пару лет назад?

Стоило вернуться домой, как во мне просыпалось странное, давящее стремление быть «достаточно хорошей». И вовсе не потому, что родители заставляли меня чувствовать себя иначе, напротив, они всегда давали понять, что я молодец.

Просто мне хотелось соответствовать тому идеальному образу меня, который они видели, и слишком часто мне казалось, что я недотягиваю. Из-за этого проще было вообще не приезжать.

В этот момент скрипнула дверь родительской спальни. Чтобы добраться до нее, нужно было пройти через прачечную прямо за кухней, так что голова отца показалась в проеме не сразу.

— Привет, орешек, — улыбнулся он. — Как тут успехи?

— Как по маслу, — ответила я, счищая кожицу со сливы и наблюдая, как она падает в миску для отходов. — Готов ехать?

Декс кивнул.

— Все собрал. Дождусь твою сестру, и в путь.

— Надолго в этот раз? — спросила я.

Одно дело — прощаться с отцом, когда уезжаешь ты сама, но совсем другое, когда уходит он. От этого неизменно скребло в груди. В такие моменты я снова чувствовала себя семилетней девчонкой, прильнувшей к переднему окну в ожидании папиного возвращения.

— Всего на неделю-две, — ответил он. — Маршрут короче. Застанешь меня по возвращении?

Я сглотнула вязкую слюну.

— Да, думаю, да.

Тепло папиной улыбки разлилось по телу до самых кончиков пальцев. Он привычно закинул руку мне на плечо и чмокнул в макушку. Мама тут же нырнула под его вторую руку, и в этот самый момент входная дверь распахнулась.

— Кларк! — крикнул Декс. — Иди сюда. У нас тут семейный момент.

— Это еще что значит? — донесся в ответ голос сестры, чьи шаги зазвучали в коридоре.

— Ой, — выдохнула она, увидев нас всех в сборе.

— Марш сюда, неудачница, — бросила я, неожиданно поддавшись сентиментальности.

Кларк одарила меня вялым недовольным взглядом, прежде чем присоединиться к общему объятию. Отец крепко прижал нас обеих к себе.

— Да, — пробормотал он. — Вот ради этого и стоит жить. Это самое главное.

От его слов в горле неожиданно встал ком, который никак не удавалось сглотнуть. Разомкнув объятия, он чмокнул маму в макушку и легко коснулся пальцами наших подбородков.

— Ведите себя хорошо, девчонки.

— Я провожу тебя, — тихо произнесла мама.

Декс подмигнул нам напоследок, вложил свою руку в ладонь Джоанни, и они направились к выходу.

— Он делает так всю нашу жизнь, а мне до сих пор ненавистно смотреть, как он уезжает, — Кларк тяжело вздохнула.

— Ага, — согласилась я, надеясь, что сестра не заметила дрожи в голосе.

Уезжать самой всегда было гораздо проще, чем оставаться и смотреть вслед уходящему человеку, даже если ты точно знаешь, что он скоро вернется.

Входная дверь щелкнула, закрываясь. Когда мама вернулась обратно, глаза у нее слегка блестели от непролитых слез, ей со временем тоже это легче не давалось.

— Кларк, — строго произнесла она. — Фартук.

— Слушаюсь, мэм.

Мы втроем привычно погрузились в рабочий ритм: чистили, резали, раскладывали по банкам и кипятили, пока заготовки не были готовы к закатке. Мама всегда начинала с классики, с томатного соуса, пряных персиков и слив, а уже потом переходила к разнообразным экспериментам вроде персиковой сальсы или сливового джема с корицей и мускатным орехом. Все витавшие в воздухе ароматы, казалось, совершенно не сочетались друг с другом, но в итоге складывались в идеальную гармонию. Кларк была тише, чем всегда. Обычно она была центром любого разговора, но стоило мне попытаться поймать ее взгляд, как она тут же отворачивалась.

Я подняла из ящика сливу и заметила, что та почти испортилась. Собираясь уже швырнуть ее в мусорное ведро, я услышала мамин окрик:

— Э-э-нет. Ты прекрасно знаешь, что так нельзя.

— Мам, она же почти гнилая.

— Зато именно из таких получаются самые сладкие джемы, моя хорошая, — мягко произнесла она, касаясь ладонью моей щеки. — Еще сгодится.

Примерно через час стационарный телефон, висевший на стене за прилавком, зазвонил. Мама вытерла руки и быстро направилась к нему, чтобы снять трубку. Кларк по-прежнему почти не разговаривала со мной.

— Алло? — произнесла она. От одной мысли ответить на звонок, не зная, кто на линии, меня бросало в пот. Ее глаза пробежали по кухне, и она вздохнула. — Да, он на столе, — сказала она. — Нет, я могу привезти его сама. Девочки тут закончат.

Я посмотрела на кухонный стол и увидела лежащий посреди него кожаный кошелек папы.

— И я тебя люблю.

Повесив трубку обратно на рычаг, она сообщила:

— Это был ваш отец.

— Ага, мы так и поняли, — отозвалась Кларк. — Заметил, что забыл кошелек, когда доехал до стоянки грузовиков?

Мама кивнула.

— Вы вдвоем справитесь с уборкой?

Мы почти закончили, как раз закрывали последние банки.

— Да, — ответила я, а Джоанни развязала фартук и стянула его через голову. — Тебе пора ехать. Не хочу, чтобы ты возвращалась домой по темноте.

Мама кивнула.

— Заприте дверь, когда будете уходить. Люблю вас.

— И мы тебя, — в один голос сказали мы с Кларк.

Как только входная дверь закрылась, Кларк распустила волосы.

Я шумно ахнула.

— Нарушительница!

— От хвостов у меня голова болит. Ты же знаешь, — бросила она.

Это был лишь второй раз за весь день, когда она заговорила со мной напрямую.

— Ну и как прошла неделя? И выходные? — спросила Кларк раньше, чем я успела задать тот же вопрос. Подобная болтовня шла на пользу. Это было просто. — Ничего от тебя не слышала, кроме пары сообщений.

Я пожала плечами.

— Нормально.

— Конечно, — усмехнулась Кларк, и это застало меня врасплох. — У тебя всегда все нормально.

По какой-то причине мне показалось, что я сейчас наступлю на мину, но к такому повороту я оказалась совершенно не готова, поэтому сменила тему.

— Так… — начала я. — Мы так и не успели толком поговорить об этом.

— О чем?