Страница 12 из 27
— Гостя удивим да и дядюшку с Дмитрием Сергеевичем тоже. И это быстро. Сделаем необычный десерт.
Она возражать не стала.
Я взяла творог, растерла с сахаром и желтками. Белки отделила, взбила венчиком в крепкую пену. Прасковья смотрела с сомнением.
— Зачем белки отдельно? Это ж лишняя работа.
— Взбитые белки делают запеканку воздушной, как облако, — сказала я.
«В старину так делали, но не везде, — подумала я. — А в глубинке, наверное, и не слыхали, что так можно».
В дверях появился Дмитрий. Он заглянул на кухню, принюхался.
— Нужна помощь?
Я как раз взбивала белки: венчик мелькал в руке, пена поднималась все выше. Он смотрел удивленно.
— Катерина Петровна, вы и это умеете?
— Учусь на ходу, — ответила я.
Прасковья ворчливо добавила:
— Барышня все сама делает, мне только и остается, что смотреть.
Я улыбнулась, передала венчик Прасковье.
— Вы мне помогаете. Без вас бы не справилась, — ответила я и добавила уже молодому барину: — Дмитрий Сергеевич, скажите Евдокии и Глаше, пусть накрывают на стол.
Он кивнул, но не уходил. Посмотрел на мои руки, перепачканные мукой, на фартук, на легкую прядь, выбившуюся из косы. Я заметила, как он задержал взгляд, но промолчала.
— Сейчас все будет, — сказала я. — Идите, не мешайте.
Он усмехнулся и вышел.
Я смешала творожную массу с белками, выложила в смазанную маслом форму, посыпала сухарями.
— В печь, минут на двадцать.
Через полчаса все было готово. Суп-пюре перелили в супницу, мясо с соусом в глубокое блюдо, пирог нарезали, чизкейк зарумянился.
Евдокия и Глаша накрывали в столовой. Я выглянула в окно.
За воротами показался экипаж. Шувалов вылез, держа на руках что-то теплое, пушистое. Дядюшка вышел на крыльцо, они обнялись.
Щенок — маленький, лохматый — тыкался носом в руки дядюшке. Тот радовался, гладил его, что-то говорил.
Я отошла от окна, поправила платье, одернула манжеты, провела рукой по косе, заправляя выбившиеся пряди.
«Все ли хорошо получилось? — подумала я. — Понравится ли гостю? А дядюшке? А Дмитрию?»
Стол сиял чистотой. Блюда стояли на своих местах, пар поднимался над супницей.
В прихожей послышались шаги: гость и дядюшка шли к столу.
Я глубоко вздохнула.