Страница 42 из 57
— Абсолютно в этом не сомневаюсь, комендант, — вежливо ответил Данияр, поднимаясь со стула с той же неспешной уверенностью, с какой до этого зашёл в кабинет. — Позвольте мне также добавить, без всякой и какой-либо угрозы или неуважения, но лишь как дельное замечание человека, повидавшего за свои годы немало подобных этому спорных дел: думаю, что чем быстрее разрешится наш вопрос, тем меньше репутационных и иных издержек понесут все интересанты. Гильдия со своей стороны готова рассмотреть альтернативные варианты, которые позволят закрыть это… недоразумение без долгого разбирательства — если, конечно же, сама застава в вашем лице проявит свою прямую готовность к нахождению разумного компромисса.
— Я вас услышал, поверенный. Но так называемый вами компромисс не входит в мои полномочия в данной ситуации, поскольку речь касается, насколько я могу судить из косвенных признаков, оружия, предназначенного мятежному султанату на землях империи, — отрезал Ерден твёрдо, и в этой проявленной им сейчас твёрдости было больше приложенных усилий, чем он хотел показать Данияру.
Данияр дёрнул левым глазом, затем слегка склонил голову — не то соглашаясь с Ерденом, не то просто принимая к сведению позицию собеседника без дальнейшего углубления спора, проявляя всё ту же безупречную нейтральность.
— Как скажете, комендант. В таком случае жду ответа вашего начальства так же, как и вы. Хорошего дня.
Он вышел, оставив дверь приоткрытой, будто не желая утруждать себя даже этим последним жестом вежливости, и в узкую щель будто потянуло холодом, тонкой полосой через весь кабинет. Ерден остался сидеть за столом один, глядя на пустой проём двери.
…
Когда шаги Данияра стихли, Ерден наконец позволил себе то, чего практически никогда не позволял себе ранее. Он уронил лицо в свои собственные ладони и несколько долгих мгновений просто сидел так, слушая в тихом кабинете своё дыхание — оно было довольно громким, чем следовало бы. В голове он пытался унять сумятицу, поднявшуюся сразу по нескольким направлениям одновременно, будто на тех самых весах у камня вдруг взвешивали не груз, а его собственные решения за последние дни с момента прибытия на заставу каравана Факира.
Худший вариант, по мнению Ердена, выглядел довольно просто, можно сказать, до отвращения просто: имперская администрация Куорлу, получив запрос от Ксеррата, о котором говорил Данияр — влиятельной гильдии с давними и обширными связями — распорядится, конечно же, немедленно отпустить задержанный караван, сославшись на перечисленные процедурные упущения самой заставы, ещё до того, как Ерден успеет представить имперской торговой палате досмотровый протокол с приложениями в виде полных показаний Факира и находок Сербека. Если всё пойдёт именно по такому сценарию, то груз с оружием, вероятнее всего, всё же дойдёт до Хорасата, пусть и с некоторым опозданием, при этом самой заставе и Ердену вынесут формальный выговор за недостаточно обоснованное задержание каравана и, что хуже всего, без всякого действенного способа хоть как-то доказать впоследствии, что проведённое им расследование было верным по существу — если единственная улика в виде груза покинет пределы заставы Дымчатого Перевала, растворившись где-то на дорогах империи, как обычно растворяется в степи всякий любой след.
Он поднял голову, мысленно заставляя себя отбросить нахлынувшие на него эмоции и думать хладнокровно, не тонуть здесь и сейчас в худшем из возможных сценарии сразу, не позволять себе роскошествовать в поднимающейся панике, которую в его ситуации мог бы себе позволить зажиточный купец, но не он, не комендант Дымчатого Перевала.
Тут же в голову пришел второй вариант — администрация потребует от него объяснений, но не станет сразу и немедленно распоряжаться об освобождении груза, дав время на необходимое разбирательство. Это оставляло ему шанс, настолько же узкий, насколько была узка щель в приоткрытой Данияром двери, но в тоже время оно требовало от Ердена немедленно подготовить и отправить собственное встречное сообщение, также напрямую тому же имперскому чиновнику, к которому, вероятно, уже обратился Ксеррат, чтобы версия событий, изложенная комендантом заставы, дошла раньше или хотя бы одновременно с гильдейской версией от Данияра.
Третий вариант, был наверное самым тревожным из всех. Первым вмешается не имперское, а клановое начальство. Этот вариант был возможен в том случае, если Ксеррат имеет связи не только в Куорлу, но и среди старейшин кланов, ведь земля заставы формально принадлежит клану Тау-Кут. В этом случае давление на него могло прийти уже с той стороны, откуда Ерден этого меньше всего ожидал. Кланы, как правило, говорят не языком уложений и статей, а языком крови, родства и старшинства, против которого никакая припасённая Ерденом грамота с печатью не имела абсолютного веса, да и разбираться с клановым давлением ему было бы сложнее вдвойне, поскольку клан, как правило, не подчинялся тем же процедурным нормам, что имперцы.
Ерден заставил себя остановиться и перечислить не только опасности, но и то, что оставалось в его собственных руках. Тогрул Данияра, вероятно, долетит до Ксеррата за два-три дня, оттуда сообщение пойдёт дальше, к нужным людям в имперской администрации, — то есть у него было по меньшей мере несколько дней, а не одни сутки, вопреки словам самого Данияра о завтрашнем ответе. Возможно, эта угроза «уже завтра» была сама по себе частью давления — попыткой заставить Ердена поспешить, принять неверное решение под страхом немедленной расплаты, вместо того чтобы действовать методично.
Он поднялся, вышел в соседнюю комнату, где Айрил всё ещё разбирала протокол утреннего изъятия, и коротко бросил:
— Собери Джарггала. И подготовь бумагу для собственного тогрула — сегодня же отправляем встречное донесение в Куорлу, не дожидаясь ответа палаты.
Айрил подняла взгляд, тут же уловив перемену в его голосе — не панику, а ту особую собранность, что появлялась у коменданта всякий раз, когда дело переставало быть теоретическим и становилось срочным.
— Что случилось?
— Ксеррат решил не ждать разбирательства, — коротко сказал Ерден. — Они бьют по самому быстрому пути — через имперскую администрацию, минуя палату. Значит, и нам придётся бить туда же, и как можно быстрее.