Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 75 из 124

Глава 2

Металл холодил липкую и влажную от испарины кожу. Кто именно держит в руках пистолет, Гуров распознать не мог. Глаза застилала белая пелена, а в ушах стоял тяжелый звон, давящий на сознание. Он понял, что просто не может пошевелиться, чтобы что-то предпринять, к тому же все мышцы, точно налитые свинцом, нестерпимо тянет. Секунда, вторая. Щелчок. Выстрел!

Лев Иванович дернулся. Судорожно открыл глаза. Сердце колотилось с бешеной скоростью, а в легкие будто залпом пустили воздух. Раздражающий писк постепенно сходил на нет. Поморгал несколько раз глазами — стал проявляться фокус. Все тело покрылось мурашками, а внутри засело противное чувство лихорадки.

«Сон во сне, еще и сонный паралич, — мысленно сделал вывод Гуров. Дрянь еще та. Никогда не было, и вот опять».

Пошарив под подушкой, нашел телефон. Щурясь от яркого экрана, проверил время и оповещения, обнаружил несколько пропущенных вызовов от Стаса. На тумбочке стояла кружка, от которой исходил запах свежей малины и тонкой спиралью струился вверх горячий пар. Так как в горле пересохло, то рука сама потянулась к ней. Но как только он дотронулся до раскаленной кружки, подушечки пальцев неприятно обожгло.

Входная дверь в коридоре пискнула, после чего в номер, словно ураган, залетела Маша, тут же сунула ему под мышку градусник и тут же прикоснулась губами к солоноватому лбу супруга, оценивая. Отстранившись, спросила:

— Как ты себя чувствуешь?

— Доброе утро. Сносно, а что?

Женщина насупилась.

— Ничего! А я говорила тебе куртку с собой взять, как знала, что продует! Как всегда ты меня не слушаешь! Все утро, как пришел, глаз не сомкнула, ведь тебя лихорадило!

Лев Иванович, размышляя, улыбнулся.

— А я уж подумал, ты меня прибить собралась, что обещанное не исполнил. А это не затвор оказался, а дверь хлопнула, получается, когда ты ушла.

— Это тебя совесть замучила и за меня тебе отомстила.

Супруга расплылась в улыбке, махнула рукой и извлекла измерительный прибор.

— Тридцать шесть и шесть. Видимо, организм сам справился с болезнью. А что до обещанного — брось, я и так знала, что ты вернешься много позже. Знала же, за кого замуж выходила. Так что пока тебе задание — выпить горячий морс, а мне градусник на ресепшен нужно вернуть. И давай потихоньку собираться, с четой Крячко договорились выезжать через два часа.

На улице оказалось невообразимо тихо и спокойно, будто и не было вовсе ночью паники, пролитых слез и столпотворения сотрудников, выясняющих ситуацию. Это подметил не только Лев, но и Стас, который только что подкатил чемоданы.

— Глянь, даже ленту уже убрали. Шустро, однако, ребята здесь работают.

— Шустро — не значит быстро.

— Наши бы до сих пор возились.

Гуров ничего не ответил, держа при себе свои неприятные догадки.

Сделав совместную фотографию на выезде из «Былины», компания отправилась в путь. За рулем сидел Стас, потому до города добрались быстрее положенного, петляя по объездным развилкам и минуя дорожные работы. На въезде в столицу было решено сделать остановку возле заправочной станции, неподалеку от которой располагалось кафе, чтобы дамы отлучились в туалет, а мужчины проверили исправность автомобиля. Приподнятое настроение от скорого возвращения домой улетучилось, как только Крячко подошел к Гурову, который в этот момент разглядывал масляный щуп, и передал свой телефон напарнику. Лев Иванович стал зачитывать вслух:

— Срочные новости. Политический деятель Анна Румянова, баллотировавшаяся в прошлом году в совет депутатов муниципального округа, обнаружена мертвой в собственной квартире на Новослободской.

Гуров, посерьезнев, взглянул на напарника с немым вопросом.

— Читай, читай дальше.

— Тело тридцатилетней женщины обнаружила пожилая мать погибшей, когда решила привести внучку обратно к матери. По предварительным данным, Румянова скончалась еще неделю назад. В сети распространяется прощальный видеоролик, в котором Анна намеревается совершить самоубийство. Правоохранительные органы начали расследование, чтобы установить точную причину смерти. Для этого было назначено вскрытие тела.

— Что думаешь? — забирая смартфон, поинтересовался Стас.

Полковник задумался, недовольно сжав губы.

— Что думаю? Орлов прямо сказал — не лезем, значит, так надо. Своих дел достаточно.

— Иваныч, да как не лезем-то? Второй случай уже. Теперь на нашей земле.

— Стас, заводи машину и давай по домам. Нет значит нет.

Крячко внимательно посмотрел на лицо друга. За столько лет, проведенных бок о бок, он прочел то, что на самом деле думал об этой ситуации напарник: он был расстроен, раздражен и одновременно жаждал справедливости.

Оба испытывали то чувство, когда «руки чешутся», но против слова начальства не переступить, да и разобраться со всеми происшествиями, случающимися повсеместно, им двоим не под силу.

Прогноз погоды выдавал стабильность, которая, увы, не радовала: в городе на протяжении двух недель должны были зарядить дожди. Хотя верить синоптикам Гуров не привык, но пока предсказание сбывалось. Вероятно, природа накапливала силы для последней вспышки жары уходящего времени года — бабьего лета. Первое утро после отпуска загоревший и отдохнувший полковник встречал, шествуя на работу и крепко держа дипломат в одной руке, а зонт — в другой. Минуя прохожих с угрюмыми лицами, он старался не заразиться тем же настроением, и это ему почти удалось. Но когда зашел в свой кабинет, там его уже поджидал неприятный сюрприз.

— Лев Иванович, здравствуй! С возвращением! — поприветствовал коллегу Орлов, подавая руку.

Гуров осмотрел кабинет и заметил, что Крячко еще не пришел, после чего взаимно пожал руку начальнику. А далее повис немой вопрос.

— А это?..

Перед ним стояла молодая девушка в форме сотрудника органов внутренних дел, однако погоны на ее плечах отсутствовали. Лев Иванович поймал себя на мысли, что у девушки до боли знакомое лицо, словно он не так давно ее где-то видел.

— София Леонидовна Пожарская, стажер, которого я закрепляю за тобой, Лев, и бережно передаю в ответственные руки!

Гуров глубоко набрал в грудь воздуха, дабы следом не выпустить из легких ругательство.

— Петр Николаевич, можно вас на минуту?

— Конечно. Софушка, а ты пока присядь на диван и ознакомься с документами. Срочный трудовой договор на столе, рядом с зеленой папкой, — лепетал Орлов, улыбаясь Софии.