Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 70 из 124

На всю округу навалилась тяжелая ночь. Листочки неумолимо срывались с календаря, с каждым днем приближая наступление осени, но в последние недели августа еще была возможность насладиться летним теплом. Небо здесь было особенно звездным. Казалось, словно на растянутом темно-синем куске ткани кто-то щедро наделал дырок разного размера, и сквозь них просачивалось сияние мириад огоньков. Воздух ощущался влажным из-за близости залива, в это время суток с той стороны веяло также легкой прохладой, оттого хорошо было бы накинуть на плечи кардиган или пуловер. Собственно, так Гуров и поступил, защищая от ночного холодка потянутые две недели назад в тире мышцы спины. Благо эффект от массажей оказался быстрым, и щемящая боль отступила, однако поберечься стоило.

О месте встречи они с Крячко не договаривались. Но, словно сговорившись, оба полковника подошли к центральному корпусу, откуда уже вдвоем пошагали к одному из двадцати домиков-шале, где среди величавых сосен виднелась толпа, судя по издаваемым звукам, точно чем-то неудовлетворенная.

В основном в пансионате гости отдавали предпочтение отдельно стоящим в лесу недавно построенным небольшим, примерно сорок квадратных метров, домам в один или два этажа с панорамными окнами и террасой с мангальной зоной. Но были и старенькие корпуса со стандартными номерами, которые оказывались более доступными по карману, нежели шале. Это место для отдыха славилось также проводившимися с помпезностью днями рождения и свадебными торжествами. Гуров с Крячко как раз сейчас проходили мимо пышно украшенной пионами свадебной арки, которую еще не успели убрать после вчерашнего празднества. Многие гости, включая молодоженов, еще не успели разъехаться, а потому первое подозрение, закравшееся в голову Гурова, было связано с новобрачными.

— Что случиться-то могло?.. — риторически вопросил Стас.

— Не знаю. Вчера все тихо-мирно прошло, да и ребята все хоть и молодые, но не буйные, — произнес Лев Иванович.

Крячко предположил:

— Что ж, тут два варианта, — предположил напарник, либо брачующиеся поскупились на ведущего и заказали тамаду, отчего гостям пришлось страдать, участвуя в конкурсах типа попадания привязанным к бедрам карандашом в горлышко бутылки, либо..

Лев Иванович молча шел по тропинке, перешагивая через выпирающие корни деревьев и вглядываясь в проторенный путь, слабо освещаемый по краям садовыми фонариками.

— Либо вспоминается случай трехлетней давности, когда тебя Золотарев позвал на свадьбу, а там отца невесты в саду с заточкой в сердце нашли. Дело было, конечно, некрасивое. «Невеста всех краше была-а-а..» — нараспев шуточно протянул Стас строчку из песни.

Гуров прервал молчание:

— Я тебя столько лет знаю, а ты все не перестаешь удивлять меня.

— Ты о чем?

— И в юморе талантлив, и опер здравый, а тут еще и певческие способности раскрылись.

Оба остановились, издали наблюдая за происходящим и сравнивая, изменилось ли настроение толпы.

— Я еще не то могу! В нашей службе насмотришься, наслушаешься и нахватаешься, а потом в итоге ты и швец, и жнец, и..

— Певец.

Стас приглушенно засмеялся.

— Лев, глянь, «карета», однако, на месте. Похоже, дело худо?..

Недалеко от шале с семнадцатым номерным знаком была припаркована машина «Скорой помощи» и автомобиль полицейских, которые, видимо, недавно подъехали и только сейчас погасили проблесковые маячки.

— Не гони лошадей. Дойдем, зайдем, узнаем.

Как только напарники добрели до нужного места, путь им преградил высокий мужик в полицейской форме, но заминка вышла короткой. Оперативники «посветили» удостоверениями. Одобрение контролирующего позволяло пройти дальше, но они решили заранее разузнать общую информацию, так сказать, на берегу.

— Тихо-мирно отпуск проводили, думали, хоть здесь работа нас не коснется, ан нет. Что произошло-то? — начал издалека Станислав.

Признаться, Крячко был хорош в забалтывании людей и втягивании в беседу, ведь многие, даже те, кто работает в их структуре и по той же специальности, порою отказываются обмениваться информацией, деля, разумеется, коллег на «своих» и «чужих», при этом забывая, что перед ними сотрудники из главка. Но для опера Крячко было только в радость зайти в разговоре «с самого леса» и выудить то, что нужно ему, не позволив даже опомниться.

Долговязый полицейский почесал затылок, отчего форменная фуражка на его голове задвигалась, и, почему-то озираясь, нехотя ответил:

— Вроде несчастный случай. Что к чему здесь и зачем после свадьбы — черт его знает. Нам примерно полчаса назад маякнули, мы пока по пробкам сюда догребли, он уже холодный.

— Жених, что ли?

— Нет, гость.

— Ребята вроде как все хорошие, свадебка только вчера отгремела, культурно отдыхали, другим не мешали.. А кто такой будет?

Страж порядка потоптался на месте, еще раз недоверчиво взглянул на Гурова и Крячко, прищурился.

— А вы точно.. ну, это.. наши будете?

Стас тоже прищурился, и на его лице появилось выражение удивления. В полутьме при движении поблескивали звезды не только на ночном небе.

— А ты точно старший лейтенант?

Собеседник, вероятно, не почуял тонкой иронии Крячко.

— Я-то? Я — да!

Сгорбив плечи, словно его сковывал холод, он все же сдался.

— Александр Пожарский, как заявлено. Шишка важная очень.

— Политик, что ли? По базе пробивали?

— Нет, вроде как бизнесмен. Отец ему оставил после смерти несколько заводов — что-то с нефтью связано, короче, сынок богатенького папочки, — после этих слов полицейский звучно вдохнул носом воздух, шмыгнул и сплюнул резко в бок. — Терпеть таких не могу.

— Каких?

— А таких, которым все на блюдечке с золотой каемочкой подают. Слащавые, пороха не нюхали, жизни не знают. Чаще всего сами палец о палец не ударили, а ведут себя так, будто короли этой жизни.

Крячко разговор не понравился.

— А ты, значит, за жизнь знаешь, братец?

— Да уж побольше этого, — он указал подбородком в сторону шале, ставшего последним пристанищем в жизни человека, о котором шла речь.

Стас недовольно покачал головой и, уходя, пробубнил под нос:

— Какие все сплошь умные нынче, жизнью закаленные, — после чего добавил: — Аж плюнуть хочется.