Страница 2 из 188
ПРЕДИСЛОВИЕ
Бригите Райман было двадцать три года, когда вышла ее первая книга — «Женщина у позорного столба» (1956). Но настоящую известность принес ей роман «Вступление в будни» (1961), название которого послужило символическим обозначением целого этапа в развитии литературы ГДР. После появления этой книги родилось выражение «литература вступления». Речь шла о произведениях, в которых отражался многосложный процесс «вступления» миллионов немцев в новую, социалистическую действительность. И в этом произведении, и в романе «Сестра и братья» (обе книги знакомы советскому читателю) отчетливо выявились особые черты творческой натуры Бригиты Райман: искренность, темперамент, обостренное чувство актуальности — способность выхватывать из потока жизни самые злободневные проблемы, волнующие ее современников.
Писательница не дожила до выхода в свет своего последнего романа, «Франциска Линкерханд», — она скончалась в 1973 году, на пороге сорокалетия. Бригита Райман отличалась беспредельным жизнелюбием и стойкостью духа, которые помогали ей долгие годы противостоять тяжелому недугу и работать до последних дней.
Героиня романа Франциска Линкерханд вспоминает услышанную в детстве и поразившую ее легенду Кристофера Марло о персидском архитекторе, полюбившем прекрасную жену Тамерлана. Любовь была так велика, так безгранична, что у молодого перса выросли крылья и ему удалось спастись от мести жестокого властителя. Легенда вызывает у юной Франциски одну мысль, одно чувство: лучше прожить короткую, но бурную, насыщенную жизнь, чем длинную, но серую и унылую. Размышлениям героини, которую писательница наделила необычайно активным восприятием бытия, близко мироощущение самой Б. Райман. В одном из писем она пишет:
«Пусть судьба недодаст мне десяти лет жизни, я умру с мыслью: я была счастлива — я жила, я жила, я жила».
Б. Райман писала свой роман с перерывами около десяти лет, писала увлеченно, со страстью, целиком отдаваясь делу. «Никогда еще работа не доставляла мне больше радости, чем теперь», — сообщает она своему корреспонденту. По свидетельству друзей, сотрудников издательства, помогавших писательнице, она, уже понимая, что дни ее сочтены, упорно работала над рукописью, снова и снова возвращалась к отдельным главам, надеялась еще раз внимательно просмотреть, отшлифовать написанное.
Роман остался незавершенным, недописанной — последили глава. И все же — читатель убедится в этом — роман оставляет ощущение целостности, законченности, единства художественного замысла и его воплощения. Более того, он подтверждает, насколько масштабнее стало дарование Б. Райман, насколько более зрелым и многогранным ее художественное мастерство.
Опубликованная после смерти писательницы переписка помогает понять, как в ходе работы расширялся ее кругозор, оттачивались и углублялись положенные в основу книги идеи. Поначалу Б. Райман собирается писать «просто историю одной любви», точнее, «историю об открытии любви». Потом вопрос ставится шире и глубже: «как выглядит любовь сегодня», каковы «масштабы добра и зла, утерянные буржуазным обществом», и каковы полые нравственные критерии, пришедшие им на смену, «законы социалистической морали». Выйдя за пределы первоначального плана («история любви»), писательница начинает изучать архитектуру и делает это, как все в жизни, истово, с нетерпением, с горячностью.
«Я интенсивно занимаюсь архитектурой (сфера деятельности моей новой героини), — говорится в одном из писем. — «Мать искусств» захватила меня в плен еще сильнее, чем живопись, может быть, потому, что так неразрывно связана с людьми, так непосредственно им служит».
Служение людям — в этих словах ключ к роману, важнейшая его мысль. «Франциска Линкерханд» — роман о новых нравственных принципах человеческого общежития, о духовном и моральном совершенствовании, «самоосуществлении» личности в условиях социализма. Обостренный, пристальный интерес к нравственной сфере жизни социалистического общества особенно заметен в литературе ГДР последних лет. Пожалуй, никогда прежде писатели этой страны не обращались с такой настойчивостью к художественному исследованию новых норм человеческих взаимоотношений. В ряду книг этой проблематики «Франциска Линкерханд», безусловно, занимает видное место.
Как во всяком значительном произведении, через судьбу героя здесь просматриваются судьбы целого поколения. Выйдя за рамки «любовной истории», писательница создает впечатляюще яркий коллективный портрет, психологически убедительную картину жизни своих современников, точно прочерчивает путь, пройденный молодой республикой за два с лишним десятилетия ее истории.
В романе Б. Райман «Сестра и братья», как и во многих других произведениях литературы ГДР на рубеже 50—60-х годов, изображалась ситуация «решения»: молодой герой оказывался перед необходимостью выбора — в пользу социализма или против него. Для Франциски Линкерханд проблемы такого выбора уже не существует. Она сформирована новой действительностью, и лучшие свойства ее личности раскрываются, осуществляются именно в условиях этой действительности; здесь она чувствует себя дома. Социализм Франциска воспринимает, как единственную систему, гарантирующую человеку возможности совершенствования, духовного и нравственного. Она кровно заинтересована в улучшении, украшении жизни в своей стране.
Узнав о решении родителей перебраться в Западную Германию, Франциска бросает им в лицо презрительные слова. Ее, в сущности, не удивляет их поступок: они не могут и не хотят понять жизни в ГДР, потому что «ничего не вложили» в нее, «даже надежды». Франциска же вкладывает в свою республику самый возвышенный и самый весомый из всех возможных капиталов: не скупясь, без оглядки, она отдает этому обществу свой талант, свою энергию, свою молодость.