Неприятность для Босса

Глава 15. Мы точно теперь встречаемся?

Глава 15. Мы точно теперь встречаемся?

Утро после первого раза должно быть каким-то другим, наверное. По крайней мере, я всегда так думала.

В кино после таких сцен герои просыпаются, смотрят друг на друга, улыбаются, а потом обязательно происходит какой-нибудь красивый диалог под музыку.

В моей жизни всё немного иначе. Я просыпаюсь, несколько секунд смотрю в потолок и пытаюсь понять, где нахожусь. Потом поворачиваю голову и вижу рядом Романа.

Память услужливо возвращает мне вчерашний вечер. Я мгновенно закрываю глаза, чувствуя, как щёки становятся пунцовыми.

Всё. Можно не вставать, можно остаться здесь навсегда и желательно под одеялом.

— Ты опять краснеешь? — раздаётся рядом сонный голос.

Я открываю один глаз.

— Я не краснею, — возмущаюсь я.

— Конечно, — хмыкает Роман.

— Просто мне жарко, — пытаюсь найти себе оправдание.

— В доме двадцать два градуса.

— Значит, у меня индивидуальная температура.

Роман тихо смеётся. Я поворачиваюсь к нему и тут же жалею об этом.

Потому что он смотрит на меня так, будто вчерашний вечер был не каким-то невероятным событием, после которого теперь нужно неделю избегать зрительного контакта, а абсолютно естественным продолжением наших отношений.

Наших — я цепляюсь за это слово. Наших отношений.

А они у нас вообще есть? Вот в чём проблема.

Вчера я была его ассистенткой, которая иногда слишком долго смотрела ему в глаза, а сегодня я… Кто? Девушка? Любовница? Женщина, с которой он провёл ночь?

Или всё ещё ассистентка, которая совершила очень убедительную ошибку в служебной командировке?

— Роман? А мы… — голос сам собой затихает.

Даже на физическом уровне не могу продолжить этот вопрос.

Роман приподнимает бровь.

— Мы? — мычу я и замолкаю.

Как же сложно произнести три слова. Мы теперь встречаемся?

В голове они звучат нормально, но во рту почему-то превращаются в катастрофу.

— Что ты хотела спросить? — удобнее устраивается Роман на подушке и смотрит на меня внимательно .

— Ничего, — отворачиваюсь я, передумав.

— Кира, — произносит Роман настойчивее и притягивает меня к себе.

— Правда ничего, — отмахиваюсь я.

— Ты сейчас выглядишь так, будто собираешься сообщить мне о банкротстве компании.

— Хуже, — вздыхаю я.

Он смотрит на меня внимательнее.

— Что может быть хуже?

Я набираю воздуха.

— Мы теперь встречаемся? — выпаливаю я быстро.

В комнате повисает тишина, а я готова провалиться сквозь матрас.

Роман несколько секунд просто смотрит на меня, а потом улыбается.

— Я думал, ты спросишь что-нибудь сложнее.

— Для тебя, может быть, и несложно! — возмущаюсь я.

— Хорошо, — поворачивается он ко мне. — Да.

Я моргаю.

— Да?

— Да, Кира. Мы встречаемся.

— Просто… вот так?

— А как ещё?

— Не знаю. Нужно же какое-нибудь официальное заявление.

— Хорошо, — он садится, совершенно серьёзно расправляет плечи и говорит. — Настоящим уведомляю, что с сегодняшнего дня Кира Неприятнова состоит со мной в романтических отношениях.

Я не выдерживаю и смеюсь.

— Очень официально.

— Я генеральный директор. Я умею составлять официальные уведомления.

— А ничего, что я твоя ассистентка?

— Это действительно осложняет ситуацию.

— Вот! — торжествующе поднимаю палец. — Видишь? Значит, мы не можем просто…

— Можем.

— Ты вообще понимаешь, насколько это непрофессионально?

— Понимаю.

— И тебя это не смущает?

Он смотрит на меня совершенно спокойно.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не собираюсь делать вид, что ты мне безразлична только потому, что мы работаем вместе.

Я замолкаю. Он сейчас просто сказал, что я ему нравлюсь и он хочет быть со мной. А я почему-то ожидала сложного разговора. Вероятно, потому что привыкла всё усложнять.

— А если всё закончится плохо? — тихо спрашиваю я.

Роман становится серьёзным.

— Тогда мы разберёмся, — он берёт меня за руку. — Но есть одна вещь, которую я хочу изменить.

— Какую? — настораживаюсь я.

— На работе ты по-прежнему моя ассистентка, но за пределами офиса ты не моя подчинённая.

Я смотрю на него.

— А кто?

Он улыбается.

— Моя женщина.

Сердце делает какой-то совершенно непрофессиональный кульбит.

— Договорились? — спрашивает он, заглядывая мне в глаза так, будто пытается в них увидеть ответ на вопрос мироздания.

— Договорились, — улыбаюсь я.

Роман наклоняется и целует меня. Совсем коротко, просто в губы, но я снова улыбаюсь. Потому что теперь это не тайный поцелуй двух людей, которые не понимают, что между ними происходит.

Теперь я знаю, что мы официально встречаемся и мне невероятно хорошо.

Через пару часов мы собираемся домой.

Я стою перед зеркалом и пытаюсь привести волосы в порядок. Получается плохо.

— Тебе помочь? — спрашивает Роман из дверного проёма.

Я смотрю на него через зеркало.

— Если ты умеешь укладывать длинные рыжие волосы, то да.

— Не умею, — усмехается Роман и подходит ближе. — Но могу отвезти тебя домой и сегодня вечером снова тебя увидеть.

Я поворачиваюсь.

— Мы только что провели вместе целые выходные.

— И? — лукаво смотрит на меня.

— И ты уже соскучился?

— Да.

В этот момент мне хочется прыгать от счастья, как маленькая девочка, которой только что мама принесла коробку конфет.

— Мы теперь встречаемся пять минут, а ты уже нарушаешь все правила приличия, — улыбаюсь я.

— Я никогда не отличался терпением, — мурлычет Роман и трётся носом об мою щёку.

— Я заметила, — хихикаю я.

Неожиданно Роман достаёт из кармана маленькую коробочку. Я сначала даже не понимаю, что это.

— Открой, — просит он и протягивает её мне.

Я беру коробочку и дрожащими пальцами открываю бархатную крышку. Внутри лежит тонкая золотая цепочка с кулоном из бриллианта.

Очень невероятно красивое и явно дорогое.

Я смотрю в шоке на Романа.

— Я увидел её несколько недель назад и она напомнила мне тебя.

Мне хочется расплакаться, потому что никто в жизни не дарил и не говорил мне ничего подобного. Осторожно беру кулон пальцами, боясь запутать цепочку.

Становится страшно из-за того, что подарок становится ещё одним доказательством: это всё для Романа по-настоящему.