Страница 96 из 124
— Сдался представителям полицейского управления. Полиция с помощью матросов сняла затворы с орудий и арестовала командира корабля.
— Ладно, всё равно подробности я смогу выяснить только по прибытию в Гельсингфорс.
……
На поздний обед или ранний ужин пришлось приглашать и гостей. Не всех, конечно, а только Романовых. С моей стороны за столом был комендант поезда капитан Оксала и секретарь Тойво Антикайнен. Последний чем-то приглянулся великим княжнам, и те постоянно бросали на него заинтересованные взгляды, отчего всегда невозмутимый Тойво прятал свой взгляд в тарелке. Капитан Оксала развлекал непринуждённой беседой супругу Михаила Александровича княгиню Брасову. Сам же великий князь постоянно о чём-то шептался с Николаем и Александрой Фёдоровной.
После второй перемены блюд Николай Александрович вдруг вспомнил и обо мне.
— Матвей Матвеевич, скажи, а мы в Выборге будем делать остановку?
— Да. Обязательно, ваше величество. Нам нужно будет сменить тепловоз на электровоз. Но мы до Выборга будем ползти ещё часа полтора. Перед нами два поезда.
Это было правдой. Впереди нас плёлся дачный поезд, делающий остановки на каждом полустанке и в каждом посёлке. А за ним два тепловоза с натугой тащили сцепку из двенадцати паровозов, отправленных в Таммерфорс на ремонт и переделку топок и котлов под северный уголь.
— Тогда у меня есть к тебе, мой мальчик, небольшая просьба. Не мог бы ты телеграфировать в Выборг, чтобы к нашему приезду нас ожидали архиепископ Сергий и местный предводитель дворянства.
— Что-то случилось? Зачем вам вдруг и внезапно понадобились эти люди? Тем более что Сергий назначен главой нового Синода, а его обязанности в Выборге и Финляндии исправляет теперь епископ Александр.
— Нам надо утрясти кой-какие семейные дела, — не очень понятно объяснил бывший царь. — Я тебя очень прошу, собери для нас этих людей.
— Тойво, а кто сейчас предводитель дворянства в Выборге? — обратился я к своему секретарю.
— Насколько я помню, это барон Розен, Отто Карлович.
— Будь добр, сходи в штабной вагон и свяжись с Выборгом. Пусть к нашему приезду найдут барона и епископа. И привезут их на вокзал, — отдал я распоряжение, и Антикайнен тут же покинул нас.
— Спасибо, Матвей Матвеевич, — поблагодарил меня Николай Александрович.
— Матвей Матвеевич, — оживилась и бывшая царица. — Скажи, а у тебя, случаем, нет новых песен? Может, ты исполнишь нам что-нибудь? Я и девочки будем очень рады послушать.
Петь мне сейчас хотелось меньше всего, но и отказывать дамам — тоже. Поэтому, перебрав в уме недавно написанные тексты, я отдал распоряжение стюарду — принести гитару.
— Действительно, у меня есть новая песня. Может, она вам и понравится, — и получив на руки инструмент, заиграл и запел то, что было у меня на душе:
Малыми рифмами сплёл паутину мира,
Дёрнешь за ниточку и раздаётся звон
Мечешься после по душной и тесной квартире,
Гадая остаться в ней или податься вон.
А за окошком опять полыхает лето,
Словно паук завлекает в сеть.
Если себе начинать задавать вопросы,
Главное вовремя услышать на них ответ.
Малыми титрами всё завершу в итоге,
Хочешь-не хочешь, природы такой закон.
Как паутинки расходятся вдаль дороги,
Как колокольчик, в душе остаётся звон… *
……
Поздний вечер 1 июля 1917 года. Выборг.
— Согласно акта об отказе от восприятия верховной власти до решения этого вопроса Учредительным собранием я, великий князь Михаил Александрович Романов, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, снимаю с себя и передаю титул великого князя Финляндского в личное пожалование барону Хухте Матвею Матвеевичу. О чём мною собственноручно сделана запись в губернской дворянской книге Выборгской губернии. Дано 1 июля 1917 года в городе Выборге в присутствии моего старшего брата великого князя Николая Александровича Романова, епископа Финляндской епархии Александра и предводителя Выборского губернского дворянства барона Отто Карловича Розена. Заверено подписями свидетелей и большой императорской печатью. Ваше сиятельство, примите мои поздравления и документ, — и Михаил Александрович с вымученной улыбкой на лице протянул мне лист бумаги.
«Так вот для чего им понадобился православный священник и барон Розен!» — промелькнуло у меня в голове. А я думал, что они крестить кого-то собрались или завещание заверять. Вот же я наивный помпо. На ровном месте вместо простой человеческой благодарности за спасение получил очередную головную боль. Или они так пытаются меня отблагодарить? Могли бы и моим мнением поинтересоваться — хочу я этого или нет.
— Поздравляю тебя, мой мальчик, — тем временем подошёл ко мне Николай Александрович. — Я думаю, что полностью решил твою проблему с управлением княжеством. Можешь не благодарить. Это малое, чем мы можем отдариться за наше спасение. И как там в твоей песне? Как паутинки расходятся вдаль дороги? Вот и я, как паук из твоей песни создал ещё одну такую дорожку. По которой теперь предстоит идти тебе.
— Спасибо, ваше величество, — не очень довольным, а скорее уставшим голосом поблагодарил я этого гадского паука.
А ведь хотел пятнадцать лет назад, в нашу первую встречу отправить этого человека к праотцам и сломать историю одним ударом. Так нет, пожалел свою новую семью и решил идти другим путём. Дошёл — как говорится. Теперь придётся работать ещё и за царя.
— А ты помнишь нашу первую встречу в Лангинкоски? — неожиданно спросил бывший царь, как будто прочитав мои мысли. — Твои стихи про старость я помню наизусть. И чем старше я становлюсь, тем более пророческими считаю их.
Вот так и летят мгновения,
Незримою чередой.
Вчера не обузданы рвения,
Сегодня старик седой.
А завтра меня не станет,
Такой мой земной удел.
И помнить, увы перестанут,
Ссылаясь на множество дел.
— Но теперь, я надеюсь, что хоть ты про меня не забудешь…
*Паук. Автор — Роман Викторович Васин
https:// /u/roman971