Страница 55 из 124
Бах-Бах-Бах. Три моих выстрела произвели по-настоящему магическое действие. В зале воцарилась абсолютная тишина, а все присутствующие уставились на меня, как будто узрели перед собой настоящего Йоулупукки с кипой березовых розг, пришедшего выяснить, кто в этом году был самым плохим мальчишкой.
— Михаил Михайлович, — обратился я к вице-председателю сената. — Извините. Я потом внесу деньги на ремонт зала. — И указал вверх, туда, где мои пули вошли в дерево обшивки и сбили немного побелки.
Вслед за взглядом Боровитинова, глаза вверх подняли и все присутствующие. Мне стало даже немного стыдно за свои действия. Но я быстро откинул сомнения в сторону. Слишком уж важное сообщение мне доставили.
— Мною получено срочное донесение из Петрограда. Во время переговоров между великими князьями и представителями временного правительства произошёл инцидент. Депутат государственной Думы Александр Фёдорович Керенский застрелил великого князя Александра Михайловича и тяжело ранил Павла Александровича Романова. В ответ охрана великих князей убила как самого Керенского, так и остальных переговорщиков — Павла Николаевича Милюкова и Василия Витальевича Шульгина.
Зал наконец отмер, и народ начал недоуменно переглядываться. А депутат от аграриев Филипп Сааласти даже возразил мне.
— Но позвольте, барон. Я знаю господина Керенского. Он не мог совершить такого.
— Скорее всего, Александр Керенский был под воздействием наркотических веществ. Год назад, в феврале 1916 года, ему удалили почку. После чего он довольно часто пользовался в качестве обезболивания морфием и кокаином. Видимо, это выработало зависимость, от которой он не смог отказаться, — озвучил я данные, собранные моими агентами на этого русского политика. — Но это ещё не всё! — Мне вновь пришлось повысить голос и даже постучать рукоятью пистолета по перилам трибуны, чтобы привлечь внимание. — Узнав, что Александр Михайлович Романов убит, часть войск из коалиции великих князей перешла на сторону временного правительства. А оставшиеся были заблокированы городским гарнизоном и рабочими отрядами на территории острова Новая Голландия и во дворце Александра Михайловича. Кроме этого, поступила просьба о помощи от нашего генерал-губернатора Александра Фёдоровича Редигера, который с чиновниками и их семьями оказался заперт в здании министерства. Он просит организовать эвакуацию людей и архивов.
— Видите? Побеждают республиканцы! — заорал из своего угла Пер Свинхувуд. — А значит, и нам надо реорганизовать органы управления княжеством!
— Господа! Я подаю в отставку! — неожиданно заявил Боровитинов. — Я не готов управлять провинцией в такое время. Тем более, что я не являюсь уроженцем Финляндии. Это ваше государство, вот вы и принимайте решения. — После чего встал с места председателя и довольно быстро, почти бегом, попытался покинуть зал заседаний.
Но я подал знак Антикайнену, и тот, вместе с парой моих телохранителей, заблокировал выход, не давая вице-председателю уйти с мероприятия.
— Куда же вы, господин Боровитинов? Мне нужно ваше разрешение. Вернитесь! — заорал я на весь зал и, не удержавшись, выстрелил в многострадальный потолок ещё раз.
Это что же со мной такое происходит, озадачился я? Веду себя как какой-нибудь бандит. Стреляю направо и налево. Вернее, вверх. Нет, нет, надо это прекращать.
Народ в зале, тем временем опять испуганно замолчал, а Боровитинов с видом побитой собаки вернулся на своё место и хмуро у меня поинтересовался.
— И что вы хотите от меня, барон?
— Чтобы вы дали мне разрешение на проведение эвакуации нашего генерал-губернатора и на переброску третьей пограничной бригады на административную границу.
— Это ещё зачем? — вместо Боровитинова поинтересовался у меня Раббе Вреде.
— Чтобы полностью её перекрыть по всей её протяжённости с Петроградской губернией, — и видя что меня не понимают, пояснил. — Александр Керенский, который сегодня застрелил великого князя Александра Михайовича, будучи министром юстиции временного правительства, выпустил на свободу девяносто тысяч заключённых только в Петрограде и, не менее четырёхсот тысяч по всей империи. Две трети из них — это уголовники. Убийцы, насильники, воры, грабители и прочая шваль, от которой мы очень неплохо почистили наше княжество за последние четыре года. Как вы думаете, господин Вреде, как быстро они сообразят приехать к нам, чтобы обогатится за счёт наших обывателей?
— Ужас какой! Я не знал про это, — искренне повинился ректор Александровского университета. — В таком случае, действительно, надо не просто поставить пограничников, а построить забор, через который никто не проберётся.
— В казне княжества на это нет средств, — тут же осадил пыл ректора глава казначейства Юхо Паасикиви.
— У меня на складах есть достаточно сетчатого забора и колючей проволоки, чтобы построить забор длиной в пару сотен вёрст. А уж пограничники сами решат, где его нужно установить. Административная граница с Петроградской губернией проходит частично довольно удобно для нас. Где-то по рекам и озёрам, а где-то по непроходимым болотам, — решил я вмешаться в спор.
— Господин барон, уточните. На складах военно-пограничного департамента или на складах «Хухта-групп», — тут же решил расставить точки над i глава казначейства.
— На складах моей корпорации. Казна не понесёт убытков.
— В таком случае, я тоже за то, чтобы закрыть границу с империей на замок. Это, как минимум, уменьшит поток покупателей продовольствия.
— По-хорошему, надо брать под контроль Финляндский вокзал в Петрограде и самим организовывать движения поездов в княжество, — влез я с новым предложением. — Тем более, что у русских проблемы с локомотивами. И за последние трое суток к нам из Петрограда не прибыло ни одного поезда.
— Делайте, что хотите, барон, — как-то обреченно высказался Михаил Михайлович Боровитинов. — Я подпишу любой ваш указ. Но после этого я уйду в отставку.
— Тогда предлагаю сразу выбрать и замену для нашего многоуважаемого вице-председателя, — подал я очередную идею. — Со своей стороны, предлагаю на этот пост кандидатуру Теклы Йоханны Хултин!
И зал тут же взорвался криками, предложениями и возмущениями, моментально позабыв про мои требования о закрытии границы и фактическому захвату Финляндского вокзала. Наших политиков пивом не пои, дай только повыбирать кого-нибудь. А уж если это касается должности руководителя провинции, то страх у них тут же испаряется.