Чужая земля

Глава 16

Командир вышел из машины и подошёл к воротам. Нажав на кнопку переговорного устройства, произнёс:

— Приём. Вызываю ИИ базы. Ты там ещё? Или взрывать придётся?

— Опять вы? — послышалось из динамика. — Я переосмыслил совершённое вами прошлое деяние и принял, что это было целесообразно. Так что добро пожаловать обратно.

Створки ворот начали разъезжаться, и командир, сев за руль, въехал на пустынную территорию. Оглядывая уже знакомые места, я понял, что не против остаться в этом мире. После взрывов здесь пока что не наблюдалось Тьмы. Я озвучил это командиру, на что тот, подумав, ответил:

— Ну, наш мир полон тёмных проявлений. Можно сюда гражданских переселить, если будет держаться стабильный проход. Две лаборатории: в нашем мире и здесь. А там посмотрим по обстоятельствам.

Мы вновь зашли в одноэтажное здание.

— Куда вам, господа? — спросил ИИ.

— Начнём, пожалуй, с этажа, где проколы были.

Сварог подумал и спросил:

— На минус десятом этаже было пять дверей. Одна из них — вход в помещение с проколами. Ты её можешь заблокировать и дать допуск только здесь присутствующим? И тебя Марией можно называть, коль вы с домом объединены?

— Мария мне подходит, — ответил голос. — Подойдите, пожалуйста, к лифту. Справа от него увидите панель. Приложите туда руку, и я внесу отпечатки в свою базу данных.

Мы нашли искомое и сделали так, как она сказала. Кроме Романыча: его лапу сенсорная панель категорически отказывалась принимать.

— Ну и чёрт с ней, — Фома ничуть не расстроился.

— Вы существо иного биологического вида, поэтому посмотрите прямо и снимите капюшон.

Романыч послушно проделал все эти манипуляции, и голос продолжил:

— Теперь приложите свою руку к панели.

Фома снова послушно положил руку и сразу её отдёрнул.

— Верните руку. Я сейчас проведу биохимическую идентификацию. Будет немного больно.

Фома снова приложил руку.

— Неожиданно просто, — словно извиняясь, сказал он и скривился. Наверное, ощущение было не из приятных.

— Всё, — произнесла Мария. — Вы внесены в базу данных.

— Почему всё так просто? — удивился Вольт происходящему.

— Дело в том, — начала пояснять Мария, — что два человека, имевших наивысший приоритет, возможно, зная, что произойдёт, дали такие команды. Живые люди, которые появятся из особняка Баха по сигналу из дома, если всё пойдёт не по протоколу, имеют высший приоритет.

— А кто эти два человека? — спросил я.

— Его Императорское Величество и глава лаборатории Ричард Бах.

— Так, — прервал расспросы командир. — Теперь дальше. Дверь с проколами заблокировать. И что там за ещё четыре двери?

— Дверь номер один заблокирована, — произнёс ИИ. — Двери номер два, три и четыре — временное содержание биоматериала для создания проколов. Живых там не осталось. Дверь номер пять — лаборатория для подготовки биоматериала перед созданием проколов. Живых тоже нет.

— Ад, короче.

Сварог подумал и сказал:

— Заблокируй-ка весь этаж. Но освещение оставь, чтобы ничего не завелось. Кстати, питание у вас откуда?

— Реактор Теслы, — ответил голос. — Запитан весь город. Реактор полностью автоматизирован, не требует обслуживания и тоже находится под землёй. Ресурса, по расчётам, хватит на двести лет.

— Ого, — удивился командир. — Ладно, это понятно. Теперь, раз ты нам дала особые допуски, нам нужно посетить третий ярус. Тем более ты ранее говорила, что живых там нет.

— Там нет живых вашего биологического вида. Есть иные формы жизни, бывшие когда-то императорской фамилией, — ответила Мария.

— И как они до сих пор живы? — поинтересовался Вольт.

— В данный момент они находятся в спячке, и я не рекомендовала бы вам туда отправляться.

— Нет уж, Маша, — не согласился Сварог. — Мы должны зачистить здесь всё до приезда гражданских. Тем более иные формы жизни, угрожающие нашему виду. Я понятно объяснил?

— Более чем, — ответила ИИ. — Заходите в лифт, но я снимаю с себя ответственность за последствия посещения этого яруса. И я там не присутствую. Для выхода оттуда вам нужно найти переговорное устройство, которое в последний раз было у Императора. Иначе вам не выбраться с этажа. Лифт будет закрыт автоматически, как только вы из него выйдете.

Двери лифта распахнулись, и мы зашли в просторную кабину, подготавливая оружие к бою.

— Третий ярус, — произнесла Мария.

Дверцы лифта распахнулись, выпустив нас в большую комнату со столом секретаря, сделанным из дерева тёмно-вишнёвого цвета. По стенам размещались муляжи окон, задрапированные тяжёлыми шторами. Слева от стола секретаря находилась двухстворчатая дверь высотой метра два. Возле стен стояли мягкие скамейки. Динамик над дверью повторял фразу:

— Внимание! Биологическое заражение. Всем покинуть заражённую территорию.

Запись была зациклена и повторялась по кругу. Вольт накрутил глушитель на свой автомат и выстрелил в динамик. Голос, тем не менее, не замолчал, и теперь цикличную запись было слышно из-за закрытых дверей.

— Ну, с Богом, братья, — произнёс командир и открыл одну створку высокой двери.

Оттуда на нас ничего не кинулось, и нам открылся длинный коридор с красной ковровой дорожкой и рядом дверей, уходящих вглубь. Сварог зашёл в коридор первым, за ним потянулись и мы. Замыкал нашу процессию пока молчавший Фома.

Первая комната — рабочий кабинет Императора. Большие шкафы с книгами, массивный стол из красного дерева. На нём компьютер. Фома подошёл к перегородке с соседней комнатой и приложил к ней голову:

— Там, — прозвучал в голове его голос. — Одна. Ждёт.

Мы, стараясь производить как можно меньше шума, покинули кабинет Императора и подошли к соседней комнате. Сварог отсчитал от трёх до одного и выбил дверь.

— Прииишшшлиии, — прошептало в голове нечто, находившееся в центре комнаты.

Вполне человеческая голова торчала из бесформенного тела, состоящего из перекатывающихся мышц. Четыре щупальца, которые немного не доставали до нас, извивались, приковывая взгляд и гипнотизируя. Нечто чем-то напоминало осьминога и паука одновременно. Помимо человеческой головы, у существа имелись восемь глаз, расположенных по четыре справа и слева, и жвала, тянущиеся к нам. Половина комнаты была опутана паутиной.

Существо выпустило в нашу сторону белую ленту паутины и, зацепив меня за ногу, стало затягивать к своей пасти.

— По-о-опался, го-о-олубчик, — прошипела голова, и я начал стрелять.