Страница 59 из 155
Искомое нашлось дальше по улице. Над входом находились те же вензеля Р и Б и вывеска «Оружейная лавка». Похоже, всё производимое Ричардом было под патронажем Императорского дома. Двери оказались открыты, и мы зашли внутрь.
Оружия было много, преимущественно охотничьего. Но попадались и весьма любопытные экземпляры. Например, револьверы. Их тут была уйма — разных форм и калибров. К нашему АШ, естественно, ничего не нашлось. Мы взяли по револьверу с витрины, покрутили в руках и синхронно, словно сговорившись, положили обратно. За прилавком стояли два стула, на которые мы и уселись.
— Командир, — начал я разговор, — всё, что касается разработанных здесь переходов в другие миры, предлагаю оставить в тайне. Посвятим только, наверное, Матвея Иваныча. Или ещё кого предложишь?
— Я понял твою мысль, — ответил тот. — И согласен. Очень велик соблазн найти мир без тварей и уйти туда. Но какой ценой? Да… Дилемма.
Он помолчал и продолжил:
— Я бы добавил сюда Вольта, Юру и, тебе, наверное, покажется странным, Беса.
— Ничуть не странно. Я рад, что ты не включил сюда ни одного научника. Этим только волю дай…
Я замолчал. Сварог посмотрел на меня, усмехнулся и хлопнул по плечу.
— На том и порешили. Фому там не слышно?
Я отрицательно качнул головой.
— Нет пока. Командир, тут такое дело. Я прихватил записи со стола. Займусь ими лично. Думаю, там есть все ответы про этот мир.
— Костя! Ответь! — уже достаточно чётко прозвучал в голове голос Фомы.
— Да, слышу тебя хорошо. Значит, ты где-то поблизости, — мысленно ответил я.
Фома не обрадовал:
— А я почём знаю? Мы с тобой расстояние не измеряли. Я сейчас на окраине города. Вышел на какую-то центральную улицу. Ждите, следующий сеанс минут через сорок.
Голос Романыча замолчал, а я, уже обращаясь к Сварогу, сказал:
— И заряды. Их нужно забрать с собой. Я сначала думал подорвать их, уходя отсюда, но теперь, спокойно всё обдумав, решил, что вот их-то и нужно будет отдать научникам. И часть записей, касающихся только этих устройств.
— Наверное, ты прав, — ответил командир. — Только где их искать?
— Ты, наверное, не обратил внимания, но в дипломате… Точнее, в кармане дипломата, — поправился я, — лежит навигатор.
Я снова открыл дипломат и вытащил из кармашка плоскую коробочку с экраном, на котором светился план города и были отмечены две точки красного цвета.
— Смотри, один заряд в четырёх кварталах от нас, второй — в другой стороне, в двух. Просто, не зная, какой у них объём и вес, непонятно, сможем ли мы забрать их сейчас или придётся вернуться позже. Но посмотреть на них нужно.
— Хорошо, — командир сразу согласился со мной. — Дождёмся Фому, сходим на разведку, потом алга домой.
Прошло около часа, прежде чем Фома, следуя моим подсказкам, зашёл в наше временное убежище. С ним был Вольт.
— Нашлась пропажа! — весело воскликнул он.
Было видно, что он очень рад такому исходу событий.
— Ну что дальше? Назад мы не успеем, солнце уже к закату клонится.
Вольт вопросительно посмотрел на командира.
— Я предлагаю вернуться в особняк Баха, — Сварог бросил взгляд на меня. — Костя, как на это смотришь?
Я достал из нагрудного кармана навигатор и, прикинув расстояние до зарядов, ответил:
— Положительно, командир. Надеюсь, дом нас впустит без машины.
— В смысле? — удивился Вольт.
— Долго рассказывать, — отмахнулся я. — Ну что, выдвигаемся?
Сварог встал со стула, и наша группа пошла уже знакомым нам с командиром маршрутом. Когда впереди показались знакомые ворота, на город уже опустились сумерки. Ворота, естественно, оказались закрыты, и я, найдя кнопку домофона, произнёс:
— Мария, это Дмитрий и Костя. С нами ещё… — я оглянулся на Фому и хмыкнул, — люди.
Умный дом ничего не ответил, но ворота тем не менее открылись. Не глядя на удивлённое лицо Вольта, мы прошли через двор и зашли в холл. Двери за нами закрылись, металлические ставни на окнах начали опускаться.
— Несмотря на то что вы сделали в Институте, — начал нам выговаривать женский голос, — у меня есть чёткая инструкция от хозяина. Поэтому повторно предлагаю: если голодны, вам в левое крыло холла.
— Я не откажусь, — Вольт посмотрел на нас. — Смотрю, вы здесь уже свои. Ведите. А то так жрать хочется, аж переночевать негде.
Мы ввалились на кухню, где прежде готовили повара хозяев. Там же стоял стол для прислуги, за которым мы и расположились.
— Я за повара побуду. Люблю я это дело, — прошелестел у меня в голове Романыч.
Судя по интонации, он улыбнулся. Слава Богу, капюшон он не снимал, и его улыбку вурдалака никто не увидел. Я передал его слова, а сам, заметив кожаный диванчик, со словами:
— Хорошо жили. Буржуи, — расположился на нём и стал сортировать бумаги, прихваченные из НИИ.
Листы были пронумерованы. Сначала я разложил их по порядку, а затем начал бегло просматривать текст. То, что прочитал ещё в лаборатории, отложил в сторону. Следующие десять страниц содержали описание окон для выхода, ещё десять — описание кровавого ритуала. Их я сложил в дипломат. Далее шли три листа с чертежами проходов, которые отправились туда же.
Наконец я добрался до описания и характеристик зарядов. Задержал взгляд на первом рисунке. Это было нечто чёрного цвета, состоящее из квадратов. Указанные размеры убедили меня, что мы с лёгкостью заберём их в свой мир. Высота — десять сантиметров, длина — полметра, ширина — сорок сантиметров. Вес — десять килограммов.
Как такая небольшая штука могла заставить исчезнуть все биологические виды, было мне абсолютно непонятно, но факт оставался фактом. Далее на пятнадцати страницах шли какие-то формулы и расчёты с той самой теорией Бельзеймера. И снова аккуратный почерк Баха зацепил мой взгляд.
«Имели ли мы право на такое деяние и обман Императора? Я склоняюсь к мнению большинства учёных, задействованных в проекте, что да. Это же был неслыханный прорыв. А тот, кто первым открыл врата, был нелюдем, убившим и изнасиловавшим тридцать детей. Почему он открыл дверь в чистый мир? Мне это непонятно. Это был самый трудный случай, ведь пришлось сделать так, чтобы он мучился. Чтобы его ментальная боль не прекращалась ни на минуту. Это было… кроваво.
Второй убийца был нами распят ради науки уже легче. Император, не вдаваясь в подробности, подписывал нам прошения на задействование преступников в экспериментах, не зная, как они нам помогают.