Страница 48 из 75
Гоб доел свою порцию поросёнка, поковырялся когтем меж зубов, затем запил еду водой из графина и прокашлялся, проведя рукой по своей лохматой причёске. Блеснул взглядом и направился к троллихе, уставившейся в книгу.
Гоб подошёл достал кинжал, поигрывая им в руке, на что Брумгильда покосилась, а затем вновь перевела взгляд на страницы чтива.
— Такой красотке грех уж отказать
Ты мне понравилась в самом начале
Раз ты настаиваешь, можем возлежать
Да хоть на этом одеяле, — зеленомордый показал в сторону сброшенного с дивана тонкого пледа. Затем медленно вытянул клинок и попытался поднять край её платья, посматривая с вожделением на голое колено троллихи.
Но глаза Брумгильды злобно сверкнули, она прошипела сквозь зубы:
— Слова любви — есть нежный свет. Это прекрасно.
Но злобным гоблинам такое недоступно.
В болото сгинь!
Гоб охнул, а затем под ним разверзлась болотная лужа, в которую он очень оперативно погрузился с головой.
— Бульк! — отозвалась лужица и растворилась.
— Неплохо ты его отшила, но он совсем не злобный, — заметил я. — Гоб просто хочет пообщаться и наладить контакт.
Брумгильда категорично взглянула на меня, затем в формате хокку объяснила, что Гоб и ему подобные для неё враги. Ведь всю её родню уничтожили как раз гоблины.
— Но ведь Гоб не из твоего мира. Ты это тоже учитывай, — подчеркнул я, на что троллиха тяжело вздохнула. — Он хороший парень, хоть и слишком бесцеремонный. Дай ему шанс исправиться.
Брумгильда коротко кивнула, пусть и неуверенно, но давая согласие, затем вновь уставилась в книгу. Под столом в этот момент колыхнулась тень, из неё не спеша вышел Гоб.
Он отряхнулся, сбрасывая с себя болотную тину, демонстративно прошёл мимо троллихи, напряжённо посматривая в её сторону. Затем зелёный сел в позе лотоса рядом с моим креслом и достал точильный камень, начиная полировать лезвие кинжала.
— Но если ты обычный гоблин
Тебе не светит никогда
Такая грудь, такая жопа
Такая тёлка как она.. — начал он тихонько напевать себе под нос, косясь в сторону Брумгильды. И троллиха в ответ опасно блеснула взглядом в его сторону, заставив его петь потише.
Я не выдержал, громко прыснул со смеху. Забавные они. В этот момент постучали в дверь. И громко. Это Никифорыч что-то от меня хочет.
— Быстро скрылись, — прошептал я, и мои помощники удалились в свои убежища.
Я открыл дверь, встречаясь взглядом с возмущённым Никифорычем.
— Катька прислала убраться, — вошёл он внутрь. — И де там у тя стену рушить?
Взгляд его заблуждал по кабинету.
— Вот эту, — коснулся я стены с отпечатком Гоб. — Что-то ты опять не в настроении.
— Тамарка твоя опять выделывается, — пробурчал старик.
— Эй, почему это она моя. Я всего лишь свёл вас вместе, — подчеркнул я. — Теперь ты сам, старый. Или порох уже не тот в пороховницах?
— И порох есть в пороховницах, и шары в шароварах, — пробурчал Никифорыч. — Просто подметил, что её духи слишком резкие. У меня аллергия на них, вон чё. Чихать начинаю.
— Так купи ей другие, подари, — предложил я. — Что ты как маленький?
— Сам знаю, что делать, — заблестел взглядом старик. — И сам ты сопля, ишшо учить меня будешь, ага!.. Да я поболя тебя девок потаскал! — он сгрузил блюда на тележку и покатил к выходу, бурча под нос: — Купить духи.. ишь чего взял.. конечно, куплю..
После того, как старый скрылся в коридоре, мой телефон прозвенел. Сергеич.
— Да, слушаю, — ответил я ему.
— Владимир, всё получилось быстрее, чем мы думали, — радостно ответил рекрутёр. — Воронежские пришли толпой, с повинной. Мы их кое-как разместили в бараках. Но и это ещё не всё.
— Так, видимо принесли общак, — не сдержал я улыбки.
Всё настолько выходило складно, будто по нотам. И это не могло не радовать. Я думал, что воронежские ещё немного будут сопротивляться, спорить. Поэтому и прикинул, что через сутки примерно они поймут, что их положение безнадёжное.
Но они отреагировали сразу же, как только узнали, что Хазаров помер. Да ещё и общак прихватили. Как же этому не радоваться?
— И сколько в общаке? — поинтересовался я.
— Ты не поверишь! Шестьдесят лямов! Шестьдесят! — воскликнул Сергеич.
Я опешил от такой цифры. Да, не ожидал, что Хазаров накопит столько деньжат. Да ещё и не откусит от него приличную часть. Видно так спешил свалить, что не успел добраться до своего сокровища.
Ну тем лучше. Нам больше досталось.
— Запасливый ублюдок оказался, — произнёс я.
— Что с деньгами будем делать? Раздавать не советую, разленятся, потом на шею сядут. Затем опять начнут ларьки обносить и прочее, — подчеркнул рекрутёр.
— Найдём применение, — пообещал я. У меня точно много задач, и я уж знаю, куда вложить деньги.
— Но это ещё не всё. Твоего Дорохова опять наградили, теперь он секретный агент высшего звена, — сообщил Сергеич. — Даже император его медалькой наградил. И жалованье раза в три повысили. Это нам Пузырь передал, он прослушивает их волну.
— Отлично. Значит всё по плану, — оскалился я.
— Ты что задумал, Володя? — настороженно спросил Сергеич.
— Ничего противозаконного. Никто не умрёт, не пострадает, — пообещал я.
— Смотри, а то ну его к чёрту такие сюрпризы, — напряжённо выдавил рекрутёр. — Это не бандиты. С тайной полицией не шутят.
— Ясен красен, всё в рамках правил морали и этических норм, — ответил я.
На этом Сергеич отключился и я задумался.
Куда мне девать такую ораву? Ну тысяча бойцов уже легально работает, и между прочим неплохо зарабатывает. Охрана клуба, логистическая компания, обслуживание транспорта, мастерские, бойцы Шишакова на довольствии и премиях. Ещё пятьсот я пристрою на рудник, а может и тысячу. На восстановление шахты и её охрану нужно много народа. Уверен, Анисим их быстро построит как надо.
Но куда девать ещё примерно восемь тысяч народа. Нужно крепко подумать.
И вновь зазвонил телефон, отвлекая меня от мыслей. На этот раз протяжной мелодией, которую я поставил на контакт Катерины. Странно, она ведь может подойти. Видно, что-то случилось.
— Да, Катюш, что такое? — ответил я на звонок.
— У ресепшена глава города, Владимир Константинович, — официальным, но очень волнующимся голосом ответила Катя. — И с ним много охраны. Просит вас спуститься на важную беседу.
— Передай ему, что сейчас буду, — выпалил я, и отправился в гардероб. Нашёл деловой тёмно-серый костюм, как раз для переговоров. Но без галстука, терпеть не могу эти удавки.