Иномирье

— Если это административный маршрут, он должен вести прямо в сердце комплекса, минуя внешние кордоны, — Валевский оживился, его шаг стал чуть тверже. Надежда вернуться в свой мир к семье гнала его вперед не хуже любого стимулятора.

Время шло, погони не было, теперь мы двигались по прямой, не опасаясь нарваться на ловушки. Метров через триста коридор начал расширяться, а пульсация света в кабелях стала интенсивнее.

Впереди показались широкие двустворчатые двери из матового прозрачного материала. За ними угадывалось колоссальное помещение, залитое ярким светом, в центре которого медленно вращалась исполинская голографическая структура.

— Терминал, — выдохнул Макс, ускоряя шаг.

Матовые створки разъехались в стороны с тихим шипением уцелевшей пневматики, стоило мне лишь поднести к ним левую руку.

Мы шагнули внутрь, и у меня перехватило дыхание. Даже Максимиллиан, бывший бог в своем мире, замер на пороге, пораженно распахнув ввалившиеся глаза.

Зал был колоссален. Он напоминал исполинский планетарий, высеченный в черном стекле и металле. Но вместо звезд здесь вращалась Карта. Терминал Первых не был плоским экраном или банковским терминалом как в нашем мире — это была объемная, фрактальная сеть из миллиардов сияющих точек, висящая прямо в воздухе. Нити энергий сплетались в гроздья галактик, распадались на слои измерений и пульсировали всеми оттенками спектра.

Свет шел именно от этой голографической карты, а не от ламп, как я подумал ранее.

Некоторые сегменты этой сети сияли ослепительно ярко, другие были окутаны багровой дымкой, а целые «ветви» этого древа миров чернели безжизненным пеплом — следы Великого Раскола, о котором упоминал Валевский.

— Невероятно… — прошептал Макс. Он отпустил мое плечо, на которое облокотился вновь как мы вошли в зал, и, прихрамывая, как завороженный, подошел к центральному управляющему пульту — массивному усеченному конусу из того же черного металла, стоящему прямо под центром голограммы. — Архитектура Мультивселенной. Прямо перед нами.

— Это…это жутко великолепно — я обошел голограмму по кругу, но не увидел панели управления. Тут были только стены и голограмма. На ее прозрачной, овальной поверхности не было ни кнопок, ни рычагов — однако, поднеся перчатку к визуалу, камень засветился синим. — Что мне делать?

— Перчатка. Активируй кристалл, — голос Макса дрожал от напряжения. — У меня нет системных прав. У тебя, благодаря Длани — есть. Как только ты дашь питание и доступ, я смогу взаимодействовать с проекцией.

Я положил левую руку на панель. Кристалл на тыльной стороне ладони снова выехал вперед и засветился еще ярче. Лучи потянулись из камня, казалось, ко всем планетам мультивселенной.

По руке пробежала легкая вибрация. Воздух в зале загудел.

Системное уведомление: Подключение к Терминалу Навигации Первых. Уровень доступа: Администратор. Синхронизация с интерфейсом пользователя… Завершено.

Голограмма Мультивселенной вспыхнула ярче, сжалась, а затем раскрылась веером прозрачных системных окон, зависших над консолью. Текст в них состоял из незнакомых рун, моего интеллекта не хватало чтобы понимать суть.

— Работает! — Макс оперся руками о край консоли. Его исхудалые пальцы погрузились прямо в голографические окна, и руны начали стремительно меняться. Ученый внутри него полностью подавил физическую немощь. — Так, смотрим… Иномирье — это изолированный карман. Карантинная зона. Чтобы найти Землю, мне нужно отмотать метрику назад, до Раскола. Назови любые константы своего мира!

— Третья планета от солнца, — начал вспоминать я школьный курс астрономии, пока Макс судорожно смахивал целые пласты измерений. — Один спутник. Континент Евразия, Уральские горы… Город Челябинск. Год… две тысячи девятнадцатый!

— Технологический мир. Магия отсутствует, жесткие физические законы, — бормотал Макс, и его руки порхали над консолью, вычленяя нужные сектора. Голограмма Мультивселенной над нами завертелась с бешеной скоростью. — Ищу Изначальную Землю… Кластер Альфа-ноль.

Огромный сияющий ком вселенных расступился, и в центре зала повисла проекция крошечной, тусклой синей точки, опутанной густой сетью блокирующих алгоритмов.

— Вот она! — торжествующе выдохнул Валевский. — Изначальный мир. Координаты заблокированы для физического перемещения обычными методами, но твой навык игнорирует системные запреты. Качаю!

В этот момент перед моими глазами всплыло долгожданное окно:

Внимание! Получен пакет пространственных координат. Точка назначения: Изначальная Земля (Кластер Альфа-0, Сектор Евразия). Навык «Портал в иное измерение» готов к использованию.

Сердце пропустило удар. Всё. Билет домой лежал у меня в кармане. Челябинск, диван, горячий чай и никаких больше тварей с пилами. Я собирался активировать навык прямо сейчас, однако..

Макс не отступал от пульта. Оставив координаты Земли загружаться в мой интерфейс, он с лихорадочным блеском в глазах начал вводить новые переменные.

— Макс? Что ты ищешь? — я напрягся, не убирая руку с проекции.

— Мой дом… — прохрипел он, глотая слезы. — Артём, ты обещал. У меня там жены, дети… Они думают, что я мертв. Магический мир, пантеон Кималя Соренто… Давай, давай же, ну!

Голограмма снова дернулась. На этот раз из тьмы выплыла двойная звездная система с изумрудной планетой.

Макс издал звук, похожий на всхлип, и обессиленно осел на пол, привалившись спиной к консоли.

— Нашел… Сохрани их, Артём. Умоляю. Сохрани координаты в свой интерфейс. У меня его нет, я не смогу их удержать в памяти.

Я кивнул и мысленно подтвердил прием второго пакета данных.

Точка назначения добавлена: Мир Соренто (Кластер Гамма-7).

— Готово, Макс. Они у меня, — я отнял левую руку от пульта. Кристалл Длани втянулся обратно в перчатку. Голограмма Мультивселенной медленно погасла, оставив зал в ровном голубоватом освещении мирриадов планет. — Я могу открыть портал.

Я посмотрел на худую, изломанную фигуру бывшего бога, сидящего на полу древнего бункера.

— Значит, план такой, — твердо сказал я. — Сначала я открываю портал в твой мир. Ты уходишь домой, к семье. А следом я открываю второй, на Землю, и ухожу сам. Согласен?

Валевский поднял на меня блестящие от слез глаза и слабо, но совершенно искренне улыбнулся. — Я у тебя в неоплатном долгу, Артём. Открывай.