Страница 35 из 74
— Да это у вас полиция не может такое позволить, — воскликнул я, улыбаясь во все тридцать два зуба. — У нас всё с этим в порядке. И зарплаты на неплохом уровне. Да говорю же, угощаю. Что застыли?
— А давай! — махнул рукой капитан, вытягивая сигарету и принюхавшись. — Вот это настоящий табак, я понимаю.
— Я тоже тогда.. попробую, — повторил его движение Роман, но более робко.
Мы закурили, а я старался не запускать ядовитый дым в лёгкие, но притом и выдыхать естественно.
— Тимофей, — протянул руку мне капитан, и мы обменялись крепкими рукопожатиями.
— Роман, — улыбнулся лейтенант, пожимая мне руку.
— И скока отслюнявливают в месяц тюменцам, раз такие богатые? — спросил пухлый Тимофей и выдул из носа две струйки сизого дыма.
— Достаточно. Квартальные премии, надбавки за раскрываемость. На хлебушек с икоркой хватает, — хмыкнул я, чуть не закашлявшись от дыма. — Я тут по очень важному делу. Говорят, к вам зелёного уродца привезли. Так вот, я поэтому и приехал. В усиление. И проверить, что да как. Это такая опасная скотина, что надо его вообще заковать в цепи и в подвале держать.
— Да весь отдел об этом зелёном карлике трындит, — хохотнул капитан. — Он в левом крыле. Говорят, даже стихами шпарит похлеще Ветковского.
— Есть такое дело. Только между нами, — я тихо наклонился к ним. — И никому, хорошо? Борщов в курсе, и я.
— Что-то секретное? — покосился на меня капитан, так же прошептав в ответ.
— Говорят, что сегодня на участок нападёт очень крутой чел, — продолжил я. — Попытается вытащить зелёного засранца.
— Да ну, бред какой-то, — засмеялся Роман. — Тимофей Игоревич, ну скажи. Особенно в левом крыле такая защита, что никто не проберётся. Там барьер любого постороннего в капусту изрубит.
— Да в задницу пусть ваше начальство барьер засунет, — заскрипел я зубами и округлил глаза. — Это всё такая хрень, на самом деле. Я слышал, что у того, кто нападёт есть очень серьёзный артефакт. Поэтому меня и прислали. Всё ясно вам?
Мои собеседники сразу же побледнели.
— Подожжи. Я что-то не догоняю, — растерянно взглянул на меня Тимофей. — А почему об этом знают в Тюмени, что творится в Москве. А в самой Москве нихрена не знают об этом? Как-то всё неправильно.
— Да Тимофей Игоревич, наше начальство просто зажралось. И обленилось. Уже кто только не говорит, — выдавил Роман. — А можно ещё сигаретку стрельнуть?
— Да, бери, конечно, — протянул я ему пачку.
— Тогда две возьму? — робко спросил Роман.
— Да хоть три, — улыбнулся я ему.
— Тогда три, ага.. спасибо, Саня, — счастливо улыбнулся лейтенант.
— Давай ещё закурим, что ли, — предложил Тимофей.
— Да конечно, — легко согласился я. — И сразу отвечу на твой вопрос, Тимофей. Очень умный вопрос. Вы ребята нормальные, точно сработаемся. Поэтому только вам я и могу сказать. В общем, все секретные дела сначала стекаются в тюменский филиал. Мало кто знает, но это так. Ещё раз — это, если что, не для лишних ушей.
— Да понятно, Саня. Ну чо ты.. — вытаращился на меня Тимофей. — Мы все подписывали о неразглашении и прочую лабудень.
— А почему в Тюмень сначала? — удивлённо уставился на меня Роман. — Ну.. ты говорил, что информация сначала в Тюмени появляется..
— А вот этого, друзья, я вам сказать не могу, — вздохнул я, напустив в свой взгляд загадочности. — Потому что и сам не знаю. Есть пара версий, но о них я расскажу чуть позже.
Далее в процессе разговора я ненавязчиво узнал, где в левом крыле включается пожарная сигнализация, где хранятся сумки с деньгами. Потом понял, что и в правом крыле есть камеры, которые переполнены заключёнными. Затем в какой именно камере держат Гоба. И следом Тимофей поведал, что это дело взял под личный контроль агент тайной полиции Дорохов, и никого к нему не подпускает.
Мы вышли из курилки. Я проводил взглядом усатого коренастого мужчину в штатском. Он прошёл через мерцающий барьер, вместе с двумя лаборантами. Они о чём-то спорили, но я не разобрал.
Мне лично было понятно, что скоро произойдёт. В руках один из людей в белом халате держал два пузырька с оранжевой мерцающей жидкостью.
Этот цвет и мерцание я узнаю из тысячи. Да и по отрицательному фону было всё понятно. Антимагия чистой воды. Гоба это убьёт, я уверен.
Взглянув на время, я понял, что через три минуты начнётся веселье. Вот только весело будет мне, а вот остальным — сомневаюсь.
— Вон же Дорохов пошёл, — махнул в сторону удаляющейся процессии Тимофей. — Так что всё под контролем.
— Ну да, но нападение произойдёт уже скоро, через пару минут, — я оценил обстановку, посмотрел на количество дверей. И понял, что меня могут и укатать толпой.
Пожирателя костей нет, я почти безоружен. Но не зря же я взял чудодейственный свисток. Его я использую, когда буду на месте. А пока следует сократить вероятность провала до минимума. Нужно создать суматоху.
— Как это через пару минут⁈ — воскликнул Тимофей. — Ты точно не шутишь⁈
— Мы не в цирке, Тимофей, — процедил я. — Так! Бегите, предупредите всех, а я к щиту с пожарной сигнализацией. Тот, кто хочет освободить тварь, наверное, уже там.
Эта парочка выскочила из коридора, а я зашёл в одну из дверей, разбил локтём стеклянное оконце и нажал на красную кнопку.
Под потолком вспыхнули красные фонари, затем закапала вода, потом полилась струйками. Через пару секунд она начала хлестать в разные стороны.
Я вышел в коридор, встречая более десяти полицейских. Они высыпали из боковых кабинетиков, застёгивая по пути пояса с кобурой и накидывая форменные куртки. Сверху лила вода, мигали красные фонари, начала гудеть тревога.
— Да вы чего творите⁈ — заорал я, встречая толпу стражей порядка. — Дебилы! Ловите заключённых! В правом крыле чёрте что творится!
Охрана понеслась к выходу, а я направился к барьеру, который мигнул и потух. А встретил сменщика и пропустил его в служебное помещение, а сам остался снаружи. Хотя смотрел он вглубь комнаты и что-то встревоженно говорил.
Я быстро прошёл мимо, сунув ему под нос удостоверение, закрывая фото и фамилию.
— Свои, — сухо процедил я.
— А ну назад! — рявкнул тот. Но я хлёстким ударом в подбородок вырубил его. А второму досталось с ноги. Он не успел вскочить и получил носком в висок. Упал следом за своим товарищем.
Я выскочил в коридор и под покровом быстро добрался до нужной камеры, уронил на пол с двух мощных ударов крупного надзирателя.