Поток

Она снова пристально посмотрела на старика, задаваясь вопросом, как много он знает - или что он мог прочитать по ее лицу. Он наблюдал за ней, ожидая какой-то реакции, его избитое лицо ничего не выражало.

Но какова была ее реакция? Чего она хотела сейчас?

Так много всего произошло с того первого сбоя - сбоя, который отнял у нее отца. Несколько раз она думала, что ее жизнь закончена - она никогда по-настоящему не верила, что вернется в мантию, с того момента, как поднялась на борт "Летающей свиньи" в гавани Парца. Теперь, как стало понятно, она была просто благодарна за то, что осталась жива; и этот простой факт никогда не покинет ее, наполнит радостью все оставшееся время.

И все же...

И все же пережитое изменило ее. То, что она увидела так много - путешествовала дальше, сделала гораздо больше, чем любой человек со времен самих колонистов, - сделало бы невозможным для нее вернуться к стесненному образу жизни городского жителя - и еще меньше как человеческое существо ее племени.

Она рассеянно скрестила руки на животе, вспоминая свой единственный момент страсти с Хорком - когда она позволила преодолеть свою сильную потребность в уединении, когда думала, что ее жизнь почти потеряна, глубоко в недрах мантии. Она нашла там краткую искру человеческого тепла; и Хорк, несомненно, был мудрее, чем она думала сначала. Но, тем не менее, она заглянула в душу Хорка в комнате ур-людей и отшатнулась от того, что обнаружила - от гнева, отчаяния, потребности найти что-то, за что стоит умереть.

Хорк не мог быть для нее компаньоном.

- Я изменилась, Адда, - сказала она. - Я...

- Нет. - Он печально качал головой, читая по ее лицу. - Не совсем. Ты была одинока до всего этого - до того, как мы прилетели сюда - и сейчас ты все еще одинока. Разве не так?

Она вздохнула. Немного резко она сказала: - Если мне суждено быть такой, то, возможно, я должна принять это. - Она повернулась; за облаком обломков Парца она могла видеть поля во внутренних районах: голые, начисто вычищенные от возделывания - и все же, в некотором смысле, обновленные. - Может быть, именно туда я и отправлюсь, - сказала она.

Он повернулся, чтобы посмотреть. - Что, и станешь фермером? Производить кукурузу для широких масс? Ты?

Она усмехнулась. - Нет. Нет, создам свое собственное место... маленький островок порядка во всей этой пустоте.

Адда презрительно фыркнул, но его рука сильнее сжала ее пальцы, нежно, тепло.

Крики волынщиков были яркими и резкими. Со всех концов облачного города люди махали в воздух, направляясь к Колесу в центре облака. Вглядевшись теперь в ту сторону, Дюра разглядела массивную фигуру Хорка - разноцветное пятнышко в мантии, его массивные руки покоились на огромном колесе. Ей показалось, что она уже слышит его голос, когда он произносит литанию - первую признанную литанию Колеса, список всех тех, о ком известно, что они погибли во время финального сбоя, были ли они из Парца, внутренних районов, восходящего потока, обшивки.

Это была литания, призванная примирить и исцелить.