В тумане дом

– Я немного отдохну и вернусь к вам.

– Давай сюда ключ. Он, по всей видимости, и от других комнат.

Демьян открыл дверь и протянул ключ. Потом вернулся за компьютер и написал:

demyan07:

Хорошо, я выполню это задание.

Он открыл ноутбук и замер перед пустой страничкой, в начале которой пульсировала черная вертикальная линия. С чего начать? Воспоминание. То, в чем он бы не хотел признаться даже самому себе. То, что ему хотелось забыть навсегда.

Буква за буквой побежали слова.

Моя мать, худощавая брюнетка, вечно сидела на диетах и даже во время роскошных ужинов позволяла себе лишь одну оливку (и то потому, что та подавалась с мартини). Я помню ее в тот день: безжизненно белое лицо, чуть припудренное румянами, и темно-вишневая помада как завершающий штрих.

– Ты собрал сумку к завтрашним сборам? Что тренер говорил взять с собой?

– Форму и теплую одежду. Вроде все.

– Тебе уже двенадцать, пора более серьезно относиться к своим обязанностям. Ты же сын депутата, в конце концов.

– После лагеря мы в Америку летим?

– Да, забыла тебе сказать: мы с тобой вдвоем туда едем. У отца срочная работа, он должен быть здесь.

Мне оставалось лишь кивнуть и продолжить собирать вещи. Рюкзак был забит, и я с трудом затянул на нем два кожаных ремешка. Потом, довольный, посмотрел в ее сторону. Мать подошла и вывалила из сумки содержимое. Достала список и стала проверять, все ли на месте. «Быстрее бы от них свалить», – завибрировала мысль налившейся синей веной на виске. Мне было известно, что и им хотелось от меня отделаться, сбагрить на недельку другую куда-нибудь.

Утром отец посадил меня в машину и повез в лагерь. Я с нетерпением ждал, когда же покажется очертание футбольного поля. Еще больше ждал встречи со своим другом Луисом. Необычное имя он получил, потому что его матери приспичило рожать в Испании. В итоге они всей семьей остались жить там, в маленьком городке у моря. В этой деревне, как нарек это место мой отец, мы и познакомились. Встреча произошла непогожим февральским днем. Мы с матерью сидели в крытом кафе и ели паэлью (отец остался в номере, сославшись на дурное самочувствие), и тут внезапно послышалась русская речь.

После двух бокалов сухого вина, что выпили наши матери, стало известно: они, как и мы, из Питера, тоже богаты и тоже любят путешествовать. Так и случилась наша дружба. Меня вскоре записали в футбольный испанский клуб – туда же, где играл Луис. Летом он обычно гостил у родственников в Питере. Те в очередной раз отправили его в футбольный лагерь, куда ехал и я.

– После обеда пойдем на речку купаться? – сказал мой друг, когда мы шли к столовой.

– Пойдем. Правда, если поймают, нам влетит.

– Не поймают. Ты что, впервые в лагере, что ли?

– Да.

– Тут надо знать расписание, я в прошлом году тоже сюда приезжал. Мы с ребятами каждый день купаться гоняли.

– Тогда после обеда рванем!

В столовой подавали пюре, зеленый горошек и безвкусные котлеты неприглядного серого цвета. Напитки предлагались на выбор: компот с бордовым осадком, черный чай в желтом эмалированном чайнике или бутылка с водой.

– Сколько, интересно, наши родители отвалили, чтобы мы питались этой дрянью? – Мой друг размазывал еду по тарелке.

– Пюре еще ничего, а вот котлета – полный отстой.

– Так! Что не едим? – послышался голос тренера. – Вам необходимо сбалансированное питание. Чтобы через пять минут тарелки были пустые!

– Попадос, он следит за каждым нашим шагом…

– Ничего, он сейчас должен пойти к себе в тренерскую смотреть матч Спартак – ЦСКА, так что действовать надо будет быстро.

Дождавшись удобного момента, мы проскочили в проем между забором и побежали в сторону речки.

Сердце колотилось, а ноги сами бежали по скользкой лесной тропинке.

– Подожди! Дай отдышаться.

Показалась речка. Я остановился и оглянулся. Луис посмотрел на меня и сказал:

– Ты чего?

– У меня какое-то плохое предчувствие. Поймают еще, родителям доложат, вот скандал будет.

– Не знал, что ты трус. Посмотри на противоположный берег. Видишь? Там флаг наших соперников висит на дереве. Они уже переплыли речку, теперь нам надо туда свой повесить! – Луис вынул из рюкзака флаг и повязал его вокруг талии.

– Не трус я! Ты собираешься туда плыть? – Будто невидимая стена образовалась тогда и мешала мне сделать шаг вперед. Я остался на берегу, а Луис отважно зашагал в воду.

Я видел, как он доплыл до противоположного берега и повесил мокрый флаг на ветки. Показал мне оттуда «фак» и поплыл обратно. Я на секунду отвлекся, а когда повернулся, увидел лишь гладь реки. Ноги стали ватными, и я почувствовал, что все плывет перед глазами.

Не помню, как дошел до лагеря.

Когда вернулся, тренер как раз вышел из своего домика и сказал:

– Всем собраться на площадке, у нас внеплановая игра! Сейчас покажем нашим соперникам, кто мы такие!

Я побежал переодеваться в форму, а сам думал о друге. Наверное, он пошутил, а сам поднырнул в это время под причал. Почему же он до сих пор не вернулся? Прошло пятнадцать минут, и все участники собрались на футбольном поле, не хватало только одного человека.

– Почему ворота пустые? Кто у нас вратарь?

– Луис! – воскликнул стоявший рядом белобрысый толстяк.

– И где он?

Молчание. Тренер продолжил:

– Того, кто собирается его покрывать, немедленно отправлю домой! Рассказывайте, где его видели?

– На обеде он был, – послышался голос недалеко от меня.

– Та-а-ак, – протянул тренер и остановился рядом со мной.

Мы все знали: когда тренер злился, он сажал провинившегося вместо себя на трибуну и давал свисток. Ужасный слюнявый свисток. И заставлял дуть в него, когда кто-то нарушал правила. Меня тогда передернуло от одной этой мысли. Вдруг именно меня заставят это делать, если я не сознаюсь?

Тренер рявкнул:

– А потом?

– Он на речку пошел, – не выдержал белобрысый.

Луиса искали несколько дней. Лишь на утро третьего дня прошел слух, что водолазы нашли тело.

Когда мы ложились спать, толстяк, который сдал Луиса, заговорил со мной:

– Предатель! Ты его бросил! Знаешь, какие легенды ходят в этом лагере о таких, как ты?

– Я думал, он шутит.

– Предатель!

Я молчал, он же продолжил: