Страница 6 из 62
Глава 2
Маргарита
Огромными глазами смотрю на того, кто меня чуть не убил, придавив своим огромным
телом, и не верю своим глазам.
Я бы поняла, если бы это был кто-то из гномов, но ОН!
Как? Как он меня нашел?
Ладно у меня дома! По прописке! Но в чужом доме!
Как? Зачем? Почему?!
Почему он со мной в одной кровати?
Зачем вообще это? Он что, решил ко мне приставать?
Маньяк! Нашел! Лег со мной в одну кровать! И ясно зачем.
Поджимаю ножку к себе и, собрав всю силу, резко бью негодяя куда-то в живот, спихивая
с кровати. Подтягиваю одеяло к носу и, затаившись, жду.
А, собственно, чего жду?
Надо на помощь звать! Спасаться как-то от маньяка!
— Ай! — стонет он, поднимаясь на ноги в одном лишь нижнем белье.
Ладно лег со мной в одну кровать! Но зачем разделся? Он что, хотел меня… ну того
самого?!
Больной урод какой-то!
Точно маньяк! Больше нет сомнений!
Разве есть этому всему другое объяснение?
— Ты хотя бы мяска на ногах нарасти, а потом бей! — ворчит он. — Костями своими меня
калечишь! Не стыдно?
— Я нормальная! — рычу в его сторону и принимаюсь за свою безопасность. — Помогите!
Пожар! Насилуют! Помогите! Вор! — ору гномам в надежде, что они примчатся и спустят
этого ненормального с лестницы. А еще лучше заявление на него напишут!
— Ты чего орешь? — сморщившись, уточняет маньяк больничный.
— Помогите! — продолжаю звать на помощь. — Кто-нибудь! Умираю!
— Мало того, что избила, так еще и глухим меня сделать хочет, — недовольно говорит он
и идет к шкафу с моей одеждой.
Фетишист какой-то!
Стащить решил что-то на прощание!
Дурка по нему плачет!
— Не трогай мои вещи, ненормальный! — ору в его сторону.
— Где?! — Ворчун и Весельчак врываются в мою комнату, а следом за ними и другие
гномы. — Что случилось?
— Держите его! — пальцем указываю на Лапина. — Он маньяк! Держите этого маньяка!
— Маньяк? Где маньяк? — Ворчун хватает горшок с растением на тумбочке рядом и… и
смотрит сквозь маньяка.
Я что, одна его вижу?
Галлюцинации?
Больно щипаю себя за руку, а Лапин не пропадает. Но тогда почему гномы его не видят?
— Да вон же он! — вновь пальцем тычу. — Стоит у шкафа! Вы что, не видите его?!
— Она про меня, — помахав им рукой, помогает мне ненормальный самоубийца. А как иначе
его назвать?
Взгляды гномов наконец находят моего ненормального знакомого из больницы, но вместо
того, чтобы что-то сделать, они, наоборот, расслабляются.
— Вы? Почему вы маньяк? — спрашивает Умник, а я начинаю сомневаться, что его роль ему
подходит.
Как он может быть Умником, когда такие вопросы задает? Почему человек стал маньяком?
Он решил психологом стать и сейчас поможет Лапину вылечиться от своего недуга?
М-да уж!
— Она так хотела, — пожимает плечами Лапин и, открыв шкаф, достает мужские спортивные
брюки и футболку, которые были в шкафу до того, как я заехала в эту комнату.
— Ну что вы, босс! — восклицает Ворчун.
Босс…
Он сказал на Лапина — босс?
Округлив глаза, смотрю на гномов, на босса и… Нет! Нет! Нет! Такого быть не может!
— Босс? — повторяю я.
— Да, Рит, познакомься, это наш босс — Андрей Николаевич Лапин! Андрей Николаевич,
это ваша новая помощница — Белоснежка! Скажите, ведь похожа?
Нет! Этого не может быть!
Кто угодно, но он…
— Похожа, — хмыкает мой босс, натягивая футболку. — Правда, Белоснежка была милой,
доброй девочкой, а эта…
— Вы знакомы, босс? — подает голос Весельчак.
— Если мы оба лежали в одной больнице и на одном этаже — логично, что знакомы, —
хмыкает Лапин,
— Ну да.
— Так что с тобой случилось, Белоснежка, что ты в монстра превратилась? — обращается
ко мне этот негодяй как ни в чем не бывало. — Как докатилась до этого?
— Сам ты монстр! — выкрикиваю и, вскочив, подлетаю к нему. — Хам! Негодяй! Увалень!
Ненормальный! Маньяк! И…
— И твой новый босс, — заканчивает он за меня, растянув губы в дьявольской улыбке. —
Так и быть, сделаю из маленького чудовища настоящую Белоснежку! Люблю такие сложные
задачки на досуге.
Что?!
Да я его!..
Да я ему!..
У-у-у, злит меня!
Сейчас и правда монстром стану!
— Нет! — выкрикиваю, размахивая пальцем перед его лицом и сверля взглядом. — Я не
буду работать на тебя! Даже не надейся! Даже пальцем ради тебя не пошевелю!
— Рит, но мы же договорились и… — начинает Умник.
— Я отказываюсь! Я не буду на него работать! — восклицаю, глядя на этого наглеца,
который смотрит на меня, как на кусок вкусного пирога.
— О нет! — кровожадно тянет Лапин. — Будешь! Насколько я помню, тебя уже оформили…
— Я… Я увольняюсь! — выкрикиваю.
— Тогда две недели отработки, Маргарита Леопольдовна, — расплывается этот неотесанный
мужлан в улыбке. И имя-отчество мое откуда-то знает. — Две недели вы в моей власти!
В моей, и только! — ликует он от своей победы и ловушки, в которую меня загнал.
Это все ловушка! Определенно ловушка!
Не может же это быть случайностью! И имя знает, и договор заранее подписали…
— Нет!
— О да… — кивает Лапин с той же улыбкой. — И, дорогуша, вы ответите за всё, что
сделали мне за последнюю неделю…
Пусть даже не мечтает!
Это он ответит за всё, что сделал! За каждый мой погибший по его вине нерв!
— Мы ещё посмотрим, кто кого, — рычу на него.
— Посмотрим, Белоснежка…
— Сам же меня и уволишь! — хмыкаю самоуверенно.
— Не сам, а сами, Белоснежка, — поправляет он меня, состроив важный вид. —
Субординация.
— Да какая, к черту, су…
— Тише-тише, — успокаивал меня Простачок, подойдя и коснувшись моего плеча. — Рит,
успокойся!
— Субординация, — повторяет ужасный принц из моей сказки. — Это относится к работе, а
также к личной жизни. Почему ты вообще в моей комнате?
— Босс, мы же вам говорили! — опережает меня с ответом Умник. — Что Белоснежке жить
негде. Мы ее у себя поселим. Вы добро дали… А куда мы ее поселим, если не сюда? Ну
логично же…
— Ага, — хмыкает Лапин и вновь обращается ко мне: — Ладно, Белоснежка. Можешь
остаться в этой комнате. А сейчас сделай мне кофе. И побыстрее!
— Да что…
— Тише-тише! — молит меня Простачок. — Сделай кофе, и все! Пожалуйста! Давай без