Страница 22 из 62
про женские-мужские отношения. Потому что сейчас я себя чувствую словно в какой-то
Санта-Барбаре.
— Ага, — кивает Скромник. — Но Андрей Николаевич очень любит Илю до сих пор. Считает
своей дочерью по сей день. Когда Олеся от него ушла, ему было сложно. И не только
потому, что развод и прочее, а потому, что девочку забрали тоже… Он привязался к
ней. Олеся с мужем даже не решились говорить девочке, что Андрей ей больше никто.
— Хм-м… интересно.
— Пойдем, я тебе покажу архив, — предлагает Скромник, весело и как-то странно
улыбнувшись. — И ты не переживай. Босс тебя вернет. Он обычно злится день, а на
следующий день все норм. Правда, с тобой будет все иначе… Он на сколько сказал тебя
в ссылку?
То есть он продолжает общение с дочерью своей бывшей, осыпает ее подарками, любовью.
Он такой добрый и любвеобильный или просто странный?
— Пару дней… — шепчу, пытаясь все же понять Андрея.
Но эта пара дней ссылки превращается в неделю. Целую неделю я работаю в архиве,
составляя графики и отчеты, как учил Умник. Нос в приемную не показываю. Лапина не
вижу.
И это слегка успокаивает. Уже на третий день я перестаю о нем думать двадцать четыре
на семь. Всего-то двадцать три на семь. Шучу. Думаю я о Лапине часто, но научилась
загружать себя работой. В архиве, дома у гномов. Чтобы уснуть и не думать о том, за
что я заслужила такую кару — пытаюсь за день замучить себя до такой степени, что
стоит голове коснуться подушки, и я засыпаю.
Но… я все чаще себя ловлю на том, что скучаю по Лапину Без стычек с ним стало безумно
скучно. По дороге на работу или домой я представляю, как высказываю ему все, а он
мне отвечает. И лишь это позволяет мне не сдаться. Не ворваться к нему в кабинет и
не послать на несколько веселых букв.
Но все меняется в тот момент, когда гномы все одновременно сваливаются с отравлением.
— Ребят, продукты свежие были! Я все правильно готовила! Как обычно, — оправдываюсь
перед ребятами, что лежат в гостиной. Некоторые даже на полу себе постелили. — Да и
я с вами ела! Все в порядке со мной же…
— Рит, не ты виновата. Мы же вчера задержались. Вернулись. Ты уже спала. А мы по
дороге по шаурме навернули, — признается Умник со слегка виноватым видом. — А потом
твоей едой заполировали все, и… А я говорил парням, что у соуса странный вкус!
— От шаурмы? — переспрашиваю, не зная, радоваться мне, что не я виновата, или
ругаться на них за то, что едят непонятно где.
— Прости за измену твоей кухне! — стонет Ворчун, вскочив, и летит в туалет.
— Так, я таблетки сейчас какие-то в аптеке куплю быстро и вернусь, — решительно
заявляю им. — У вас же ничего нет! Йод и бинт! Вы что, не болеете?!
— Да как-то… — пожимает плечами Скромник. — Не болеем обычно…
Дверь нашего дома открывается, и внутрь поспешным шагом входит Андрей Николаевич. В
руках у него пакет из аптеки, и он явно в курсе происходящего.
На мгновение замираю при виде него. Такой красивый, заботливый и сильный… Стоп! О чем
я думаю?!
— Больничный не получите! Два дня вам на то, чтобы восстановиться. И на работу! —
командным тоном заявляет он и отдает пакет с лекарствами мне. — Там сорбенты и
прочее. Намешай им коктейльчики! — отдает приказ мне, но на секунду замирает. — Ты
же сама в порядке? Скромник сказал, что ты не отравилась с ними… Не отравилась же?
— Я в порядке! — отзываюсь и заглядываю в пакет, оценивая содержимое. Пусть я учусь
на ветеринара, но в лекарствах кое-что понимаю. — Сейчас сделаю все, — отвечаю ему и
с пакетом иду на кухню.
Изучаю лекарства, дозировки, раскладываю всем по стаканчикам и с “коктейльчиками”
возвращаюсь в гостиную к гномам и боссу.
— Ребят, вы же знаете, что у меня важные переговоры! — слышу, как ругается Лапин на
помощников. — И так меня подвели! Далась вам эта шаурма?
— Простите, босс! — в один голос извиняются.
— И как я без помощника на встрече буду? — продолжает сетовать Андрей Николаевич.
— Ну… вообще-то, Рита есть, — бурчит Ворчун. — Белоснежку с собой возьмите, босс. Она
смышленая! Поможет! В курс дел быстро войдет!
— Таблетки, — объявляю и вторгаюсь в их мужскую компанию.
По очереди отдаю всем стаканчики с лекарствами и стаканы с водой. Отдаю последний
Соне и ловлю на себе взгляд Лапина. Заметив, что его поймали, Андрей переводит
взгляд на свои манжеты. Поправляет их и старательно избегает того, чтобы вновь
посмотреть на меня.
— Чай, кофе? — сама привлекаю внимание босса.
— У тебя час, чтобы собраться, — объявляет он мне, достав телефон и даже не взглянув
на меня. — Мы летим в Питер на два дня.
— Что?
— В Питер мы летим, — недовольно повторяет, подняв на меня скучающий взгляд. — Ты со
мной, раз эти болеют.
— А…
— Без лишних слов, Рита! — грубо прерывает он меня. — Иди и собирай вещи. Я посмотрю,
как поменять билет Скромника на твое имя!
Хам!
Разве нельзя вежливо разговаривать? Зачем грубить?
Поднимаюсь в свою комнату и как можно скорее собираю свои вещи, сверившись с
прогнозом погоды в Питере. Беру только самое необходимое.
С небольшим чемоданом тащусь по лестнице вниз, но уже на половине пути мой грозный и
противный босс перехватывает мой чемодан и несет к машине.
После он возвращается переговорить с гномами, а я усаживаюсь в машину, выставляя для
себя четкие правила.
В этот раз я не позволю ему себя обмануть. Больше он не прикоснется ко мне. Ни за
что! Буду вести себя правильно, строго и без единого косяка.
Но уже сев в машину, я свое обещание нарушаю. Но совершенно случайно!
Кто вообще кидает пузырек с лекарствами на пассажирское сиденье? Я случайно на него
села. Ну и… раздавила. А три или четыре таблетки куда-то укатились.
Признаться боссу в этом я не могла. Чудом нашла пустой флакончик в бардачке его
машины и… и засыпала туда свои витамины для беременных.
Ну а что? У них хороший состав. Давно такие пью.
Лапин все равно ведь витамины пьет. Да и всего четыре таблетки. Баланс витаминов от
этого не пострадает.
Не признаваться же ему. Посмотрит на меня своим недовольным взглядом, покачает
головой. И я же не выдержу! Взорвусь и выскажу ему все, что думаю.