Страница 47 из 65
— Что с Максимом? — мой голос дрожит. — Он очнулся? Он всё вспомнил?
Она медлит. Всего секунда, но она кажется вечностью.
— Ага… — наконец выдыхает она.
— Почему ты сразу не сказала?! — я почти кричу, но тут же беру себя в руки. — Что
случилось? Почему тогда у тебя такая реакция?
Эстель опускает глаза, и в этот момент я понимаю всё плохо.
— Ему хуже, Лесь… — её голос звучит глухо. — Он частично вспомнил, но… в общем,
завтра утром ему должны провести операцию. Оказалось, что у него там что‑то с
мозгом… Будут оперировать.
Мир вокруг будто замирает. Чашка в моих руках дрожит, и чай проливается на скатерть,
но я даже не замечаю этого.
— Это из‑за меня? Из‑за аварии? — шепчу, чувствуя, как горло сжимается от страха.
— Нет, — она быстро поднимает голову, смотрит твёрдо. — Там болячка. Врач сыпал
умными словами, но авария спровоцировала её… Но ты не виновата! Она могла
активироваться и от другой травмы.
— Операция серьёзная? — мой голос звучит отстранённо, будто это не я спрашиваю.
— Ага… — она сглатывает. — Труднодоступное место. Есть риск… Но без неё шансы на
счастливую жизнь маловаты.
В груди что‑то рвётся, но я заставляю себя дышать. Глубоко, медленно.
— Божечки! — выдыхаю. — Я могу приехать? Тоже быть рядом, когда будет операция?
Поддержать?
— Максим ещё не подписал документы на операцию, — говорит она, и в её голосе слышится
отчаяние. — Папа хотел сам подписать, но нельзя, если пациент в сознании.
— Почему он не подписал? — я чувствую, как внутри нарастает паника.
— Потому что… — Эстель делает паузу, будто собираясь с силами. — Он сказал, что
подпишет только после разговора с тобой. И поэтому… да. Приезжай завтра. Поговорите,
и пусть ему делают операцию. Чем больше тянуть — тем меньше шансы на удачный исход.
Я не знала, как тебе сказать об этом, потому что знаю, что ты винишь во всем себя,
но ты не виновата, Лесь!
Время будто останавливается.
Я смотрю на неё, и в голове мелькают тысячи мыслей.
Что он хочет мне сказать?
Почему именно сейчас?
Что, если я не смогу найти нужные слова?
Почему он не соглашается на операцию без встречи со мной?
Что такого он вспомнил?
— Поехали сейчас! — резко встаю, едва не опрокинув стул. — Прямо сейчас!
И плевать, что будет!