Страница 10 из 65
что у него есть такая взрослая дочь, тоже сегодня узнал, — мысленно рассуждаю. Хмм…
а я ведь даже не спросил, сколько девочке лет. Может, и ровесница дочери Олеси. — А
девочка какая, мам? Куколка! Кудри просто загляденье! Глазки огромные. Улыбка
лучистая. Сама она смелая. Умненькая. Прелесть, а не ребёнок!
— Ох, я бы тоже внученьку хотела! — вздыхает мама. — Чтобы понянчится с крошкой. И
как куколку её наряжать!
— И я хочу дочь, мам, — произношу, а мысли возвращаются к Олесе.
После общения с Альбертом я теперь на девяносто девять процентов уверен, что ребёнок
у Олеси от меня. Будь девочка дочерью её мужа, стал бы Альберт обещать что-то Олесе?
Нет.
А это значит, что у меня есть ребёнок. Ребёнок, которого я обязан найти.
В идеале нужно заехать в школу, надавить на директора и узнать данные Олеси, а дальше
— дело одной поездки. Но завтра выходные, поэтому идея со школой осуществится только
в понедельник.
Ну и ладно! Пару дней — и я встречусь со своей дочерью!
А дальше что?
Дальше я пока не решил.
Дальше всё так сложно, что сегодня об этом думать вообще не хочется.
— Ну, может, у вас с Сашенькой будет малышка! — мечтательно бросает мама. — Точно
будет красивой…
— Не уверен, мам… — поджимаю губы от досады. — Я даже не знаю, как моя невеста
выглядела до всех пластик.
Вот с Олесей у меня точно дочь красавица! Более чем уверен. Там и моя порода, и
Олесина. Если в меня дочь, то статная, с четкими чертами лица, местами даже острыми.
А если в Олесю — то милая, как Кудряшка.
— Всё у вас будет хорошо! — пытается меня ободрить, хотя ей не очень нравится идея
моего брака с той, кого я не люблю. — Ксюша хорошая девочка! Полюбишь её… наверное.
В любом случае она не сбежит от тебя, как Олеся.
— Ты ведь знаешь, что я сам виноват, — одергиваю маму. — Не надо так о Олесе
говорить.
— Знаю-знаю! Прости! — кивает она согласно, но всё же, как любая мама, пытается
выгородить и меня. — Но знала ведь, что у тебя горе. Могла бы простить твою
несдержанность. Вернуться. А она на развод подала! И даже ни на одно заседание не
явилась!
Потому что была беременна.
Но это я понял лишь сейчас.
Если бы она явилась беременной, никакого развода бы и в помине не было. Я ведь тянул
до последнего. С адвокатом ее бодался. Ждал, что она появится, и мы помиримся. Что
всё для неё сделаю.
А если бы узнал, что у нас ребенок — то на сто процентов бы вернул. Даже шантажом.
— Мамуль, я сам всё решу, — одариваю её сдержанной улыбкой.
Но что я могу решить? Ксюша беременна сейчас. Олесе было тогда…
С одной стороны — уже рожденный ребёнок, а с другой — та кроха, которую я видел вчера
на экране УЗИ.
И этот выбор невозможен!
С одной стороны — бывшая любимая жена, с другой — нелюбимая будущая…
Здесь выбор прост и понятен. Хоть и тоже невозможен для исполнения.
— Я с тобой пойду! — заговорчески шепчет мама. — Постою тихо у двери. Хочу послушать,
как Саша будет психовать при виде тебя! Ох и прочитает тебе лекцию!
— Мам, ты садистка.
— Тоже мне новость придумал, — фыркает она и толкает меня вперед, а сама идет следом.
— Я вечером с Эстель поговорю! Пусть пригласит к нам как-то Андрея с семьёй. Может
быть, мне тоже волосы завить? Пусть меня накрутит девочка. Я посмотрю, а потом
запишусь на химию!
— Не легче ли в салон сходить? — бросаю недоумённый взгляд в её сторону.
— Не люблю эти салоны!
Общество она не любит. Отвыкла. Лишь пару раз в год появляется на людях. В остальное
время заточена в своём замке добровольно.
— На дом пригласи, — предлагаю ей.
— Вот и приглашу ту девочку!
— Делай, как знаешь, — отмахиваюсь, но при воспоминании о девочке не могу сдержать
улыбку. — И меня тоже пригласи. Мне очень понравилась девочка. Я даже не могу тебе
описать, как сильно после неё захотел именно дочь.
Интересно, а какая всё же у нас с Олесей малышка?
Эти выходные обещают быть очень долгими.
Открываю дверь в кабинет отца и решительным шагом вхожу, стараясь держать лицо и
сразу засмеяться с выражением лица отца.
Тот отрывает взгляд от бумаг, переводит его на меня и останавливается на волосах. Его
ноздри раздуваются, и взгляд становится многоговорящим.
Он так и кричит: «Что с моим сыном? Какая психушка примет его сегодня и срочно?»
— Боже! — не удерживает он и от словесных комментариев. — Это кто на тебя напал?
Надеюсь, это можно убрать? Смыть водой? — бросает он, пальцем указывая на свою
голову, где у него, в отличие от меня, красуется короткий ежик.
— Не смывается, отец, — бросаю с притворной грустью и опускаюсь на кресло перед
отцом. — Химию сделал. Решил имидж сменить. Мне кажется, что мне идет! Моложе стал
выглядеть…
Моложе, словно клоун, но честно признаться, мне это нравится. Безумно. Думаю, всё
дело в том, что сделал мне эту красоту ребёнок, воспоминания о котором греют душу.
— Мда уж, — выдыхает он. — Ты вроде ещё молод для кризиса среднего возраста. И в
жизни у тебя всё хорошо… С чего вдруг тебя бахнуло?
— Разве хорошо? — хмыкаю.
— Разве плохо? — отзеркаливает он, сложив руки на груди. — Скоро женишься. Будет
ребёнок. В деньгах не нуждаешься. Что ещё нужно?
— Счастье? Любовь? — подсказываю ему.
— Всё это неважно, сынок, — с грустью выдыхает он. — И жену свою полюбишь. А уж
ребёнка точно будешь любить. Родиться. Увидишь кроху и сразу полюбишь, — произносит
так, словно сам прошёл через всё это, но я знаю, что с мамой у него была красивая
история любви. — Не думай, что я бесчувственный чурбан. Всё знаю. Всё понимаю. Но
любовь в жизни даётся всего один раз. Ты свою… спустил в унитаз. Олеся была хорошей
девушкой и очень мне нравилась, но хватит тебе уже по ней страдать. Сколько лет уже
прошло! Семь? Хватит! Строй семью с Ксюшей и забудь уже о том, что когда-то было
лучше! У меня тоже когда-то зубы были лучше и своя была большая часть. И что теперь
— страдать по прошлому?
Вздыхаю и закрываю тему, заговорив о работе.
— Я за бумагами приехал, — объявляю ему, потеряв настрой шутить насчёт кудрей. — Дома
изучу.
— Я сделал тебя уже копией, — тянет и достает из выдвижного ящика папку. Протягивает