Страница 49 из 58
Присмотревшись, я поняла, что передо мной не деталь, а что-то похожее на молоточек и наковаленку. Еще и буквы какие-то накорябаны.
— Что это такое? — удивилась я.
— На артефакт похоже, — охотно пояснил Аусто, кажется, обрадовавшись, что может меня в чем-то просветить, — был вставлен внутрь автомата. И как думает наш техник по безопасности, он заряжен на определенного человека. В нем потенциал на одну вспышку. Подходит нужная личность, нажимает кнопочку, и штуковина активируется.
— Таааак, — до меня начинала доходить ужасная суть сказанного Аусто, — а что происходит после активации?
— Да разное может, — мужчина пожал плечами и сделал большой глоток кофе, — к примеру, стая магических бабочек из подающей трубки вылетит, или музыка заиграет. Если сюрприз романтический. А в вашем случае получилась шоковая дуга. Она вас долбанула через стакан и вывела из строя. По правде говоря, странно, что вы живая остались.
Огогошеньки. Получается, если перевести на язык моей реальности, Бренду Холмс убил мощный разряд электричества.
И это не несчастный случай, а продуманное покушение.
Достав бланк для протокола, я подробнейшим образом допросила несчастного Аусто. Как давно разбирали автомат перед происшествием? У кого был к нему доступ? Насколько сложно вообще поместить внутрь лимонадной машины такой артефакт, сколько всего нужно разбирать и какие технические навыки потребуются?
Результаты были неутешительными, поскольку говорили о том, что покушаться на Бренду мог любой желающий.
Автомат стоял даже не в торговом зале, а в коридоре с большой проходимостью, через него покупатели шли в нужный отдел. И по пути брали всякое приятное типа вкусняшек и лимонадов из аппаратиков.
— А откуда злоумышленник мог знать, что я рано или поздно нажму эту кнопку? — задала я самый главный вопрос.
— Так вы три раза на неделе приходили к нам освежиться. Вот после происшествия только перестали.
— Напомните, когда я была у вас перед этим?
— А вот как раз за день, — уверенно ответил торговец.
— Как думаете, почему неизвестный не смог удалить обличающую его улику сразу после происшествия? — я пристально посмотрела на посетителя.
— А тут случайность вмешалась, — неизвестно чему обрадовался посетитель, — техник наш совершенно случайно мимо проходил, когда вы шандарахнулись. Он как раз с нами был, но вы наверное не помните. И после того что произошло, сразу же сказал что осмотрит машину. Чтоб не повторилось такое. Вы уж простите, я только сегодня вам эту штуковину притащить смог, вначале сам уезжал на закупку, а после вас не было.
Заставив Аусто расписаться и спровадив его восвояси, я крепко задумалась. Артефакт, значит.
А где у нас покойный работал? В отдела контроля за боевыми артефактами. Этот наварняка такой и есть.
Вызвав Лафера, я сунула ему пакетик с уликой, велев исследовать ее как можно скорее.
— Я хочу знать всё. Откуда она, кто ее держал в руках, где такое используется. И главное, не проходила ли эта вещица через отдел боевых артефактов министерства магии.
— Наши криминалисты уже загружены исследованиями по этому делу, — стушевался Лафер, — даже не знаю, удастся ли протолкнуть это под грифом «срочно».
— Это особое дело, Лафер, — веско сказала я, — тут рассматривается покушение уже на меня.
Он перепугался так, будто сам подкрутил лимонадный аппарат.
Значит Бренда — любительница освежающих напитков. Неожиданно. Еще получается, что тот кто на нее покушался, знал о ее привычках. И скорее всего, подстроил несчастный случай.
Лафер ушел, а я вернулась к принесенным им ранее документам. Посмертная экспертиза.
Результат меня порадовал, как бы жутко это не звучало. Криминалисты повторно проанализировали состояние организма Григора Хомера и пришли к единогласному выводу, что яд мог действовать некоторое время. Вероятно, использовалась отравительная смесь сложного состава, которая проникла в организм и почему-то крайне медленно всасывалась. А «добивка» в флаконе послужила катализатором реакции.
Вердикт специалистов: Хомер принял яд предположительно в период с 20:00 до полуночи накануне смерти.
— В третьей допросной вас ожидает госпожа Элия Симпсон, — порадовал меня Лафер, заглянув в кабинет.
Я не сразу вспомнила, что это прекрасная дама, из-за которой в юности подрались Григор Хомер и Роберт Боберт. Но быстро сориентировалась и попросила Лафера принести в допросную антикварную склянку.
Элия Симпсон оказалась красавицей. Собственно, ничего другого я и не ожидала. Роберт Боберт упоминал, что она охотница на богатых мужей. И ей было чем их завоевывать.
Высокая пышная грудь красивой формы, которую подчеркивала грамотно выбранная одежда. Тонкая талия, длинные ноги от ушей. И еще она натуральная блондинка. Вылитая Барби, но в возрасте 40+.
Элия Симпсон захлопала нарощенными ресницами, когда я предъявила ей флакон с вопросом:
— Вам знаком этот предмет?
— Впервые вижу. Какая милая вещица. Жаль, испорченная.
Действительно, разбитая крышечка портила всё впечатление. Реакция госпожи Симпсон выглядела очень натурально.
По сути, разговор исчерпан. Но не могу же я ее просто так отпустить.
— Расскажите о ваших отношениях с Григором Хомером и Робертом Бобертом, — велела я.
— Да нечего рассказывать, — она пожала плечиками, — Мне нравился Робби. Очень. И я ему тоже нравилась. Правда на свидания он почему-то чаще всего приходил с Григом. И мне это было неприятно. Я всё ждала какого-то первого шага. Ну, что мы будем с ним гулять, он начнет подарки делать. Вот такие милые бутылочки с духами, например. Хотя, по правде сказать, тогда мне это казалось не самым важным.
— Но до этого не дошло? — догадалась я.
— Да, — кивнула Элия, — как-то раз он пригласил меня смотреть истории в живых картинках. А после сказал, что мы с ним можем остаться друзьями. Ой, я тогда так на него разозлилась. Сказала: «Не нужны мне такие тупые друзья!» Отвернулась и убежала. Я тогда переживала очень. Плакала. И мне помог справиться с грустью Григор.
— Вот как!
— Я спрашивала у него, что случилось. Чем я могла обидеть Робби. Правда, он мне был тогда очень симпатичен. Хоть и говорят, что первая любовь ничего не значит. Но думаю, если бы у нас с ним все получилось, моя жизнь сложилась бы иначе. Ведь никто мне больше так сильнно не нравился. И я просто пользовалась мужчинами.
Элия горько вздохнула и вдруг промокнула глаза салфеткой. Я увидела настоящие слезы.