Страница 52 из 56
— Ты доводишь меня до безумия, — прошептал он, прижимаясь губами к дрожащему рту. Медленно опустил голову, уткнувшись горячим лбом в шею. Стук её сердца пробирался под его кожу.
Рвано выдохнув, он навалился руками на мокрый корпус машины по обе стороны от её тела, не позволяя себе снова к ней прикоснуться. Мускулы на предплечьях напряглись до боли. Он словно искал в холодном металле спасения.
— Запомни одно, — его голос был тихим, но низкий тембр прокатывался по нервам вибрацией. — Всегда, когда между нами не останется расстояния для вдоха, тебе придётся останавливать меня.
Она хотела оттолкнуть. Упёрлась ладонями в его грудь, но пальцы не слушались — вместо того чтобы толкнуть, они вцепились в ткань рубашки. Логан опустил взгляд на её руки, потом снова поднял на глаза.
— Наоми всегда знала, что сердце её будет разбито. Вот только не тебе решать, когда это случится.
Она молчала, качая головой. Чёрные глаза заполнялись слезами.
— Наоми буквально заставила меня вернуться на площадку. Собственными руками толкнула меня в Нью-Йорк к тебе. Может, она наконец вернула тебе должок?
Он опустил руки, сжимая в кулаки, но взгляда от неё не оторвал.
— А вот и ещё одна правда. Я знаю, что Наоми говорит во сне.
— Хватит, — прошептала Элис.
— Нет, не хватит. Знаешь, что есть между мной и Наоми, чего никогда не было у нас с тобой? — он приблизил лицо к её глазам. — Мы умеем говорить друг другу правду. Любую. Страшную, удушающе болезненную, уродливую, всё разрушающую правду.
— Прошу тебя, Логан.
Он резко отвернулся, сделал от неё в сторону несколько шагов. Расстояние между ними заполнялось холодом и туманом.
— Ты многого просишь за последний час. Не уверен, что могу дать всё, что тебе нужно, — сжимая кулаки, он говорил куда-то перед собой. — Впрочем, это не имеет значения. Ведь Элис Брук не даёт нам выбора. Она всё решит за нас, — его голос звучал обречённо-ровно.
— Нет ничего невозможного. «Захочу и перестану его любить!»
Она медленно спустилась с выступа, на котором стояла. Ботильоны ступили на землю, утопая каблуками во взрыхлённой грязи.
— Так? — голос сорвался на крик. Он обернулся. Она попятилась, вжимаясь спиной в холодную дверь машины, словно пытаясь стать частью металла.
— Получилось? — он коротко, зло усмехнулся. — Не отвечай. Ты проиграла. Ты не смогла заставить это сделать ни себя, ни меня. Ставь условия своим подчинённым, придумывай правила для Джеймса! — он шагнул обратно к машине.
— Кстати, его ледяное сердце тоже придётся разбить.
Элис резко подняла на него глаза.
— Что? Его сердце вовсе не ледяное. Почему с ним ты умеешь быть честной, а со мной нет?
Он замер, ожидая.
— Тебе нужна правда? — она хотела закричать, но горло сдавило. От влажности вьющиеся волосы начали липнуть к щекам.
— Я люблю тебя!
Очередной порыв ветра швырнул горсть капель им в лица, заставляя её зажмуриться. Тучи наконец прорвало: тяжелые капли ливня с силой застучали по крыше машины.
— И люблю Джеймса. Я не могу без него.
Шальной раскат грома разорвал небо, оглушая обоих. Дождь в одно мгновение превратился в сплошную стену между ними.
— Но ты! Я не знаю… не могу контролировать!
Капли стекали за шиворот, одежда начала тяжелеть, прилипая к коже. Он смотрел на неё, стоял неподвижно.
— Я люблю вас обоих. У вас ровно по половине моего сердца! — кричала она сквозь преграду стихии. — Джеймс на это согласен.
Пальцы разжались сами собой, и он медленно опустил руки. Прислонился затылком к мокрой дверце и закрыл глаза. Вода стекала по лицу, капли срывались с подбородка. Рубашка быстро темнела, облегая тело. Он стоял так долго, пытаясь дышать.
— Выбрав меня, ты потеряешь нас обоих. Ты права — мне недостаточно половины тебя.
Резко развернувшись, он с силой ударил ладонью по крыше. Вода на металле мгновенно погасила вибрацию. Глухой короткий звук утонул в плотной пелене ливня.
— Ты так решила? Снова сделала выбор за меня?
— Скажи, что я ошибаюсь.
Он посмотрел ей прямо в глаза, сквозь ледяные струи, бегущие по ресницам. Пронизывающе. До самого дна.
— Ты ошибаешься в Джеймсе, Элис.
Он шагнул вплотную, и его шёпот, перекрывая гул стихии, обжёг её мокрую кожу.
— Ты любишь меня. Сильнее, чем его. И этого не просто достаточно. Это всё, что мне нужно.