Страница 17 из 56
Эти слова рвали внутренности, вышибая остатки воздуха. Он смотрел на эту непробиваемую железную броню, с горечью признавая: так действительно правильно. Теперь есть не только Джеймс. Есть Наоми.
Но находясь с ней в одной комнате, он окончательно понимал — ему будет легче вообще не встречаться с ней больше. Возможно, и ей тоже.
— Наверное, нам лучше не видеться.
— Нет, — отрезала Элис. — Наоми — моя подруга, мы будем пересекаться. Я люблю её и желаю ей добра. Мы с тобой взрослые люди и можем себя контролировать.
Поднявшись с кресла, она подошла к нему ближе.
— Я улетаю сегодня. Не видеться нам будет несложно.
Он тут же встал со своего места, сунул руки в карманы.
— Я зря накинулась на тебя с этим кулоном. Прости. Можешь принести его?
Хватит! Хочешь играть? Продолжать эту пытку? Будем друзьями, Элис Брук,
— Логан принял её правила.
— Нет, — холодно выдавил он. — Если он тебе больше не нужен, пусть останется у меня.
Он шагнул ближе, наклонился к её лицу. Она инстинктивно вжала голову в плечи. Сделала шаг назад, но под колени упёрся край журнального столика. Отступать было некуда.
Логан навис над ней, не отрывая взгляда от внезапно почерневших глаз. Он наклонился так близко, что почувствовал её сбившееся дыхание и, глядя прямо в губы, произнёс:
— Ты права, мы взрослые люди. Можем себя контролировать. Будем друзьями, Элис. Я тоже от всей души желаю вам с Джеймсом счастья.
Не дав ей ответить, он резко отстранился, выпрямился и холодно бросил:
— Счастливого полёта.
Эти фальшивые, тяжёлые слова всё ещё висели в воздухе, когда раздался глухой хлопок входной двери. Послышались лёгкие шаги и в гостиную вошла Наоми. Замерла на секунду, встретившись с Элис глазами.
— Элис привет. Я, наверное, рано? — она взглянула на Логана. — Ты говорил в семь, ещё без десяти.
— Нет, как раз вовремя, — Логан тут же подошёл ближе, взял её за руки.
Из кухни послышались голоса и приглушённый звон посуды.
— Эл, поужинаешь с нами? Ванесса будет тебе рада, — Логан вскинул бровь, обращаясь к новоиспеченной подруге.
Глядя на Элис, он решил: раз уж она хочет играть в дружбу, пусть начинает прямо сейчас.
Из кухни раздался голос Ванессы:
— Куда вы подевались? Кто мне поможет накрыть на стол?
— Спасибо. Очень заманчиво, обожаю ужины твоей мамы. Лог, ты же знаешь, — Элис нежно улыбнулась, глядя на него. — Пойдёмте, не заставляйте вас ждать. Сегодня я не могу. Но в следующий раз — обязательно.
Все втроём прошли из гостиной на кухню.
Ванесса встала на цыпочки, доставая с верхней полки кухонного шкафчика тарелки, при виде Элис, замерла с протянутыми руками.
— Эли, я не видела, как ты вошла.
Логан подошёл к матери и перехватывая у неё посуду, аккуратно поставил стопку тарелок на стол. Ванесса широко улыбнулась, подзывая гостью жестом руки.
— Останешься на ужин? Давай, проходи.
Хейли, с округлившимися глазами, медленно закрыла плечом дверцу холодильника. Опустила на стол миску с салатом, переводя шокированный взгляд с брата на его бывшую.
Элис кивнула им обеим.
— Ванесса, спасибо огромное за приглашение, но мне нужно убегать. Самолёт не станет меня ждать. Обещаю, когда в следующий раз буду в городе я обязательно…
Она подошла ближе и крепко обняла Ванессу.
— Приятного аппетита.
Затем повернулась к Наоми, с идеальной осанкой и лёгкой улыбкой.
— Нао, не забудь, пробная репетиция в пятницу в четыре. Вы должны быть в Нью-Йорке утром, а лучше в четверг. Я встречу вас с Эйрин. Купите билеты заранее.
Дождавшись кивка от Наоми, она направилась к выходу.
— Я провожу, — прохрипел Логан и поспешил за ней.
Выйдя из дома, они застыли на веранде. Тёплый вечерний воздух ударил в лицо.
— Может, всё же останешься?
Он так не хотел её отпускать. Но понимал: она не останется.
***
Чёрный мерседес остановился на светофоре. О стекло разбивались крупные белоснежные хлопья.
«Нам нужно жить дальше...» — мой собственный голос тогда звучал в ушах, как чужой.
В той гостиной мне казалось, что я задыхаюсь. Каждая пуговица на рубашке давила на горло. Я видела, как Логан смотрит — в его глазах была почти ненависть и вина.
«Если ты против…» — Что за идиотский вопрос?
Да! Я против. Ты только мой.
Он не видел, с какой силой сжались мои кулаки. Я умею брать себя в руки, лицо не успело налиться кровью.
«Ты хочешь быть с Джеймсом? Ты любишь его?»
Я помню, как в тот момент у меня онемели пальцы. Почему он не спросит, люблю ли я его?! Столько вопросов и ни одного правильного! — кричало всё внутри.
Но Логан не спросил, а я не сказала. Мы кирпичик за кирпичом выстраивали стену между нами.
— Да, — прошептала я в холодное стекло, повторяя ту правду.
Джеймс часть меня, он мой воздух.
Но Логан...
— Что-то случилось? — Джеймс отвлёкся от дороги и взял меня за руку. Крепко переплёл пальцы.
— Я люблю тебя… — произнесла, чувствуя, как сжимается сердце.
Я люблю двоих мужчин, но ни с одним из них не могу остаться.
Я обещала быть взрослой. Обещала контролировать себя. Но прямо сейчас я хочу лишь одного — чтобы все аэропорты воспламенились.
Глава 10
Оставшиеся недели до показа пролетели молниеносно. Каждый день Элис был расписан по минутам: финальные примерки, переговоры с визажистами, проверка света на площадке. Самым напряжённым выдался день накануне события — последние подгонки, окончательное утверждение порядка выходов.
А в день показа, за три часа до начала, за кулисами царил организованный хаос: модели в креслах у гримёров, портные с иголками в руках доделывали последние швы, стилисты развешивали образы в строгой последовательности.
И вот — первый аккорд музыки, свет гаснет, модели одна за другой выходят на подиум.
Элис стояла за кулисами и затаив дыхание наблюдала — её коллекция ожила.
Всё решилось в последние пять минут, когда на подиум вышла последняя девушка в том самом «разбитом» платье, собранном по крупицам золотыми нитями. В зале воцарилась такая тишина, что она слышала собственное дыхание.
Перед глазами, как наяву, всплыли дрожащие руки того пожилого мужчины. Он сидел, склонившись над столом, и собирал мозаику из микроскопических разноцветных стеклышек, вживляя их в трещину на старой керамической чаше.